Какой-то злой и праздной одновременно.
Я прошел по длинной парадной лестнице, а потом еще и через торжественную залу. У меня в замке и то меньше, даже у короля…. Хотя нет, у короля больше, ну да все равно слишком, для гарнизона всего лишь небольшого города.
Доспехи блестят, на лицах сытые и довольные улыбки. Я хмурился все сильнее, если так у всех охранников, то вычищать придется полностью, вряд ли кто-то решит сменить сторону. А где я возьму на замену столько надежных солдат? Но свернув в боковой коридор, я с облегчением отметил, что нет, так не у всех. На самой дальней двери в коридоре, было написано: «Специалист по заказам и жалобам». Интересно. Я толкнул дверь и вошел внутрь.
Толстый интендант поднял на меня поросячьи глазки:
— А, еще один? Проходи, присаживайся.
Он указал на стул, с обратной стороны своего стола. Я осторожно присел, не отрывая от него взгляда, и достав объявление, выложил на его стол. Толстяк закивал.
— Вижу, вижу. Но! — он поднял перст к небу, — Достоин ли ты нашей великой арены?
— Я бы сказал по-другому, — откинувшись на спинку, я взгромоздил свои сапоги на стол, — достойна ли арена меня?
— Угу, — крякнул он, и попытался скинуть мои сапоги на пол, вот только сам он особой силой не отличался, — Говорить все могут. Но мы тут словам не верим!
— А кому верите? — вкрадчиво поинтересовался я.
— Братьям…, — начал он и осекся, — Королю конечно, и законному владельцу этих земель графу Мортре.
Братьям значит? Похоже, вести о смене власти сюда еще не дошли, ну может оно и к лучшему, а то бы напряглись, осторожничать начали.
— Не поверите, но я как раз от него, — усмехнулся я прямо в лицо интенданту.
— От короля? Конечно, не поверю, — расплылся в улыбке толстяк.
— От графа Мортре, с личным поручением.
Стражник напрягся и забегал по мне глазами.
— И что же это за поручение?
— Очень личного характера, так что сказать не могу.
— Понимаю, — кивнул толстяк, — И это поручение привело тебя сюда?
— Сюда меня привела забывчивость графа, — я очень показательно огорчился и развел руками, — увы, он забыл выдать мне аванс.
— Ага, — крякнул охранник, снова меня разглядывая, на этот раз задумчиво, — скорее всего, ты врешь. Но может быть и нет, — он достал бланк из стола, — в любом случае, это надо заполнить и пройти проверку способностей.
Уткнув взгляд в стол, и заскрипев пером, интендант всем видом показывал, что встреча окончена. Не поверил? Хотя именно на это я и рассчитывал. Начни я что-то придумывать на ходу, расспросов и подозрений было бы больше, а так, еще один набивающий себе цену наемник.
Я взял бланк, внимательно его прочитал, и тут же заполнил, воспользовавшись пером и чернильницей толстяка, тот скрипнул зубами, но лишь буркнул:
— Отдай на выходе старику со шрамом.
Старик — это было слишком обидно, наверное, для немолодого командира с очень хорошей мускулатурой. Да даже я начинал завидовать, и назвать такого стариком было можно, разве что за седые волосы. А вот шрам у него был, через всю правую сторону лица, от линии волос, и до нижней челюсти. Подойдя поближе, я протянул ему бланк. Он забрал его, и не читая смял, отправляя в дальний угол двора, но при всем при этом, старик очень внимательно рассматривал меня. Наконец хмыкнув, махнул рукой, и зашагал куда-то внутрь комплекса.
— Зачем тебе это? — не поворачиваясь, глухо спросил командир.
— Легкие деньги, — пожал я плечами, отыгрывая свою роль.
— Легкие? Кхм, — старик остановился и свистнул. С дюжину стражей, казалось бы, вот ну очень занятых, какими-то очень важными делами, тут же все бросили и окружили нас, образуя арену. На галерею сверху, тоже подтягивались зрители.
— Кого ты привел, Седой? — спросили из круга, а командир только хмыкнул, кивнув двоим, и сам отошел в сторону.
Я собирался сделать все быстро, и главное, постараться раскрыть свои умения по минимуму. Парочка, направляющаяся ко мне, по сужающемуся кругу, была в кожаных доспехах, как и я, и это меня очень даже устраивало. Первый сделал резкий выпад, от которого я уклонился, и тут же отпрыгнул назад, уступив место второму. А вот ему я наоборот, двинулся навстречу, чуть отогнув свой корпус, только чтобы пропустить удар противника мимо, и на ходу ткнул в шею двумя пальцами. Парень резко остановился, схватившись за горло, и пытаясь с хрипами набрать воздух.
Командир кивнул второму отойди. Тот, зло сжав меч, уже было двинулся ко мне, но что-то резко буркнул и отошел, а сам старик наклонился над стражем, тоже ткнув ему пальцами в шею, и парню, наконец, удалось набрать в легкие воздух. Седой выпрямился и, нахмурившись, посмотрел на меня.
— Шмель, Ржавый, — позвал он кого-то из круга. Названные вышли и на них были кольчуги, закрывающие подмышки и область шеи, да еще и рукавицы. Теперь нахмурился я, но вот шлемами ребята побрезговали.
Быстро меняясь, и нанося хорошие рубящие удары, ребятки заставили меня попотеть, но, мне-то такой ритм было проще поддерживать. На жаре, да на солнце, с них уже вовсю тек пот, а движения становились все менее резкими и точными. Пока я просто уклонялся, изредка парируя их мечи кинжалом, и не пытаясь провести атаку самому, и вот, я таки дождался: меч первого, просвистел у меня перед лицом, протягивая парня за собой вперед, и прямо передо мной появилось его не защищённое ухо. Не задумываясь, я ударил туда рукояткой кинжала. Чуть сменив траекторию, он продолжил падать, и уже на земле истошно закричал, схватившись за голову. Попытался подняться, но упал снова, и его вырвало прямо под себя.
Я уловил движение второго, который кинулся к нам, быстро сокращая дистанцию. Прыгнув в бок, я кинул в него мой кинжал, метя почти в лицо. Именно почти. Парень непроизвольно сдвинул руку, отбивая летящую сталь, и получил мой второй клинок, точно в глазницу. Еще какое-то время он всё еще бежал в мою сторону, потом резко остановился и рухнул мне под ноги. Вокруг повисла тишина, в которой стоны и крики первого казались особенно пугающими.
Седой подошел к уже почти калеке, и с трудом оторвал его руку от лица, из уха текла кровь. Ударом я сломал ему маленькую, но очень важную косточку, и теперь жить ему станет намного сложнее, похоже, командир это понял, потому что когда он встал, то черты его лица казались каменными, а губы были плотно сжаты.
— И надо было делать это так жестоко? — сухо поинтересовался он.
— Именно, — кивнул
