Читаем без скачивания Венец лжи (ЛП) - Винтерс Пэппер

Я шагнула к нему и сократила разделяющее нас пространство.

— Я правда очень тебе благодарна.

— Знаю.

Собравшись с духом, я подалась вперед и засунула купюры в передний карман его толстовки.

Очень плохая идея.

Внутри было тепло, какие-то мелкие крошки и прочий мусор, но под мягкой тканью я почувствовала твердые мышцы и учащенное дыхание.

— Какого хрена ты делаешь? — от звука его голоса мое сердце пустилось вскачь, словно от удара кнута.

Я выдернула руку из его кармана, оставив там деньги.

— Я хочу, чтобы ты оставил их себе. В обмен на услугу.

Его лицо напряглось.

— Я уже оказал тебе услугу, забыла?

— Не забыла, — я взглянула на его окровавленные костяшки пальцев, которые уже кое-где распухли и покрылись синяками. — Ты не позволишь мне взглянуть на твои руки или хотя бы купить тебе Тайленол?

— Нет

Хорошо…

— В таком случае единственное, о чем я прошу в обмен на деньги, — это проводить меня домой.

Домой?

«Какого черта ты делаешь?»

Нельзя, чтобы этот бродяга узнал, где я живу. Папа будет в ужасе. Как только этот парень выяснит наш распорядок дня и узнает, когда дом пуст, наша мебель и вещи, скорее всего, исчезнут без следа.

«Ты ужасный человек».

Как можно думать такое после того, как он меня спас?

«Доверять».

Я должна ему доверять, несмотря на его внешний вид и обстоятельства.

«Верить».

И верить своей интуиции, которая говорит, что его нечего бояться.

Мне хотелось, чтобы деньги достались ему, а не ворчливому таксисту. Все, что ему нужно было сделать, это проводить меня обратно.

— Хочешь, чтобы я отвёл тебя домой? — парень приоткрыл рот от удивления. Его лицо оставалось в тени, придавая ему таинственности. — Ты серьезно?

— Да.

— И чтобы я узнал, где ты живешь?

— Если бы ты хотел мне навредить, то давно бы уже это сделал, — я обвела рукой пустой переулок. — Мы одни. И тебе уже известно, что бегун из меня никакой. И все же ты повел себя как настоящий джентльмен.

Парень громко рассмеялся.

— Как джентльмен? Точно, — он потер лицо, от чего стала заметнее грязь у него на шее, и посмотрел на небо. — Откуда ты знаешь, может, я просто пока не нападаю, чтобы расположить тебя к себе и сделать более сговорчивой?

— Более сговорчивой? Кто же, собираясь причинить вред женщине, употребляет слово «сговорчивой»?

Незнакомец ухмыльнулся, но при этом улыбнулись только его губы, глаза — нет.

— Я.

— И кто же этот «я»?

Он нахмурился.

— В смысле?

Я уперла руки в бока.

— Ты мое имя знаешь. А как зовут тебя?

Парень отступил назад.

— Ты… ты хочешь знать мое имя?

А что, не стоило? Неужели он совершил нечто ужасное и не хотел, чтобы об этом узнали?

— Разве незнакомые люди не должны представляться друг другу? Так они перестают быть чужими.

Парень, откашлявшись, потер затылок.

— Только не там, откуда я родом.

— А откуда ты?

Шок снова сменился дерзким поведением. Незнакомец гордо и спесиво расправил плечи.

— Ты любопытная.

Я запротестовала:

— Всего лишь пытаюсь поддержать разговор.

— Не стоит. Давай просто уйдем, ладно? — он оглядел переулок. — Ненавижу такие места.

Я хотела спросить, какие «такие» места, но не осмелилась. Вместо этого я сосредоточилась на том, как добраться домой.

— Ты пойдешь со мной?

— Думаешь, я смогу тебя защитить?

«Ну, да».

— Ты меня уже защитил.

— Это потому, что я против изнасилований и грабежей. А не потому, что у меня комплекс героя. Выйдем из этого переулка, и ты больше не моя забота.

— А, — не знаю, почему это так сильно меня задело. Я распрямилась и, поборов страх, приготовилась идти своим путём — как и всегда. — Тогда ладно. Ну…сколько стоит такси до Верхнего Ист-Сайда?

