— Тем более, что ты сам говоришь, что совсем не в восторге от внимания журналистов и фотографов. Да и мои поклонники прекрасно знают о тебе. Вспомни, как ты настаивал на переезд в какой-нибудь скромный и тихий район, где никто не смог бы помешать нам. Где ты бы спокойно жил и занимался своими делами. И мы нашли более-менее спокойное место.
— Но я терплю все это прежде всего ради тебя. Ты прекрасно знаешь, что я на все готов ради твоего счастья.
— Тебе было необязательно переезжать со мной в Нью-Йорк, когда я приняла это решение.
— Нет, Ракель! Я не мог отпустить тебя одну в чужой город!
— Я совсем не боялась оказаться одна в незнакомом для меня месте.
— Тебе было всего семнадцать-восемнадцать! Ладно бы ты захотела жить отдельно. А тут поездка в другой город! К тому же, у тебя практически не было денег.
— Все ведь с чего-то начинают. Многие приезжают покорять крупные города с парой долларов в кошельке.
— Нет, внучка, мы с тобой уже говорили об этом, когда ты захотела уехать из Кингстона. Я тебе твердо сказал: или ты никуда не поедешь, или мы уезжаем вместе.
— Да, но теперь-то я уже выросла и окончательно встала на ноги. А значит, у тебя больше нет причин оставаться со мной в Нью-Йорке.
— Спасибо, Ракель, но я лучше уж останусь здесь, — мягко отказывается Фредерик. — Пусть все будет как есть. Я привык к этой квартире, к этому городу, к этому окружению.
— Ну хорошо… Тогда, может, нам стоит подыскать тебе квартирку поменьше и подальше?
— Господи, но это ведь опять отнимет кучу сил и времени… — устало вздыхает Фредерик. — А у меня и так все болит… Вспомни, каким утомительным был наш переезд из Кингстона.
— Я хочу сделать как тебе будет лучше.
— Мне будет гораздо лучше, если ты будешь жить отдельно, зарабатывать хорошие деньги и тратить их в свое удовольствие.
— С этим у меня проблем нет. Я зарабатываю достаточно, чтобы купить себе одежду и косметику любой фирмы. Меня не волнует цена квартиры и дома, потому что я могу позволить себе купить любой. Хотя меня совершенно не интересует роскошь и дороговизна. Самое главное – это удобство.
— Вот и балуй себя. Ты заслужила это как никто другой.
— Одна из причин, почему я согласилась работать моделью, – это достойная оплата. Благо, мое агентство забирает лишь небольшую долю, а все остальное остается у меня.
— Ты прекрасно знаешь, что я до сих пор являюсь ярым противником всего, что касается модельного бизнеса.
— Да, дедушка, я знаю.
— И я никогда не перестану повторять, что этот бизнес очень коварный, а слабые не могут долго в нем продержаться, поскольку идет сильная конкуренция.
— Не спорю, было очень трудно. Но я же все выдержала. И теперь являюсь одной из известных моделей, которых все любят и уважают.
— И я пошел тебе на встречу и не стал спорить с тобой, когда ты изъявила желание попробовать себя в этом деле. Хотя и было обидно, что ради карьеры ты бросила учебу в университете.
— Я не могла разрываться. Пришлось выбрать: или одно, или другое.
— Учеба в любом случае была важнее. Однако я решил, что ты понимаешь, что делаешь. Решил, что ты уже достаточно взрослая, чтобы брать ответственность за свои действия.
— Поверь, дедушка, я ни о чем не жалею и очень счастлива, что выбрала именно этот путь. Благодаря этой работе я узнала о себе много нового и научилась чувствовать себя более уверенной.
— Не отрицаю, твоя работа помогла нам начать жить лучше и выбраться из нищеты. Все-таки на одну мою мизерную зарплату было невозможно нормально жить. И можно сказать, я в какой-то степени благодарен той женщине, которая убедила тебя попробовать поработать моделью.
— Я всегда буду благодарна ей за предоставленную мне возможность.
— В любом случае я на твои деньги не претендую и довольствуюсь тем, что получаю сам. Я вовсе не барин и не предъявляю царские запросы. А вот ты молодая, красивая и хочешь что-нибудь эдакое. Ты должна баловать себя и тратить деньги на свои собственные нужды.
