— Не справляются, значит, местные, — хмыкнул Жихаров. — А про Настю я только из газеты знаю. Мы как-то с соседями и не пересекаемся почти. Ее, говорят, нашли мертвой?
— Ну, говорить могут много чего, — уклончиво произнес Игорь. Евгений явно не собирался пускать его в квартиру. Правда, к таким моментам в своей работе Игорь уже привык. — Я хотел бы узнать у вас насчет пятого мая прошлого года. Именно в этот день исчезла Анастасия Фатеева. Возможно, вы или ваши близкие могли что-то видеть.
— Нас уже об этом спрашивали, — покачал головой Жихаров, — и фотографию показывали. Но я ничего не видел.
— Жень, ты скоро? — послышался из коридора женский голос.
— Мира, иди в комнату, я сейчас, — мягко, но настойчиво ответил Евгений.
— Ваша жена? — осведомился Игорь. — Я хотел бы задать тот же вопрос ей.
— Не было ее в тот день, — недовольно буркнул Жихаров, — она уже говорила, что ничего не знает. И вообще, мы показания уже давали год назад.
Но, несмотря на слова мужа, из полумрака коридора вынырнула маленькая черноволосая женщина в легком халатике.
— Здравствуйте, — улыбнулась она, заставив мужа еще больше нахмуриться. — Женя правду говорит. Я на дежурстве была, а он, когда дома бывает, в основном, у компьютера сидит. Так что даже потоп вряд ли заметит.
Игорь благодарно кивнул смелой женщине: наверняка ведь муж разнос устроит — вон как набычился. Одно хорошо — в этой семье явно царит равенство. Там где жены забиты мужьями, они не рискуют лишний раз даже рта раскрыть, и уж точно им не до того, чтобы общаться со следователями.
— Благодарю вас за информацию и прошу прощения за беспокойство, — Валуйский уже собирался откланяться, когда Мира вдруг окликнула его.
— Подождите! Вы еще с Демидовой Анной Ивановной поговорите, она этажом выше живет. Она у нас в домоуправлении. И всех соседей знает. Вы ведь наверняка с ней еще не говорили — она на даче, и вернется только через пару дней.
— Хорошо, спасибо, — откликнулся Игорь. Хотя вряд ли его услышали — дверь захлопнулась почти одновременно с последним словом, произнесенным Мирой.
В участке на следующий день царила кипучая деятельность, развернутая Эдиком. Кто-то поднимал архивы, кто-то помогал разрабатывать операцию по поиску неизвестного таксиста. Хотя большинство работников розыска занимались своими повседневными делами.
— Ну, что, Шерлок Холмс? — осведомился пребывавший в боевом настроении Птицын. — Какие новости принес?
— После твоих-то проверок какие могут быть новости? — рассмеялся Игорь. — Как Мамай прошел.
Валуйскому всегда удавалось легко сходиться с новыми людьми. А по роду службы они менялись в его жизни, словно картинки в калейдоскопе. Игорь и теперь был уверен, что Эдик, который сейчас ведет себя, словно старый добрый приятель, забудет о московском следователе, как только они с Сочиной сядут на поезд. Впрочем, Валуйский об этом никогда не жалел — друзья у него были, и включать в их круг человека, с которым и знаком-то всего ничего, он никогда не торопился.
— А я предупреждал, — назидательно произнес Птицын. — Мог бы и не мотаться по ночам.
— Ну, попытка не пытка. Я еще с одним человеком поговорю через пару дней и на тебя все свалю, — сделав хитрую мину, пообещал Валуйский.
— Вот все вы такие, — притворно оскорбился Эдик, — труп нашли, «глухаря» мне свалили и в кусты. Меня что — фамилия обязывает?
— Заметь, это не я сказал, — фыркнул Валуйский. — Да, кстати, Алевтина Юрьевна просила вернуть потерпевшей кольцо. Очень… настоятельно просила.
— Ты же знаешь, что это вещдок, — лицо Птицына сразу стало серьезным, — к тому же им распоряжается муж убитой. Вдруг он захочет его себе на память забрать.
— Да хоть на переплавку, — махнул рукой Валуйский, — тут дело серьезное. Если наши специалисты говорят о чем-то, связанным с тем миром, лучше делать, как они говорят. Иначе фигня какая-нибудь выйдет. Ты, надеюсь, не считаешь это бабкиными сказками?
— После того, что я в лесу увидел, уже не считаю, — негромко ответил Эдуард. — Хорошо. Что-нибудь придумаем.
В следующие дни в отделе было много работы. Поднимались архивы дорожно-постовых служб, просматривались записи дорожных камер. Особенно усиленно искали в направлении, где было найдено тело Фатеевой. Но поток машин, даже на пригородной трассе, был довольно плотным — кто-то ехал на дачу, кто-то на пикники. И многие заказывали такси. А на грунтовке, куда водитель свернул, чтобы спрятать тело, камер уже не было.
Пару раз звонила Сочина, которой не нравилось находиться среди суеты розыскного отделения. Но каждый раз поговорить нормально что-нибудь мешало. Игорь все время куда-то бежал, что-то делал. И лишь на исходе третьего дня вспомнил о своей неопрошенной свидетельнице. Ехать решил уже на следующий день, чтобы не беспокоить немолодую женщину на ночь глядя.
Валуйский как раз сидел над очередной базой данных фирмы, предоставляющей услуги такси. Дневная суета уже улеглась, и в кабинете царил уютный полумрак, разгоняемый только настольной лампой.
— Игорь Александрович, — в приоткрытую дверь заглянула Юля. — Вас к телефону просят.
Странно, Сочина звонит на сотовый. Шеф — тоже. Эдик сам еще на работе.
— Не назвались? — на всякий случай уточнил следователь, вставая.
— Нет. Женщина какая-то, — неприязненно пожала плечами Юля.
— На что нам чужие женщины? — подмигнул Игорь молодой коллеге. — Нам свои нравятся.
Юля хихикнула. Она явно симпатизировала подтянутому и обходительному Валуйскому. По дороге к телефону дежурного они успели обменяться еще парой шуток, но, взяв трубку, Игорь посерьезнел:
— Следователь по особо важным делам Валуйский слушает.
На другом конце провода сперва слышалось только чье-то дыхание. «Или помехи», — подумал Игорь. Но когда он уже собрался отключить аппарат, звонившая заговорила:
— Здравствуйте, Игорь Александрович. Извините, что беспокою вас так поздно. Я… не знала, куда еще вам позвонить….
— Ничего страшного, но… мы с вами, насколько я понимаю, незнакомы.
— Меня зовут Людмила. Людмила Андреевна Крейн. Я… друг Андрея Суржина.
— Друг? — поднял бровь Валуйский.
— Сейчас — только друг, — уверенно произнесла женщина. — Но дело в том, что… год назад мы были… больше, чем друзьями.
— Понимаю, — среагировал Валуйский.
— И я… я знаю, что вы его подозреваете в том, что он убил жену своего бывшего партнера по бизнесу. Но он этого не делал. Он в этот вечер был у меня.
Разговор становился все менее «телефонным».
— Людмила Андреевна, — Валуйский постарался говорить как можно мягче, — вы понимаете, что теперь я должен вызвать вас, как свидетеля по делу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
