хочешь убить меня, то сейчас уникальный шанс. Но тогда мы потеряем её.
«Моя! Айзант. Ты — чужак. На тебя плевать.»
Я понял, тебя зверь. Но сейчас, я не позволю тебе рисковать нашими жизнями. Здесь на глубине, я хозяин. Уходи.
Занырнув глубже, схватил за руку девушку и резко потянул вверх. Движение, ещё одно, и мы на поверхности. Нас в одно мгновение накрыло страшным грохотом, проливным дождём и несмолкаемым ветром.
— Верёвку! Скиньте мне верёвку! — Заорал я, стараясь пересилить шум ветра. Хорошо, что один из моих людей, увидел меня в воде и в следующую секунду нам кинули спасательный круг, вместе с верёвкой.
Поднявшись на палубу, я положил Айзант рядом с собой и наклонился над ней. Холодная, безжизненная. Она не дышала и казалась мёртвой. Распахнув её рубашку, увидел прилипшую тонкую сорочку, которая облепила её мокрое тело. Полушария грудей и небольшие навершия, которые от холода стояли и почти рвали рубашку.
Желание поцеловать её грудь и сочные вишни накрыло меня с такой силой, что перед глазами всё поплыло.
Собрав волю в кулак, надавил руками на грудину и сделал сильный вдох в полураскрытые губы. Я вновь поцеловал её, как тогда на пирсе, как в своей каюте, когда она оказалась подо мной. Я не мог насытиться этими сладкими губами и сейчас с трудом от неё оторвавшись, вновь надавил на грудь.
А потом ещё раз.
Пока она не выгнулась дугой и не закашляла. Перевернув её набок, вода полилась из неё бурным потоком. Она содрогалась всем телом и выплёвывала из себя морскую воду. Подняв её на руки, пошёл в сторону каюты.
— Эй ты! — Схватил первого попавшегося моряка и потащил за собой. Быстро пересёк коридор и толкнул дверь своей каюты. Положил Айзант на кровать и укрыл дрожащую девчонку одеялом. Посмотрел на моряка и посадил рядом с девушкой. — Слушай Кики, тебе ответственное задание.
— Да мой капитан.
— Смотреть за леди Игхит, чтобы она не умерла. Давать попить по мере возможности, укутывать одеялом, развлекать историями из своей или чужой жизни. В общем, делай что угодно, чтобы она выжила и не убежала отсюда.
— Понял.
— Я надеюсь на тебя. Ты меня знаешь, Кики. Справишься с заданием, награжу.
Выйдя из каюты, выдохнул и, потрепав волосы, облокотился о шатающийся корабль, который боролся со стихией.
— Ну а теперь осталось самое малое, усмирить эту бурю.
Глава 13. Потайной карман.
Когда я открыла глаза, корабль не шатался. Из окон светил яркий солнечный свет и падал на пол. Пыльца кружилась в его лучах, создавая немыслимые пируэты.
Подняв голову, поняла, что она жутко раскалывается.
— Ооо, — застонала я, схватившись за неё, и рухнула на подушку. — Я что умираю?
Но мне никто не ответил, потому что в каюте я была одна. Откинув одеяло, поняла, что я голая… абсолютная голая. Быстро укрывшись одеялом, заморгала. Как такое могло произойти, что я ничего не почувствовала, когда меня раздевали? А если надо мной надругались?
Охнув, я ещё раз заглянула под одеяло и ничего не поняв, снова укрылась. У меня ничего не болело, кроме головы. А матушка говорила, что после первого раза, будет болеть внутренняя поверхность бедра и промежность. Ещё могут быть кровоподтёки. Откинув одеяло, посмотрела на простыню и снова ничего не увидела.
В этот момент дверь раскрылась и в каюту вошёл капитан.
Взвизгнув, я укрылась одеялом до носа и прошипела.
— Капитан Райварт, выйдете, пожалуйста. Я не одета.
— Хм… чего я там не видел. — Подошёл ко мне и поставил рядом со мной поднос с едой. Аромат горячей еды проник через одеяло и не смея больше сдерживаться, я отпустила его до шеи.
— Вы видели меня голой?
— Да. И если честно смотреть там не на что.
— Что? — Вспыхнула и почувствовала, что залилась краской. Щёки обдало жаром и я шумно вздохнула. — Да, как ты смеешь?
— Ты спросила, я ответил.
— Твоё мнение никому не интересно. — Нахмурилась и посмотрела в сторону подноса с едой.
— Правда? Жаль! Всегда считал, что это не так.
— Зачем ты меня раздел?
— На тебе была мокрая и холодная одежда после того, как ты искупалась в Великом море. А под утро тебя начало лихорадить. Я растёр тебя спиртом, чтобы ты не умерла от охлаждения.
— Я могла умереть?
Быстро заморгала и вздрогнула от наплывшего воспоминания. Я стою на палубе и смотрю на капитана Райварта. А потом меня сметает с ног огромная волна и утягивает за собой в море. Ледяная вода в один миг попадает в рот, а затем и в лёгкие. Я делаю непроизвольный глоток, а потом ещё один и моё сознание плывёт. Кто-то хватает меня за руку и тянет вверх. А дальше ничего не помню.
— Ты спас меня?
— Да. — Спокойно ответил капитан и сел с краю кровати, отломил кусок хлеба и зачерпнул им горячую кашу. — Открой рот.
— Что? Но как так? Ты что нырнул за мной?
— Айзант, открой рот! — Серьёзно произнёс капитан, и я послушалась. Горячий хлеб, пропитанный ароматной кашей, попал на язык, и я задохнулась от простой, но невероятно аппетитной еды.
— Вкусно. — Улыбнулась и поджала губы. Захлопала ресничками. — Ещё хочу.
Райварт закатил глаза и снова обмакнул хлеб в кашу. Положил мне в рот. — Кто сделал для меня этот завтрак?
— Наш кок. Его зовут Мур.
Облизала губы и причмокнула.
— Передай ему от меня благодарность.
— Обязательно. — Райварт поднялся и подошёл к своему столу. Сделал несколько записей в судовой журнал и посмотрел на меня.
— Ты как себя чувствуешь?
— Голова прошла и в целом неплохо.
— Это хорошо, потому что у меня есть для тебя плохая новость.
— Плохая? Что-то случилось? Моя одежда пришла в негодность? Наши вещи унесло в море?
— Хм… нет. Всё не совсем так. — Подошёл ко мне и встал передо мной. Провёл рукой по волосам и почесал подбородок. — Как бы тебе это сказать, чтобы не сильно расстраивать?
— Говори Цуга! — Поднялась с подушки, всё ещё держа одеяло на своем теле.
— Твой муж — Ядрис. Он ночью упал за борт. Мы не смогли его вытащить.
— Нет! — Крикнула я задыхаясь от скверной новости и зажала ладонями рот. Одеяло сползло на мои бёдра.
— Айзант, — капитан показал на меня, — ты вновь передо мной обнажилось. Это уже становится нашей доброй традицией.
— Ааа! — Закричала и подняла одеяло до нужного уровня. — Уйди, Райварт, мне нужно побыть одной.
— Да. Понимаю. Если хочешь, мои люди проводят тебя до твоей каюты.
— Ты прав. Так будет лучше. — Я поднялась и шатающейся походкой пошла к двери.
— Ты