— Я и так ни в чем не ограничиваю себя. Просто я считаю своей обязанностью помогать тебе.
— Не стоит, милая. У меня все есть.
— К тому же, я не могу заставить тебя работать, потому что ты уже не в том возрасте, чтобы мучить себя, — уверенно добавляет Ракель. — Я должна заботиться о тебе. Ведь ты самый близкий для меня человек на этом свете. Который меня вырастил. Не бросил, когда я потеряла своих родителей.
— Это была моя обязанность, — спокойно говорит Фредерик. — И я считаю, что выполнил ее. Мне надо только лишь выдать тебя замуж, чтобы мое сердце окончательно успокоилось.
— Ну а теперь пришло мое время заботиться о тебе.
— Ты и так многое для меня делаешь.
— Потому что это моя обязанность. — Ракель кладет свою руку на плечо Фредерика и мягко гладит его. — Ты потратил столько сил и денег, чтобы вырастить меня. Не бросил одну, когда мои мама с папой погибли.
— Ты же моя внученька, — скромно улыбается Фредерик. — Моя любимая девочка… Единственная из семьи, кто у меня остался. Кому, если не тебе, уделять все свое внимание? Ведь мой сын, к сожалению, погиб. Да и твоей бабушки уже много лет нет в живых.
— В любом случае даже если я и найду для себя подходящую квартиру и перееду, наша связь никогда не оборвется, — уверенно обещает Ракель. — Я по-прежнему буду заботиться о тебе и помогать чем только смогу.
— Ты не обязана проводить все свое время со мной, Ракель. У тебя должна быть своя собственная жизнь. Не надо ограничивать ее лишь заботой обо мне и работой.
— Дедушка…
— Хоть я уже и старый, но еще не совсем беспомощный. Я в состоянии о себе позаботиться и всегда могу чем-то себя занять. Да, я ужасно скучаю, пока тебя рядом нет. Но я не страдаю от безделья. У меня всегда хватает дел.
— Мне просто приятно тебе помогать. Приятно заботиться о своем близком человеке.
— Я знаю, солнышко. Но в первую очередь ты должна думать о том, чтобы окружить себя теми, кто позаботится о тебе.
— Уверена, что у меня всегда будут такие люди.
— Человек может выжить только в том случае, если у него кто-то есть. Слабая женщина не может обойтись без крепкого мужчины. А крепкий мужчина всегда будет нуждаться в заботе доброй и ласковой женщины.
— Боже, ты все об этом…
— Я буду об этом говорить до тех пор пока не увижу на твоем пальце обручальное кольцо и не познакомлюсь с твоими детьми.
— Все обязательно будет, дедуля, — с легкой улыбкой уверяет Ракель. — И муж, и дети, и всякое такое…
— Я каждый день молюсь о том, чтобы Господь послал тебе хорошего мужчину, на которого ты бы наконец-то обратила внимание. Молюсь о том, чтобы ты не осталась одна. Чтобы твоя любовь к работе не убила в тебе всякое желание выполнить свое главное предназначение – стать женой и родить ребенка.
— С тобой бесполезно разговаривать на эту тему. Ибо ты все равно стоишь на своем.
— Стою на том, что является нормой. Норма – это когда у женщины есть муж и дети, и она думает только об их благополучии.
— Разве плохо, когда девушка занимается своим любимым делом и не стремится деградировать, сидя дома в окружении грязных кастрюлей и памперсов? Когда она хочет зарабатывать деньги, познавать мир и получать от жизни удовольствие.
— Ты еще глупенькая и не понимаешь, насколько это важно. Вот будет тебе ближе к тридцати, ты поймешь, что я был абсолютно прав. Поймешь, что зря думала лишь о своей карьере и отказывала всем мальчикам, которые обращали на тебя внимание.
— Ах, дедушка Фредерик…
Ракель с милой улыбкой целует Фредерика в щеку и заключает его в крепкие объятия, на которые тот с радостью отвечает, в этот момент призадумавшись о чем-то своем. Из-за того, что дедушка слишком уж одержим желанием поскорее выдать ее замуж и настаивает на том, чтобы она ходила на свидания с любым, кто одаривает ее цветами и подарками и время от времени куда-то приглашает, девушка с каждым днем все больше убеждается в твердости своего решения снять или купить себе квартиру и жить отдельно.
