корейцы забирают её к себе и там выясняют, кто она такая. Более чем уверен, что многим здесь придёт в голову идея заманить девчонку в свою партию с целью повышения популярности. Далее, неизбежно, они примутся переманивать её друг у друга. Возня постепенно начнёт терять границы приличия и стопроцентно закончится совсем безобразно. Лучше с
хангук-сарам получить какие-нибудь уступки за то, что мы согласимся вернуть им Пак ЮнМи. Гораздо более надёжный плюс в предстоящих выборах, чем девочка-волшебница, которая то ли умеет колдовать, то ли только ещё учится… Слишком ненадёжно. Слишком дестабилизирующее…
… талантливый композитор, лауреат престижных международных премий… Ну и что? Даже если сменит гражданство, она — навсегда кореянка. И в Хангук об этом будут постоянно вспоминать, при получении каждой новой премии. Я вообще в ужасе от современных песен. Вот раньше были — и поэты, и певцы. А сейчас — шум один. Поэтому данные обстоятельства совершенно не показатель за то, чтобы бороться за неё. Разумнее будет ценник подороже выставить корейцам. Пусть платят за свою знаменитость.
…. Итак, какой итог? Поблагодарить, наградить и вернуть на родину, но не за просто так. Если бы Агдан умела возвращать молодость, это было бы совсем другое дело. А так… Поэтому делаем вид, что собираемся оставить её в Японии, а на самом деле просто «задираем ценник» «Стране утренней свежести». Вплоть до конфронтации. И уступим. Дадим себя уговорить на наших условиях. Это будет забавно… Агдан, правда, может посчитать, что с ней поступили невежливо. Возможно, после этого ничего и не случится, но… везде лучше подстраховаться. Переложить вину за депортацию на её соотечественников. Судя по докладам, Пак ЮнМи их не любит, они — отвечают взаимностью. Будет им чем заняться, после воссоединения, ха-ха… А если возникнет необходимость «подёргать Хангук за цепь», можно будет пригласить девочку в Японию. Наградить, похвалить. Она же с нами останется в хороших отношениях, мы же друзья? Так можно делать периодически, бесить хангук-сарам до пены из рта…
… Значит решено, ставлю задачу. Главное — режим секретности, для пресечения возможных слухов. Иначе в «Стране утреней свежести» откажутся играть в весёлую игру!
Время действия: третье июля утро.
Место действия: больница Кудандзака
— ЮнМи! — радостно восклицает от двери СунОк. — Как же я соскучилась!
Распахнув руки, с ликующей улыбкой, она бросается обниматься с младшей сестрой. Та же, судя по растерянному выражению лица, совсем не готовилась к столь яркому проявлению родственных чувств. СунОк плюхается на кровать и притягивает ЮнМи к себе, обнимая.
— Быстро слушай меня, — торопливо шепчет она ей в ухо. — За нами могут следить, поэтому делай вид, что ничего не происходит! Тебе ни в коем случае нельзя соглашаться на японское гражданство! Что бы не обещали! Поняла?
ЮнМи дёргается, издавая задушенный звук.
— Ой, как ты хорошо выглядишь! — восклицает СунОк, ослабив хватку и немного отодвинувшись. — Волосы такие блестящие и кожа словно светится!
— Онни, чё происходит? — переведя дыхание, ошарашенно шепчет ЮнМи.
— Мама? О, не волнуйся! С ней всё в порядке! — несёт отсебятину СунОк, изображая разговор двух сестёр. — Мы только вчера разговаривали по телефону. Она сказала, что ты должна меня слушаться и просила обнять тебя за неё!
Старшая сестра снова бросается в «обнимашки».
— ЧжуВон-оппа выслали из Японии! — трагично шепчет она. — За тобой следят спецслужбы! Японцы хотят забрать тебя себе! Ты должна сопротивляться! Мы этого не допустим!
— А ещё мама сказала, что очень рада твоему выздоровлению! — перестав давить младшую «на сок», снова размыкает СунОк объятия. — Она каждый день ходит в храм и молится за тебя!
— Погоди, — просит ЮнМи, выставляя вперёд руки как защиту. — ЧжуВона — выслали? Почему?
СунОк быстро оглядывается на дверь.
— Наверное побоялись, что он будет оказывать на тебя негативное влияние, — Отвернувшись и наклонившись к собеседнице, тихо говорит она. — Оппа хотел быть посредником в переговорах между тобой и Японией, но его отправили в Хангук.
— Оу… — озадаченно выдыхает ЮнМи и задумывается.
— А почему? — пару секунд спустя спрашивает она.
— Ты не знаешь? — удивляется СунОк.
— Откуда? Мне до сих пор запрещено пользоваться гаджетами. Даже через плеер музыку не дают слушать! Полный информационный вакуум!
СунОк впадает в небольшой ступор.
— Они тебя так пытали? — отмерев, испуганно спрашивает она, заглядывая сестре в глаза.
— Они мне так мозги лечат, — небрежно отмахивается та. — Ну, говори, что случилось?
— После концерта в «Токио Доум» не было ни одного самоубийства среди школьников! — распахнув глаза, возбуждённо сообщает СунОк.
— Это я знаю.
— Японцы думают… — ещё ближе наклонившись к сестре, восторженно шепчет онни. — Что ты — « Мяу — Каннон»!
Отодвинувшись, СунОк с огромным интересом смотрит какое впечатление произвела произнесённая ею новость.
— Кто-оо я?
— Полностью по-японски это произносится как «Манеки-Неко Каннон», — с готовностью поясняет онни. — А если коротко, то « Мяу — Каннон». Это воплощение богини с талисманом Манеки-нэко.
Пф… — продолжительно выдыхает сквозь чуть приоткрытые губы ЮнМи, пребывая в состоянии обалдевания от полученной информации — пфффф…
— Я ожидала, что ниппонцы окажутся умнее моих соотечественников… — наконец разочарованно признаётся она.
— Ты это про что? — хмурится СунОк.
— В Хангук меня хоть реинкарнацией королевы считали, а в Ниппон сразу богиней назначили. Как-то… легкомысленно, не находишь?
— А на самом деле ты… — произносит СунОк, пристально смотря в глаза ЮнМи.
— Изнурённая человеческой глупостью девочка, которой не дают зарабатывать деньги, — заканчивает за неё фразу сестра и задаёт вопрос: — Кстати, на что ты здесь существуешь?
— Да отстань ты! — СунОк пихает ногой трущуюся о неё кошку.
— Мульча, иди ко мне, — предлагает ЮнМи. — Она тебя не любит.
— С чего это — «не любит»? — обижается онни, смотря как сестра подхватывает на руки запрыгнувшую на кровать её любимицу. — Сколько я за ней ухаживала? Просто мы говорим о важных вещах, а она — мешает.
— Деньги — это очень важно, — кивает ЮнМи и интересуется: — Так откуда ты их берёшь?
— Их дала «Всемирная организация колоколов мира», — с совершенно серьёзным видом отвечает СунОк. — Ещё они обещали оплатить расходы за твоё лечение…
Судя по выражению лица ЮнМи, это уже второй раз за пару минут, когда она «крепко
