– Звучало очень хорошо.
– Не забывайся, – нахмурился он. – Ты можешь ненароком перехвалить меня.
– Извини.
– Что с тобой. Ты выглядишь так же, как Бетт Дэвис в фильме «Все о Еве».
– Ничего. Только немного болит голова. Она попыталась улыбнуться, но не справилась с задачей.
– Роксанна хочет, чтобы я позировал для какой-то маски.
– Да, знаю. Ты сделаешь это?
– Почему бы и нет? Думаю, это чертовски здорово обессмертить себя в гипсе.
– Кажется, у меня наступает похмелье, – оборвала его Пола и направилась в туалет.
Протискиваясь сквозь толпу, она почувствовала, как головная боль усиливается. Согласие Майлза выполнить просьбу Роксанны разочаровала ее, но глупо было надеяться, что он откажет. С какой стати? Ведь просьба Роксанны была достаточно безобидной. Почему она не может выбросить из головы недоверчивые мысли? О том, что эти люди играют в некую элегантную игру, конец которой окажется… каким? Пугающим? Да, именно так. Пугающим.
Но в чем смысл этой игры?
Она поднялась по лестнице на второй этаж. Большой холл наверху был оклеен прекрасным белым шелком и модернизм нижней гостиной уступал здесь место антиквариату. У стены стоял французский комод с укрепленным над ним зеркалом а-ля Луи Куинз. Мельком глянув на свое отражение, Пола пожалела о том, что она не прекрасна, как Роксанна, а всего лишь «симпатична» и пошла по длинному холлу в переднюю часть дома, где размещались гостевая комната и туалет. После шума нижнего этажа второй этаж казался блаженно тихим; подходя к двери туалета, она с радостью почувствовала, что боль отступает.
Напротив гостевой комнаты находилась библиотека. Пола заметила висящие на стене комнаты белые маски и, вспомнив слова Роксанны о коллекции, решила осмотреть их. Комната была маленькой, но элегантной: вдоль трех стен размещались двухметровые шкафы из каштана с изящными декоративными решетками из бронзы. Четвертую стену занимало выходящее на улицу окно, перед которым стоял прекрасный антикварный стол с французской лампой времен «Директории». Рядом с лампой лежало несколько безделушек, среди которых – хрустальный обелиск, красивая серебряная чернильница и длинный, зловещий на вид нож для открывания писем с узорной костяной, рукоятью, оканчивающейся скалящей зубы мертвой головой. Решив, что жутковатая вещица не слишком-то подходит для своего назначения. Пола взглянула на стены поверх книжных шкафов. Их обтягивал темно-красный бархат, на котором висело не менее дюжины гипсовых масок. Все они представляли друзей Дункана: она узнала лица Сиднея Рэймонта, Филипа Розена, принцессы Андраши и госпожи Агаты Ренфру. Там же находились и маски Дункана и самой Роксанны. Маски отличались сходством с оригиналами и в мягком свете настольной лампы казались Поле почти живыми – галерея спящих голов.
Чуть вздрагивая, она прошлась по комнате, разглядывая книги. Очевидно, Дункан был страстным читателем и обладал вкусом католика: среди томов имелись книги по истории, биографические и серьезные работы по теории музыки, а также поваренные книги, руководства по виноделию, бестселлеры, детективы и, конечно, боевики о Джеймсе Бонде, притом весьма потрепанные. Одну из угловых полок заполняли изящные фарфоровые статуэтки и прочие художественные мелочи, подсвеченные скрытой лампой и защищенные решетчатыми дверцами. Пола в восхищении остановилась перед двумя миниатюрными китайскими собачками, крошечными французскими пастушком и пастушкой и несколькими фигурками мессенского фарфора, показавшимися Поле просто бесценными. Центр полки занимал странный флакон из белого фарфора сантиметров пятнадцати высотой с круглым донышком и длинным узким горлом. Его стенки украшали изящно выписанные лица Горгоны, искаженные немой яростью; змеиные локоны соединяли головы, образуя непрерывную вязь. Пола никогда не видела вещи настолько ужасной и в то же время прекрасно выполненной. В ней таилась почти гипнотическая притягательность, не дающая отвести взгляд. Чтобы рассмотреть флакон поближе, она попыталась открыть одну из дверец, но к ее разочарованию, они оказались запертыми.
Она обернулась и увидела стоявшего в дверях Робина.
Вид огромного, уставившегося на нее угольно-черными глазами пса, потряс Полу. Боясь шевельнуться, она напряглась, в любой миг ожидая нападения животного. Сент-Мориц. «У нее было вырвано горло». Отпечатки лап. «Это глупо! – подумала она, – Вопиющая глупость. Лабрадоры не убийцы. И в любом случае, Робин не мог убить жену Дункана. Это случилось двадцать лет назад, а этому псу не больше трех лет. Но почему он не движется? Почему продолжает смотреть на меня?»
Из любопытства она шагнула было к Лабрадору. Тот зарычал, и она застыла. С полминуты они следили друг за другом. Затем животное повернулось и исчезло в холле.
Пола чуть не рассмеялась от облегчения. Торопливо идя в гостевую комнату напротив, она убеждала себя, что пора выкинуть из головы нелепые выдумки; Убийство – Роксанна и Дункан, добивающиеся чего-то от Майлза – ее ощущение, что в доме таится какое-то зло. Все это лишь болезненные фантазии, с которыми пора бороться. Ни в коем случае нельзя поддаваться страхам и паниковать при виде охотничьей ищейки-лабрадора, самой ласковой и безобидной собаки на свете.
Она кивнула находящейся в гостевой горничной и вошла в туалет. Закрывая зверь, со стыдом обнаружила, что руки у нее дрожали.
Глава 5
В первый же деловой день в «Бич Бам» явилась госпожа Лола Мэйнвэринг и принцесса Андраши и приобрели на двести с лишним долларов одежды. Они сообщили, что Роксанна де Ланкрэ оценила магазин настолько высоко, что они решили зайти и посмотреть, что именно ее взволновало.
После их ухода Мэгги впала в экстаз.
– Знаешь, что это значит. Пола? Это значит, что мы приобретем «толпу»! О, эта красавица Роксанна! Я люблю ее!
Пола не разделяла восторгов подруги.
«Роксанна пытается подкупить меня, – думала она. – Зная, что я что-то подозреваю, она пытается отвлечь меня, улучшая нашу торговлю… О Господи. Я должна положить этому конец!»
В ближайший вторник вечером Майлз возвратился из студии Роксанны с покрасневшим лицом.
– Ты покраснела бы точно так же, просидев два часа с гипсом на лице, – объявил он, наливая себе чашку кофе.
– Как выглядит ее студия? – спросила Пола.
– Просто большая комната на верхнем этаже. Ничего особого. И – чтобы тебя успокоить – героиня-вамп вовсе не пыталась меня соблазнить.
Усевшись за круглый стол, он помешал кофе ложечкой.
Пола подошла к нему и поцеловала.
– Пусть так, я ошибалась, – заметила она тихонько. – И изо всех сил старалась не ревновать, хотя мне это не очень-то удалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
