вечере они обручатся красиво и тонко, на зависть всем невестам Итирсиса!..
Нареченная, впрочем, пока его не пригласила.
Зато у книжной лавки она отпустила возницу — Алессан вывел, что девица стыдливо избегает пребывания наедине с ним даже в экипаже, и на том до поры успокоился.
Услышав, как Лея запросила у торговца две сотни чистых листов, Лис вполне проникся своей искрометной веселостью.
— Две сотни! — восхитился он живо. — Вы пишете мемуары о богатом проделками детстве?
Лукавый тон мага царапал куда меньше его обиходной слащавости. Леди Астер улыбнулась почти тепло.
— Надеетесь купить мое молчание? — уточнила она.
— Чего ради? — Лис был сама невинность. — Ведь это ваши бумажные журавлики загорелись от елки и почти сорвали сочельник у главы Судейского приказа.
— Для сырья на эту операцию вы стащили книгу из его библиотеки.
— Мне было девять, — с упреком напомнил маг. — В эти годы мужчина уже безоружен перед женским коварством.
Разумеется, никто из двоих не забыл изящества лисовых тогдашних провокаций.
Лея развязала сумочку и передала торговцу золотую луну.
— Это может сказаться на вашей карьере, — мимоходом упредила она юношу. — Среди сотни книг вы обрекли на гибель Соборное уложение.
— Вот видите! — Лис и не дрогнул. — Я оступился, но всей душой тяготел к закону.
— Можете спать спокойно — я милосердна и сочиняю всего лишь утопию.
Лея говорила вполне искренне: иным словом ее учебник магии пока и не назвать.
Ко всему ее озарило, что собственная магическая раскрепощенность отлично объясняет причину запрета чародейских школ. Чем бунтарка теперь докажет, что способна держать в руках не только себя, но и класс неоперившихся магичек?
В раздумии о последствиях детских шалостей девица теребила шпагат на стопке листов, якобы проверяя крепость. Торговец предупредительно складывал сдачу башенкой на прилавке.
— К слову о моей тяге к закону, дорогая, — лениво заметил маг. — Вам пытаются подбросить фальшивое серебро.
Лавочник, давно почитавший себя невидимкой для благородной пары, от внезапного навета несколько осел. Лея тоже обернулась удивленно.
Обретя внимание публики, Алессан сорвал с башенки верхний кружок и холодно предъявил к его к самому носу владельца.
— Монета поддельная.
Хозяин отстранился назад, фокусируя взгляд на улике, потом сызнова приблизил к ней лицо.
— Господин маг, я не знал об этом!
Он опасливо перехватил коварную луну и принялся царапать ее ножом для бумаги. Под серебряным слоем открылась дешевая медь.
— Как вы это выяснили без касания? — Лея с интересом проследила за манипуляциями скисшего торговца.
— Чары не сложные, — отмахнулся скромник Лис. — Я научу вас на подобный случай.
Лавочник сознавал, что эта мягкость относится только к даме, а на него теперь суровый маг повесит что захочет.
— Я не думал обманывать вас, господа! — с честными глазами воскликнул он. — Мое дело процветает без подобных мизерных афер!
Алессан и впрямь посмотрел презрительно, хотя винить торговца и не думал. Неполновесные деньги давно рассыпались по всей Ладии стараниями, вероятно, обиженной Валиции. Однако юноша молча и неспешно развернул свою ладонь, приглашая отдать монету (на досуге будет интересно поискать магические следы).
Сглатывая шумно, торговец избавился от подделки.
Выказав брезгливую жалость, маг даже достал свой кошель и добавил из него монетку в стопку сдачи, сам же собрал ее рукой и ссыпал в маленькую сумочку девицы. Не удостоив лавочника более ни словом, он подхватил кипу листов и вывел невесту из книжной лавки.
От леиного дома, к печали кавалера, их отделял только скромный квартал.
Лея собралась узнать о чарах различения металла, но пара только шагнула с крыльца, как улица огласилось бешеным звоном копыт.
Охранный купол вышел двойным — юные маги сработали синхронно.
Лишь мало не зацепив их чародейский щит, скользнуло черно-красное пятно. Разобрать его стало возможно только спустя секунды — в перспективу домов уносился яркий всадник на черном коне.
Лея поджала губы — для подобных скачек по городу нужна весомая причина, иначе это бахвальство не просто глупо, но и опасно для окружающих. Столица предписывала движение легкой рысью, даже если твой конь ошеломительно прекрасен.
— Хоро-о-ош, — цокнул Алессан вслед скакуну.
Магичка не успела насладиться ни грацией коня, ни обликом его владельца.
— Дикарь, — заметила она. — Наверняка приезжий?
Алессан чуть улыбнулся и растворил оба защитных купола.
— Тассирский принц, — уточнил он. — Прибыл вчера. Еще ни с кем не знаком, но его вороного Вихря жаждет заполучить уже каждый второй аристократ Итирсиса, не исключая дам.
Лея отвела взгляд от края улицы, милостиво оперлась о локоть мага и продолжила свою дорогу к дому.
— Когда нет иных забот, станешь вздыхать и о чужих конях, — вывела она нелестно. — Надеюсь, принц не задержится у нас, иначе кто-нибудь определенно пострадает.
— Боюсь, дела его не столь стремительны, — огорчил Алессан, подстраиваясь под небыстрый шаг девицы. — Наверняка попытается замять историю с нашим деревом.
— Разве такое возможно замять?
Звучало даже оскорбительно — они столько сделали, чтобы поймать Хавьера и его сообщников, ходили героями которую неделю — и просто замять?..
— Формально мы в союзе, — Алессан тоже не восторгался, но расклад был давно предсказуем. — Конечно, султан объявил попавшихся лишь провокаторами общего врага и советует снимать им презренные головы без промедления.
— Однако, прислал даже сына, — подняла юная леди бровь.
Кавалер не упустил случая показаться большим искусником в сетях международных отношений.
— Тассирец будет встречно корить в нарушении условий договора, — обрисовал он. — Торговую блокаду Валиции мы держим без лишнего рвения. Скорее всего, дипломаты останутся при своих ко взаимной скорби.
Алессан вещал о хитростях политики со вкусом, но Лея поймала себя на досаде: даже оказав помощь в поимке вражеского резидента, они лишь предоставили владыкам новые фишки для сложной игры.
* * *
Сальвадор купил дочери дом с конюшней и садом, занимавший, впрочем, совсем тесный уголок на ветхой улице — непременным условием Леи было расположение близ окраин.
За ржавой, еще не подновленной с переездом решеткой начиналась дорожка к высокому крыльцу. На нем Лис в который раз обозрел чуть нелепые для этих мест ионические колонны — однако, на экстерьере его знакомство с домом завершалось. Ни разу не был он зван и на чашку кофе в эту возведенную кем-то смешную усадьбу-малышку с претензией на моду.
Новая хозяйка требовала днем держать ворота настежь, так что просители и благодарители нередко встречали ее уже на подходах к жилищу. Какая-то кумушка из местных кинулась к девице и теперь.
— Ах, насилу дождалась! — она сняла с плеч кузовок и торжественно принесла его под ноги магичке, прямо на садовую дорожку. — Не знаю того чернявого мага, что с вами приходил. Передайте ему, Леюшка Сальвадоровна: длинные
