В рубку входили встревоженные мезолетчики. Когда собрались все, Черок коротко поведал о случившемся.
Гнетущее молчание длилось, казалось, вечность. Потом рослый парень, наладчик мезосистем Антер, с искаженным лицом бросился на кибернетика. Но Черок успел прикрыть Боноски своим телом.
– Почему вы защищаете его, кэп? - прорычал Антер.
«Что-то раньше я не замечал его воинственности, - подумал Черок. - Был тихоней. Уж не из гвардии ли Дэвиса?»
А Гринвуд, шеф «невидимых», утратил свой загадочно-грозный вид и превратился в обыкновенного растерянного толстяка. Он беззвучно шевелил губами, пытаясь что-то сказать, его плечи безвольно обвисли. Но и все остальные были подавлены не меньше: мезолет, затерявшийся в космосе, подобен пылинке, внутри которой еще тлеет огонек разума, но скоро и он погаснет.
Не совладав с нервами, попытался выброситься в пространство техник Дадли. Он уже открыл внутреннюю камеру катапульты, но его вытащил оттуда врач Гольд.
Черок понял: если не разрядить атмосферу, люди выйдут из-под контроля. Он схватил сигнальный пистолет - и шипящая белая ракета пронеслась над головами. Отразившись от купола рубки, она рассыпалась цветными огнями. И это помогло. Мезолетчики воззрились на Черока, ожидая, что он скажет.
– Как поступить с ним? - спокойно спросил Черок и, кивнул на Боноски.
– Выбросить его ко всем чертям! - визгливо произнес Гринвуд.
Его поддержали человек восемь. Черок заметил, как они группируются вокруг шефа. «А, вот когда вы проявились, друзья», - подумал он. И постарался запомнить лица агентов Дэвиса.
– Зачем нам терять ценного специалиста? - обратился командир корабля к Гринвуду. - Он пригодится. Мы найдем другую планету вместо Земли.
– И вы это серьезно? - прозвучал насмешливый голос Индолы. Все это время она молча наблюдала за происходящим.
– Вполне. - Черок медленно повернулся в ее сторону.
– Ваша идея не годится. Шансов отыскать планету земного типа у нас практически нет… Но я знаю, как найти Солнце. И сделаю это при одном условии…
Все с надеждой посмотрели на Индолу, сразу осознав, что если кто и может сотворить чудо, то это только их астрофизик.
– При условии, - повторила Индола, - если все опять будут беспрекословно подчиняться нашему командиру Чероку.
– Зачем это вам? - непроизвольно вырвалось у Гринвуда.
– Я люблю его.
Черок на минуту растерялся, но, взглянув на Индолу, он понял, что девушка не шутит.
– Каким образом вы приведете нас к Земле? - только и смог спросить он чуть охрипшим голосом.
– Мне помогут старые добрые звезды, Черок. Мы совсем забыли благородное искусство предков. А ведь они умели - без приборов - находить верный путь в океанах.
– Все это абстрактно, - заметил Черок. - А если конкретнее?
– Я направлю корабль по координатам, привязанным к Альтаиру, Проциону и какой-нибудь яркой цефеиде, маяку Вселенной. Затем, когда приблизимся, возьмусь за спектры. По спектру отыщу Солнце.
– Как будто логично. Она права, - неожиданно поддержал Индолу шеф «невидимых». Его лунообразная физиономия снова обрела уверенность.
– За дело, Черок! - крикнул здоровяк Птил, смахивавший на гориллу, и Черок успел перехватить косой взгляд, которым он обменялся с Гринвудом.
– Я знаю, когда и что делать, - сухо отрезал Черок и медленно обвел взглядом всех членов экипажа.
Люди неохотно разбрелись по своим местам. Постепенно наладился прежний ритм корабельной жизни.
Электронные автоматы рассчитали новый курс, заданный Индолой, и МРЗ-17 обрел поле тяготения. Медленно вращалась небесная сфера, проявляя какие-то странные, неясные Чероку грани. Все ярче разгорался на экранах Объект Два-Зет - и вдруг без всякого перехода превратился в багрово пылающий диск. «Черт побери, почему так быстро? Мы словно проглотили несколько парсеков. Или врут приборы?…» - соображал Черок. Но автоматы были в порядке.
Потом мезолет стал выделывать запутанные эволюции. Черок терялся в догадках. И вот на экраны неожиданно выскочил бледно-зеленый эллипсоид Объекта Два-Зет, поразительно изменивший цвет. Некоторое время Черок завороженно следил, как на Релятивистском проекторе причудливо меняются трехмерные проекции мезолета на Пространство, и не мог ничего понять.
С обычной насмешливой улыбкой Индола поманила кибернетика:
– Перестаньте хандрить! Рассчитайте удаление до цефеиды.
Боноски молча кивнул.
– Восемьдесят девять световых лет, - сообщил он вскоре.
– Не близко, - нахмурилась Индола. - Но выбирать не приходится.
Боноски скривил губы: сознание вины продолжало угнетать его. Видимо, понимая его состояние, Индола заговорила наставительным тоном:
– Если вы помните, Солнце при взгляде из просторов Вселенной представляется висящим в созвездии Девы. Но сейчас в том направлении не менее тысячи звезд. Какое из них Солнце, покажет спектрограмма. И матрица сравнения.
– Анализ сотен и тысяч спектров!? Да тут не хватит жизни!
– Ничего. Компьютер нас выручит, - успокоительно сказала она.
Боноски недоверчиво пожал плечами, а Индола продолжала:
– Вспомните полинезийцев. Перед ними был величайший из океанов - Пацифика. И вместо приборов - глаз да зарубки на рулевом весле. И еще неподвижные звезды неба. А древние мореходы всегда находили путь к цели.
Боноски неопределенно усмехнулся, но девушка продолжала бодрым тоном:
– Мы часто недооцениваем себя. Не менее искусными мореходами были и древние колхи Фазиса. За тысячу лет до нашей эры они имели географические карты, как свидетельствует в своей «Аргонавтике» Аполлоний Родосский.
Индола добилась своего: Боноски слегка оживился.
– «По морю легенд и солнечной юности, морю странствователей и поэтов плывет белой чайкой корабль «Арго», - запинаясь, процитировал он. - Помню со школьной скамьи. А еще ирландскую сагу…
– О том, как Майль-Дуйн заблудился в Море Мрака? - подхватила Индола. И тихо пропела слова саги: «Но вот Майль-Дуйн видел морскую птицу, похожую на тех, что водятся в Ирландии. «Следите за ней!» - сказал он. Кельты поплыли вслед за птицей».
Груды спектрограмм все росли и росли. Не замечая усталости, Индола вычисляла матрицы сравнения. Порой даже засыпала под монотонный гул компьютера и, с трудом разомкнув веки, с недоумением смотрела на ворох магнитных лент, пока опять не возвращалась к действительности… Но вот машина выбросила очередную тысячу анализов, Индола припала к окошку классификатора Мэсона и чуть не вскрикнула от радости: светило типа Ж-2! Неужели Солнце? Но расчет, проделанный Боноски, развеял надежду: нейтринный спектр звезды не совпал с солнечным эталоном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