Парень приподнял одну бровь.

— Ты живешь в Верхнем Ист-Сайде и не в курсе, сколько стоит такси? — он пристально уставился на меня. — Ты ведь не горбатишься в офисе за минимальную зарплату, я прав?

Не знаю почему, но мне хотелось остаться под личиной мелкого служащего с низким доходом. У меня не было желания бахвалиться или, еще хуже, становиться ему живым укором. Чем дольше мы разговаривали, тем больше я понимала, о чем говорит его одежда.

Он был либо бедным, либо вообще бездомным. Незнакомец не походил на того бродягу, которому я отдала свой ужин — от этого парня не пахло, и его одежда была чистой (за исключением нескольких пятен), хоть и немного дырявой. Но выглядел он как человек, прошедший через многое — его подозрительный взгляд говорил о недоверии и тяготах жизни.

— Давай договоримся не откровенничать на личные темы, идёт? — спросила я. — Ты не хочешь называть мне свое имя. А я больше ничего не хочу тебе рассказывать.

Я подняла руку.

— Ты провожаешь меня домой, и мы не задаем друг другу никаких вопросов. Идет?

Он на некоторое время задумался и, наконец, пожал мою руку.

Мне стоило огромных усилий, чтобы не отреагировать на буквально пульсирующее из его ладони желание.

— Парень улыбнулся.

— Идет.

Глава восьмая

Прогуляться по Нью-Йорку одной было потрясающе.

Но гулять по нему с незнакомым человеком, да еще и чрезвычайно привлекательным и совершенно непредсказуемым, было одной из самых невероятных вещей, которые я когда-либо делала.

С тех пор, как я покинула переулок прошло десять минут, и за эти десять минут мой пульс резко подскочил, а затем выровнялся до стабильного восприятия.

Прогулка с этим парнем не должна была становиться из ряда вон выходящим событием. Он — всего лишь человек. А Нью-Йорк — всего лишь город. Но каждый шаг казался иным. Каждый вздох, взгляд, каждый удар сердца.

Мы пробирались сквозь толпу и, по мере того, как тротуар пустел и заполнялся людьми, то расходились, то вновь соединялись. На Таймс-сквер пробило полночь, напомнив мне, что мой День рождения официально закончился, и начался новый день.

Я должна быть в постели.

Надо позвонить папе и сказать, что со мной все в порядке, на случай, если он заметит, что я так и не вернулась домой.

Во мне нарастала тревога, омрачая смешанную, не совсем понятную радость от прогулки по ночному городу с незнакомым мужчиной. Я изо всех сил старалась отогнать эти мысли, но они терзали меня, словно не проходящая зубная боль.

— Сюда, — мужчина сошел с тротуара и пересек дорогу, внимательно поглядывая на полосу встречного движения. — Уверена, что хочешь прогуляться?

— Да, уверена.

— Ладно, — он засунул руки в карманы джинсов и напряг плечи.

Замерзнуть он точно не мог. На улице было очень даже тепло. Хотя я натянула куртку и застегнула ее до самого горла, чтобы прикрыть разорванный топ, так что, возможно, было холоднее, чем мне казалось.

От быстрой ходьбы на спине выступил пот.

Незнакомец, в отличие от меня, не мешкал. Он двинулся вперед широкими, уверенными шагами, не сомневаясь, что я за ним поспею. На меня парень не смотрел и не задавал вопросов. Так я могла украдкой поглядывать на него, отгоняя воспоминания о его росте, манерах и замашках.

Не то чтобы я могла прочесть его мысли.

Язык его тела оставался загадкой — руки крепко сжаты, челюсти стиснуты. Нижнюю часть лица скрывала густая щетина, частично пряча его и здорово сбивая с толку.

Каждый шаг вызывал разные мысли: воспоминания о том, что случилось с Адидасом и Бейсболкой, и о том, что бы со мной стало, если бы им удалось меня изнасиловать. Затем облегчение от того, что этот загадочный путник оказался там в нужное время и спас меня.

Как мне за это отплатить?

Он не просто предотвратил ограбление. Этот незнакомец не дал мне превратиться в другого человека. Он уберег меня от переломного момента, после которого я была бы уже не наследницей «Бэлль Элль», а психически больной иждивенкой.