удивлена» новостями.
— Что опять? — недовольно спрашивает СунОк. — Чего ты замерла?
— Какие ещё — «колокола мира»? — возмущённо спрашивает ЮнМи. — О чём речь?
— «Всемирная ассоциация колоколов мира», сокращённо — WPBA, — хмуро делится знаниями онни, — японская организация, стремящаяся повысить осведомленность о движении «за мир во всём мире» путем отливки и установки японских храмовых колоколов по всей Земле. Ассоциация была основана господином Тиедзи Накагавой. Мысль создать фонд возникла, когда он, будучи мэром города Увадзимы, руководил заменой храмового колокола в храме Тайхэй после Второй мировой войны. Тогда этот колокол получил название — « Колокол Банзая для абсолютного мира» и послужил моделью для «Колокола мира Организации Объединенных Наций». Это был первый колокол, подаренный WPBA…
… Колокола изготовляются с использованием переплавленных монет, собранных детьми из разных стран мира. На сегодняшний день они установлены в шестнадцати странах. В США, Японии и Австралии имеется более одного такого колокола…
— Это очень уважаемая и всемирно известная ассоциация! — закончив транслировать вызубренную презентацию, решительно заявляет СунОк.
— Причём тут я и они? — подобрав отвисшую челюсть, не понимает ЮнМи.
— При том, что ты — богиня Каннон, которая за мир во всём мире!
— Кххх… И что, деньги возвращать не придётся?
— Это благотворительность!
— Совсем — совсем?
— Если ты примешь участие в рекламной кампании WPBA, они будут очень признательны.
— Понятно…
На некоторое время наступает тишина. ЮнМи задумчиво рассматривает выходящее на улицу окно, СунОк ждёт, когда та чего-нибудь ещё скажет.
— Вообще, есть много разных компаний и организаций, желающих увидеть тебя в своей рекламе, — устав ждать, небрежным тоном, так, будто просто к слову пришлось, сообщает онни.
Взгляд ЮнМи перемещается с окна на сестру.
— Сколько? — коротко спрашивает она.
— Триста восемьдесят девять.
Брови ЮнМи взлетают вверх.
— Всё нормально, — увидев реакцию, успокаивает СунОк. — ЁнЭ ведёт учёт заявок. Никто не потеряется.
— «ЁнЭ»? Она ведь осталась в Корее?
— Ну да. Просто в тот момент ей на поездку не было денег. А сейчас они есть. Поэтому, я её вызвала сюда…
— Она мне очень помогает! — эмоционально начинает оправдываться СунОк, по-своему интерпретировав выражение в глазах сестры. — Одна бы я не справилась! Учёт денег вести, с рекламодателями переговоры проводить…
— И сколько на счету денег?
— WPBA пожертвовали пять миллионов йен. Часть из них была потрачена.
— Миллион йен — это примерно шесть с половиной тысяч долларов… — подсчитав, задумчиво произносит ЮнМи. — Не такие уж и большие деньги для мировой рекламной компании…
— Но они были очень нужны в тот момент. И я маме немного денег отправила…
— «Дважды даёт дающий вовремя», — кивает ЮнМи и обещает: — Ладно, позвоню я им в их колокола. А остальные желающие? Надеюсь, вы с них вперёд не брали?
— Нет, только зарегистрировали протоколы «о намерениях». Гонорары будут оговариваться с тобой, как с исполнителем работ.
— Ты смотри! — восхищается ЮнМи, крутя головой. — Как умно поступили! Словно профессиональные импресарио.
СунОк довольно улыбается.
— Значит, у меня есть работа? — спрашивает, тоже улыбаясь, ЮнМи.
— Полно, — кивнув, подтверждает онни.
— Так когда же меня отсюда выпустят⁈
Онни открывает рот, но не успевает ничего сказать. В дверь палаты раздаётся стук, входит медсестра.
— Прошу прощения, СунОк-сан, но время вашего посещения истекло, — сообщает она, вежливо кланяясь.
(несколько позже, больничная палата. ЮнМи на кровати «переваривает» принесённые сестрой новости)
Мне, как и остальным «не японцам», известно, что жители «Страны восходящего солнца» — весьма и весьма своеобразные. Возможно, это результат длительной самоизоляции или последствия воздействия радиации и близость к Годзилле. Возможно. Но никто точно не знает — «почему», а ниппонцы не объясняют. Они улыбаются и живут, продолжая «отмачивать корки», веселя мир и порою ставя его в тупик, вот прямо как меня сейчас.
Я был прав, когда предположил, что меня объявят кем-то мистическим. Но не богиней же⁈ Мало ли по каким причинам их школьники решили пожить ещё? Нельзя же всех подряд объявлять бодхисатвой? Конечно я — не каждый первый, и даже — не каждый сто миллионный, но должны же быть хоть какие-то границы разума⁈ Японцы — конкретно ненормальные! И что мне с этим теперь делать?
Некоторое время размышляю над вариантами, но ничего созидательно-полезного в голову не приходит. Единственная практичная мысль: кажется, сейчас возникла ситуация, в которой лично я смогу неплохо заработать. Вон, сколько рекламодателей привалило! В жизни таких очередей на себя не видел. «Заехать» во все местные тиви -шоу, параллельно нахапать контрактов по продвижению товаров и сидеть на этом «плотненько», работая от зари до зари. Месяца этак через три-четыре, шумиха спадёт, через полгода вообще сойдёт на нет, я за это время «примелькаюсь», раскручусь, раскачаю свои певческие таланы и плавненько начну музыкальную карьеру на втором по размерам музыкальном рынке мира. При этом у меня будут деньги и возможность работать. Красота! Ну и зачем мне отказываться от японского гражданства?
Обдумываю слова СунОк про намерение японцев прибрать меня к рукам. И прихожу к выводу, что она — «чего-то совсем не таво». Перед тем, как её «запустили» ко мне, состоялась ещё одна беседа с господином Судзуки. И после неё список возможных предложений со стороны Ниппон мне в целом представим. А вот содержание «противовесного» пакета предложений от Хангук отсутствует. Они меня там ненавидят долго и старательно. Неужели вдруг « перекуются» за прошедший месяц? Очень сомнительно надеяться на столь стремительную метаморфозу. Более чем уверен, что окромя проблем, пренебрежения и нищеты на родине ЮнМи мне не получить. Поэтому, если японцы «хотят меня украсть», то хиномару им в руки!
(хиномару — яп. «солнечный круг», название флага Японии)
Конечно, вначале обязательно нужно точно договориться, сколько и каких именно «баранов» дадут за «невесту», но после достижения консенсуса — да пусть воруют себе на здоровье! «Невеста» не против!
Ещё раз мысленно пробегаюсь по возникшему в голове варианту «дальнейшего развития событий» и не нахожу в нём каких-нибудь откровенно несбыточных ожиданий. Понятно, самым трудным будет первое время, когда все кинутся смотреть — «есть ли у неё хвост?» и требовать чудес. Но это неизбежное зло,
