дальше уже некуда. Но за этот день с её уст срывались множество пословиц, которые кроме как у меня из головы ей не от куда было взять.
Я только умыться успел, вышел из комнаты, а она уже вернулась и делает вид, что ждёт меня вторые сутки. Вид у неё был умилительный, так что я поднял большой палец вверх, отдавая должное её актёрскому мастерству.
— Чем ещё порадуешь?
— Непонятно. Народу много приехало и продолжает приезжать. Одни приезжают, другие уезжают. Проходной двор какой-то устроили.
— Да? А с чего бы вдруг такое паломничество началось?
Стоило мне самому взглянуть на происходящее, как однозначно определил, что это беженцы. Люди переселяются, вот только как-то рановато. Не должно такое быть. Орки ведь далеко и…
Катя вылетела из комнаты. Она поняла, что нужно узнать. Где именно были замечены орки. Вот с этим она уже справилась лучше. Группу орков заметили примерно в 40 километрах. Для груженых повозок это полдня пути, а оркам… я думаю часа два по пересечённой местности. А вот на вопрос каких краёв эти орки будут никто ответить не смог. Люди вообще не делили их на кланы. Что южные, что северные представляют одинаковую угрозу.
— И что делать будем? — спросила Катя.
— Мне нужно к Ворожею, — пожал я плечами и перевёл взгляд на своих орков за столом. — А скажи-ка мне Горбаг’ок, а чего вообще тут ваши северные делают? Это явно немногочисленный отряд, чем он тут может заниматься и чего добиваться?
— Много чего.
Я на него скептически посмотрел.
— Шаманы видят пути. Множество путей, но правильный будет лишь один, он и приведёт к победе. Они здесь, чтобы путей стало меньше.
Мне понадобилось несколько минут, чтобы переварить услышанное и то я не уверен, что правильно его понял. Шаманы, как провидцы, видят будущее, но оно не определено. Выслав сюда один передовой отряд северные неизбежно вызовут ответную реакцию у южных кланов и спровоцируют их на ответные действия. Так что какой бы ни была эта реакция, но неопределённостей станет меньше.
— Постой-ка… Это что получается, что Ворожея в степи может уже и не быть?
— Если эти тут, то и его уже давно нет.
Я аж нахмурился. С чего бы давно? Хотя если Ворожей тоже видит эти самые пути, то мог не только увидеть этот со стороны орков, но ему ещё и нашептать кто-то мог… сверху. Так что действительно мог давно куда-то двинуться.
— Вот же незадача. Если и южные кланы орков пришли в движение, где мне тогда Ворожея искать? Он же на одном месте сидеть не будет… Блин, да меня могут вообще к нему не подпустить, он же старший шаман в орде теперь, а тут война переходит в активную фазу.
С другой стороны, если северные орки уже тут, то они сядут нам на хвост. И всемером их встречать не самый лучший расклад.
— Хозяин, а карта у тебя есть?
— Нету, — категорично ответил он, да ещё так быстро, что я сразу понял, что врёт. Обиделся и не простил вчерашнее издевательство над собой.
— А если найду? — прищурилась Катя.
— Для вас нету! — поправился он.
— Хозяин, лучше не лепи горбатого. Я же извинилась и эликсир жизни вчера подарила. На него сотню карт можно купить.
— Только поэтому я не стал вызывать хранителей города.
— Кто старое помянет, тому глаз вон!
Хозяин таверны забыл, как дышать, разглядывая как Катя вращает в руках метательный нож. А затем Катя метнула его и над головой хозяина нож припечатал какую-то бабочку. Орки заржали.
— Бывший вождь оркского клана змеи не даст соврать! — от улыбки Кати кровь стыла в жилах. — Это я на счёт глаза.
— Ты явно неправильно эту пословицу понимаешь, — едва слышно прошептал он, приходя в себя. — Там речь шла в переносном смысле.
— Уверен? У меня между прочим справка есть об успешной сдачи экзаменов. А у тебя что есть?
— А у меня карта есть, но ты её не получишь. А за моё убийство и свою голову потеряешь.
— Не убьёт она тебя, — я поднялся и направился к нему. Он не двигался, а я вытянул сначала нож, а затем и насаженную бабочку. Сложил её в ладошках и демонстративно подул в них, как фокусник. И через несколько секунд бабочка расправила крылья и полетела дальше. Я хоть и лекарь в каком-то смысле, но этот фокус дриада проделала, а не я. — Потому что я лекарь. Не маг жизни конечно, но бабочек оживлять вот умею.
Орки слушали наш разговор и переводили взгляды между нами. Чему-то своему усмехнулись, а когда я вернулся за стол, то Торзергор поднялся.
— Торр’ок Макту, предлагаю здесь северных встретить. Сдаётся мне они по твою душу тут, — он широко улыбался… в смысле скалился, а хозяин таверны побледнел пуще прежнего. Орки не врут. Если говорит, что здесь встретить бой, значит есть основание считать, что те сюда явятся. Орк при этом ещё и свой топор вытянул и стал критично его осматривать. — Перед славной битвой не помешает хорошенько заточить.
— Покажем им на что способна боевая группа Носорог, — наигранно воодушевлённо поддержала его Катя.
— Никаких здесь ожиданий и славных битв! Проваливайте… ну пожалуйста, вот что я вам такого сделал, пожалейте мою таверну? А карту я вам дам по доброте душевной!
— Каждому! — зачем-то уточнила Катя.
Умеют орки добиваться своего. И ведь даже не просил ничего, а своего получил.
После расспросов и уточнений выходило, что четыре деревни на севере решили собрать свои вещи и свалить, после того, как воины клана Дик оповестили их о надвигающейся угрозе со стороны орков. Как-то быстро обстановка изменилась за последние две недели, что мы покинули столицу Зордака.
— Лучше тут сражаться, чем вблизи Верхнего устья, — она явно была за то, чтобы оставить Ворожея на потом и встретить «гостей».
— Это да. До нашей деревни лучше потенциальных противников не допускать.
— К тому же там их воины клана Дик должны будут встретить…, — продолжать она не стала, но выразительно промолчала, да так, что я прищурился.
Подвоха не увидел, но глаза у неё смеялись. Ясно, снова надо мной издевается и намекает на проблемную жену и её родственников, которых нужно спасать. Что ж, если там Март Дик, то
