— Причем, какую… — многозначительно протянула Лоредана, не в силах отвести взгляда от подруги.
Даниэла медленно повернулась к зеркалу, чтобы понять, чем их так поразил ее новый образ, и, увидев свое отражение, принялась вглядываться в него: сначала недоверчиво, потом удивленно и, наконец, заинтересовано. Всегда носившая простую и удобную одежду, она и не подозревала, что может выглядеть так необычно и женственно… Из зеркального овала на нее смотрела очаровательная девушка с рыжими шелковистыми волосами, падавшими на плечи, выразительным взглядом голубых глаз и загадочной улыбкой, игравшей на плавно очерченных розовым контуром губах.
— Ты просто красавица, — вдохновенно подытожила свои наблюдения Лоредана. — Остается поменять помаду на другую, с сиреневым оттенком, под цвет платья, и все мужчины в опере…
— Пожалуй, это лишнее, — послышался вдруг голос Этторе. — Иначе Дон Жуан, заметив среди зрителей такую шикарную синьорину, бросится к ее ногам, напрочь забыв о сцене, и тем самым сорвет оперное действо.
На несколько мгновений Даниэла замерла на месте. Затем сбивчиво проговорила, порывисто обернувшись к нему:
— Что вы здесь делаете? И что за чушь вы несете? Какой еще Дон Жуан?
— Тот самый, именем которого нарекают не в меру любвеобильных мужчин, — спокойно объяснил Этторе, окидывая ее одобрительным взглядом. — Вы ведь, насколько я понял, собираетесь посетить оперу, — продолжил он. — И это непременно должен быть «Дон Жуан» великого Моцарта. Только эта постановка заслуживает присутствия такой прекрасной дамы…
— Перестаньте морочить мне голову и объясните, что вам здесь понадобилось, — оборвала его Даниэла.
Этторе пожал плечами.
— То же, что и остальным покупателям…
— Покупательницам, — устремив на своего собеседника разгневанный взгляд, поправила его Даниэла. — Ведь это магазин женской одежды.
— В самом деле? — с притворным удивлением поинтересовался Этторе, недоуменно оглядываясь вокруг. — Наверное, я просто не взглянул на вывеску, когда зашел сюда вслед за вами, — вновь повернувшись к Даниэле, объяснил он и, не дав ей времени на реплику, продолжил: — Я шел за вами от университета, чтобы улучить удобную минуту и попросить у вас прощения… Хотя и сам не знаю, за что, — признался он, смущенно разведя руками. — Вчера в галерее вы отчего-то вдруг рассердились на меня, а потом убежали, даже не объяснив причины… Именно поэтому я, в знак примирения, с радостью принимаю ваше приглашение отправиться завтра вместе с вами в театр, — непринужденным тоном завершил он.
— Мое приглашение? — изумленно воскликнула Даниэла. — Послушайте, а вам не кажется, что…
— О билетах не беспокойтесь, — все так же непринужденно оборвал ее Этторе. — Обещаю, у нас будут самые лучшие места, — лучезарно улыбнувшись, заверил он ее и, протягивая Эмилии кредитку, распорядился: — Пожалуйста, доставьте это платье синьорине Ламбретти домой… вместе с ювелирным украшением, которое я пришлю в ваш магазин через полчаса.
— Что?! — уставилась на него Даниэла. — Мне не нужно никакое украшение! А за платье я могу заплатить и сама.
— Лучше напишите здесь свой адрес, — не обратив внимания на ее возражения, попросил он, протягивая ей записную книжку.
Но, поняв, что она вовсе не собирается выполнять его просьбу, передал книжку Лоредане.
— Я ведь должен знать, куда мне отправлять за вами такси завтра вечером, — рассудительно заметил он. — Хотя вам больше подошла бы карета, — окинув ее восхищенным взглядом, добавил он.
Он оставил размашистую подпись на чеке, забрал кредитку и записную книжку с адресом Даниэлы и направился к дверям. Но через несколько шагов остановился и, обернувшись к ней, напомнил:
— Кстати, ваша подруга была права. Чтобы довершить этот поистине королевский образ, вам действительно необходима помада сиреневого оттенка… Я почту за честь стать соперником Дон Жуана… Но до той секретной ложи, где будем сидеть мы с вами, добраться ему будет непросто… Вы хотите знать, что это за ложа и где она расположена? — заметив удивленный взгляд Даниэлы, поинтересовался он. — Приходите, узнаете…
С этими словами, адресовав каждой из девушек таинственную улыбку, Этторе скрылся за дверями.
Проводив своего нового знакомого растерянным взглядом, Даниэла медленно перевела его на Лоредану.
— Только не говори, что ты не пойдешь, — предупреждающе вскинув ладонь, поспешно проговорила та. — Неужели ты не понимаешь, что этот мужчина — просто находка? Посуди сама: умный, симпатичный, интересный в общении, — принялась она загибать пальцы, — да плюс ко всему еще и чертовски загадочный, — мечтательным тоном добавила она, — а самое главное, готов ради тебя на все. Разве ты со мной не согласна?
Даниэла неуверенно пожала плечами.
— Возможно, ты права…
Вот только, почему он ни словом не обмолвился о моей вчерашней выходке? — мысленно спросила она себя. Я не услышала от него ни единого упрека… Может, смотритель не принял мои слова всерьез?
— Раз уж ты, хоть и без особого энтузиазма, но все же признала мою правоту, за твой завтрашний досуг я могу быть спокойна, — удовлетворенно констатировала Лоредана и, подойдя к Даниэле, спросила заговорщицким тоном: — А как насчет того промышленника? Я могу теперь оставить его себе?
— Какого промышленника? — недоуменно спросила Даниэла, глядя на подругу отсутствующим взглядом.
— Значит, могу, — понимающе улыбнувшись, незамедлительно подытожила Лоредана.
Как только такси притормозило возле здания знаменитого оперного театра, к нему тотчас подошел Этторе. — Вы чуть было не опоздали, — проговорил он, помогая Даниэле выйти из машины. — Как я понимаю, причиной вашего опоздания является этот шедевр парикмахерского искусства? — поинтересовался он, окинув восхищенным взглядом ее прическу.
Даниэла осторожно дотронулась ладонью до безупречно уложенных ярко-рыжих локонов.
— Не только, — с легким вздохом возразила она. — В самый последний момент я вспомнила о помаде сиреневого оттенка. Так что по дороге сюда пришлось заезжать за нею в магазин, а потом краситься перед зеркалом заднего вида, которое у меня то и дело пытался отнять водитель…
— Но, несмотря на все эти неудобства, вы выглядите просто потрясающе, — широко улыбнувшись, признал Этторе. — Возможно, даже слишком, — добавил он, заметив устремленные на нее взгляды двух мужчин, о чем-то беседовавших неподалеку.
Даниэла равнодушно пожала плечами.
— Вы ведь сами этого хотели…
— Неправда. Я вовсе не хотел, чтобы вы становились объектом пристального внимания других мужчин, — галантно склонившись к ней, возразил Этторе. — У меня было несколько иное желание… — добавил он, загадочно понизив голос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
