переключил его на одного из заместителей, и они продолжили обсуждение уже текущих дел. Наконец, увидев в холле мелькнувшее знакомое лицо, Роб свернул разговор и поспешил догнать Анджея с ребенком.
Выпрыгнув из-за дивана, стоящего в холле, навстречу Ангелу ринулся симпатичный, улыбающийся альфа с букетом цветов в руках. Омега изменил движение, пытаясь по касательной обойти ухажера.
- Анджей, - окликнул Роберт, догоняя омегу, - Анджей, хочу еще раз предложить вам свой вариант защиты от приставаний чужих альф.
С этими словами он протянул омеге руку, согнутую в локте. Тот с сомнением посмотрел ему в глаза.
- То есть, подразумевается, что ты не чужой… уже, – холодно сузив глаза, поинтересовался Анджей.
- Я думаю, что известное зло лучше неизвестного, – и тихо добавил, – обещаю не приставать, вести себя скромно и ненавязчиво. Я просто буду рядом, чтобы к вам не приставали, – и взглядом указал на стоящего неподалеку альфу с цветами.
Анджей опустил глаза и, подумав, невесомо подхватил Роберта под локоть.
- Хорошо, но взамен мы с Боби накормим тебя мороженым в кафе. Наши путешествия всегда начинаются оттуда.
Проходя мимо альфы, Роберт не удержался и задорно ему подмигнул. Он был счастлив, у него все получится!
Сидя в уличном кафе на набережной, Роберт любовался своим Ангелом. Именно своим. Он уже не представлял жизни без него. Странно, подумал он, обычный эталон красоты омег, рекламируемых в журналах для альф – это хрупкие, полупрозрачные мальчики – мотыльки, улыбчивые и восхищенные. Дунешь – улетит. Здесь этого нет и в помине. Что же так привлекает к нему альф, готовых толпами бегать следом, как за течной омегой? Ведь и запах достаточно слабый, и глазками по сторонам не стреляет, заигрывая. Наоборот, ведет себя отстранённо, скорее холодно и немного надменно.
Перед Боби поставили большое пирожное с волной взбитых сливок и маленьким сахарным корабликом наверху. Роберту досталась креманка с тремя шариками разного мороженого, густо обсыпанного орешками и сахарными цветочками. Перед Анджеем стояла чашка латте, в которой он неторопливо помешивал ложечкой, и рассматривал людей, идущих по набережной.
Роберт еще раз оглядел его. Готическая лепка лица, как у мраморной статуи. Длинная шея, плавная линия не по-омежьи крепких плеч, изящные, длинные руки, с явно проступающим рельефом бицепсов. Лимонного цвета рубашка, расстегнутая до половины, позволяла увидеть мышцы накачанной груди, а белые хлопковые брюки не скрывали, а наоборот, подчёркивали красоту длинных и сильных ног.
Анджей сверкнул на него стальными глазами, раздражаясь от пристального внимания.
Роберт возликовал. Да, именно это и привлекало всех альф! ОН был совершенен и гармоничен, как клинок из дамасской стали. Гибкий, легкий и смертоносный. Клинок не надо перезаряжать, у него никогда не закончатся патроны, и он всегда готов испить вашей крови, если вы будете с ним небрежны. И можно до бесконечности всматриваться в зеркальную поверхность металла, находя все новые и новые оттенки и переливы. Роберт перевел дыхание.
Омега сделал глоток латте, на верхней губе появились белые усики. Анджей облизнулся. Роб вздохнул. Омега опять сделал глоток и, посмотрев на Роберта, вытер губы салфеткой.
- Роберт, – окликнул он, – тебе никто не говорил, что неприлично так смотреть на чужих супругов?
- Ты должен быть моим супругом, – вдруг неожиданно для самого себя сказал Роб. Он увидел, как исказилось от злости лицо омеги, и мысленно отвесил себе пару пинков. Какой он осел!
Анджей подхватил на руки Боби и резко кинул:
- Я никому ничего не должен, - и быстро пошел в сторону парка. Боби, восседая на руках омеги, показал Роберту язык.
Роберт шел следом, ругая себя последними словами. Так они и дошли до парка аттракционов.
Когда Боби был посажен на детскую карусель с лошадками, Роб подошел к Ангелу, который стоял, облокотившись на поручень и периодически махая рукой пролетающему мимо малышу.
- Прости, - начал Роб с виноватым видом, - когда ты рядом, я постоянно говорю тебе правду, тебе наверно неприятно, но я не могу тебе лгать. Прости за правду.
- Ты странный.
Качели остановились. Довольный Боби подбежал и, посмотрев на взрослых, взял их обоих за руки и потянул дальше. Они еще долго гуляли. Боби катался сам и с Анджеем, они постоянно смеялись. Жизнь казалась простой и радостной. Роберт старался помалкивать, чтобы опять не спугнуть неосторожным словом недоверчивого Анджея.
Когда совсем стемнело, они присели отдохнуть на скамеечке. Рядом продавец сладкой ваты устроил представление: он запускал в воздух хлопья сладкой ваты, а потом подхватывал их и наматывал на палочку. Вокруг собралась небольшая толпа, все хлопали и подзадоривали продавца. Роберт посадил Боби верхом на плечи и подошел поближе, чтобы малыш мог получше рассмотреть. Боби хлопал в ладоши и громко смеялся, они купили две штучки. Одну Боби стал уничтожать прямо над головой Роба.
Вернувшись назад, они увидели, что напротив Анджея сидели на корточках четверо альф. На шее недовольно заерзал Боби. Это были ребята из группы Анджея. Подойдя еще ближе, он услышал обрывок разговора.
- Это невыносимо, еще немного, и я на людей кидаться начну. Одно дело, когда сидишь в засаде или выжидаешь отправки в дальнем гарнизоне, там все понятно, все свои, люди заняты делом, просто перерыв. И эти несколько свободных дней тебе в кайф. А тут бегают толпы счастливых идиотов. Раздражает.
- Да, - поддержал его второй голос, - спишь, ешь и трахаешься. А когда вспоминаешь, что впереди еще много таких же дней, такая тоска наваливается… А может, ну его, этот отпуск, а? Эн, давай вернемся в гарнизон, попросим дело какое-нибудь позаковыристей, но неспешное? Так чтобы не торопясь разведать, подумать, прикинуть, а? И отдохнем, и развлечемся?
- Вы, как капризные дети, два дня на отдыхе и уже заныли. Ну что, неужели нельзя найти, чем заняться? Покрутите головой, столько всего интересного, - ответом ему было несколько тяжелых вздохов.
Когда они увидели приближающего Роберта, встали и с интересом стали его рассматривать.
- Познакомьтесь, Роберт Динлох, - Анджей представил Роба, – это Свен - показал рукой на здоровяка, рукопожатие было коротким и сильным. - Это Бим и Бом – показал на близнецов, те синхронно махнули руками, – а это Донг, - и показал на блондина. Его рукопожатие было слабым, а рука влажной. Роб еле сдержался, чтобы не вытереть ее об штанину.
Роберт протянул сахарную вату на палочке Анджею и спустил с шеи Боби. Анджей задумчиво посмотрел на вату.
- В последний раз я ел сахарную
