— Куда? — довольно невнимательно освѣдомился м-ръ Стобелль.
— Я хочу сказать: если она умретъ.
— Всѣ мы умремъ современемъ, — философски замѣтилъ супругъ, — а ей сорокъ-шесть лѣтъ.
— Исполнится въ сентябрѣ, Робертъ, — довольно рѣшительно поправила кроткая м-ссъ Стобелль.
— Не очень пріятно быть погребеннымъ въ морѣ,- замѣтилъ м-ръ Чокъ, причемъ глава м-ссъ Стобелль расширились отъ ужаса, а м-ссъ Чокъ метнула своему мужу угрожающій взглядъ.
— Мы желаемъ ѣхать въ качествѣ троихъ веселыхъ холостяковъ, — замѣтилъ безчувственный Стобелль, открыто подмигивая Чоку.
— Въ самомъ дѣлѣ? — воскликнула, выпрямляясь, м-ссъ Чокъ. — Но вы забываете, что ѣду я!
— Ну, будетъ двое веселыхъ холостяковъ.
— Нѣтъ, — возразила м-ссъ Чокъ, — я не поѣду одна; если м-ссъ Стобелль не ѣдетъ, я тоже остаюсь дома.
Лицо м-ра Стобелля прояснилось, выраженіе рта смягчилось, и мрачные глаза сдѣлались почти добрыми.
— Самое лучшее мѣсто для дамъ, — проговорилъ онъ любезно, — вы можете каждый день навѣщать другъ друга, можете даже иногда и заночевать одна у другой.
Онъ взялъ кусочекъ кэка и въ припадкѣ любезности предложилъ его и м-ссъ Чокъ, но та нетерпѣливо отмахнулась, заявивъ, что она рѣшила не ѣхать безъ м-ссъ Стобелль.
— А онъ, — продолжала она, сурово кивнувъ въ сторону мужа, — не поѣдетъ безъ меня. Не отпущу его ни на шагъ!
При такомъ заявленіи Чокъ едва не лишился чувствъ, а Стобелль, сдѣлавъ страшные глаза, оперся обѣими руками за столъ.
— Мнѣ кажется… — началъ-было онъ.
— Знаю, что вамъ кажется, но вотъ какъ оно есть на самомъ дѣлѣ. Если вы желаете имѣть спутникомъ моего мужа, то должны взять и меня, а если вы желаете имѣть меня, то должны взять и свою жену…
— Еще кого? — съ большою горечью спросилъ Стобелль.
— Мой мужъ не можетъ быть счастливъ безъ меня, — объявила она, игнорируя дерзкій вопросъ, — не правда ли, Томасъ?
— Нѣтъ, — поперхнулся м-ръ Чокъ.
— Мы ѣдемъ очень далеко, — сказалъ м-ръ Стобелль.
— Чѣмъ дальше, тѣмъ лучше.
— Въ страны, населенныя дикарями, людоѣдами…
— Они не съѣдятъ ее, — возразила м-ссъ Чокъ, оглядѣвъ хрупкую фигурку своей, пріятельницы, — при васъ, по крайней мѣрѣ.
— Я не желаю подвергать ее опасности, — заговорилъ Стобелль, — да она и сама не пожелаетъ ѣхать.
— Я желаю раздѣлять съ тобою опасности, Робертъ, — отозвалась м-ссъ Стобелль.
— Скажи безъ увертокъ: хочешь ты ѣхать или нѣтъ? — скомандовалъ онъ, замѣтивъ какъ она переглянулась съ м-ссъ Чокъ.
М-ссъ Стобелль затрепетала.
— Она не желаетъ, чтобы изъ-за нея остался м-ръ Чокъ и…
— Оставь это, — прервалъ Стобелль. — Ты хочешь ѣхать?
— Да!
Съ секунду онъ глядѣлъ на нее, не вѣря своимъ ушамъ, а затѣмъ крикнулъ голосомъ, отъ котораго дрогнули и задребезжали чашки:
— Хорошо, ты поѣдешь!
Торжествующая м-ссъ Чокъ заговорила о новыхъ платьяхъ и покупкахъ для поѣздки, и взбѣшенный Стобелль, не будучи въ состояніи этого выносить, всталъ изъ-за стола, предложивъ Чоку выкурить трубку въ саду, отъ чего тотъ благоразумно уклонился во избѣжаніе жестокой нотаціи.
Нотацію ему все же пришлось выслушать на слѣдующій день по пути въ Биддлькомбъ, и только видъ заново выкрашенной швуны и ожидавшаго ихъ у лѣстницы капитана Брискета вернулъ ему хорошее настроеніе.
— Намъ посчастливилось, джентльмены, — сказалъ капитанъ, провожая ихъ наверхъ, — видите этого человѣка? — онъ указалъ на худощаваго, сумрачнаго малаго, ожидавшаго ихъ на палубѣ:- это Питеръ Дёккетъ. Какъ онъ управляется съ командою — описать невозможно, какъ правитъ кораблемъ — вообразить нельзя.
— Это хозяева, Питеръ, — обратился онъ въ сумрачному субъекту, который, снявъ колпакъ, прочистилъ горло и замѣтилъ, что погода прекрасная.
— Не очень разговорчивъ, но зато на дѣло — первый человѣкъ, — шепнулъ веселый Брискетъ, а теперь не угодно ли валъ, джентльмены, осмотрѣть судно?
На бортѣ «Красавицы Эмиліи» все оказалось въ образцовомъ порядкѣ. Взоръ м-ра Чока мгновенно пріобрѣлъ блескъ, походка его — эластичность. Онъ носился съ бака въ каюту, изъ каюты въ камбузъ и, наконецъ, въ качествѣ человѣка, довольно напрактиковавшагося въ лазаніи на вышку, взобрался на самую верхушку гротъ-мачты, откуда привѣтствовалъ изумленныхъ друвей.
Послѣ внимательнаго осмотра джентльмены отбыли на берегъ, въ гостинницу, куда къ нимъ долженъ былъ присоединиться и капитанъ Брискетъ для обсужденія разныхъ подробностей.
Вернувшись на корабль, капитанъ Брискетъ посовѣтовалъ ожидавшему его Питеру Дёккету «поменьше болтать объ этой поѣздкѣ» и вербовать матросовъ — предпочтительнѣе не изъ числа уроженцевъ Биддлькомба.
— Почему? — спросилъ боцманъ.
— Потому что тутъ что-то кроется, — замѣтилъ Брискетъ, понижая голосъ, — не такіе они люди, — за исключеніемъ Чока, разумѣется, — чтобы крейсировать среди острововъ для собственнаго удовольствія. Понялъ?
М-ръ Дёккетъ съ хитрымъ видомъ кивнулъ головою, но промолчалъ.
— Ладно. Ужъ навербуемъ экипажъ, какой полагается. Ни одного здѣшняго. Они ненадежны. Ну, а какъ же насчетъ виски, о которомъ ты такъ много толковалъ?
X
Хранить въ тайнѣ планъ путешествія — оказывалось безполезнымъ, и м-ръ Тредгольдъ-старшій, старавшійся держать себя какъ можно непринужденнѣе, принялся открыто обсуждать его. Онъ заговорилъ съ изумленнымъ Эдуардомъ въ трогательномъ тонѣ о своемъ желаніи повидать свѣтъ, покуда преклонный возрастъ и связанные съ нимъ недуги не сдѣлали этого невозможнымъ. Встрѣтившись съ капитаномъ Бауэрсомъ на Главной улицѣ, онъ заговорилъ объ этомъ предметѣ съ видомъ человѣка, которому рѣшительно нечего скрывать. Если бы ему была предоставлена свобода выбора, онъ предпочелъ бы отправиться по направленію къ Сѣверной Америкѣ.
— Вы могли бы сдѣлать худшій выборъ, — мрачно отвѣтилъ капитанъ.
— Что касается Чока, — задумчиво продолжалъ нотаріусъ, — его больше привлекаетъ югъ. Онъ все еще находится подъ впечатлѣніемъ вашихъ разсказовъ объ островахъ…
— Если вы намѣрены отыскать островъ, о которомъ я говорилъ, — нетерпѣливо прервалъ капитанъ, — предупреждаю васъ, что вы даромъ потратите и время, и деньги. Если бы я зналь о вашемъ путешествіи, я заблаговременно предупредилъ бы васъ. Послушайтесь меня: продайте вашу шкуну и оставайтесь дома.
М-ръ Тредгольдъ засмѣялся и сказалъ, что Чокъ уже пріобрѣлъ заступъ на случай находки клада, — онъ склоненъ къ романтическимъ предчувствіямъ.
— Прекрасно. Только не обвиняйте меня, если съ вами случится бѣда. Помните, что я предостерегалъ васъ.
