у него на сестру встал.
— Я не поняла, мать дома? — Настя увидела ее сумку.
Заглянула в неё, порылась, ничего интересного не нашла. Но положила туда деньги. Несколько купюр.
— Дома, — буркнул Пельмень.
— А папаша?
— Тоже.
— Не вовремя я заскочила. Папка пьяный?
— Угу.
— Вот козел, угробит нам мать. Говорила же ему не пить, когда мамка дома.
Настя подошла к окну, открыла, высунулась едва ли не наполовину и замахала рукой, следом отправила воздушный поцелуй.
С улицу надрывалась Комбинация.
«Твоя вишневая девятка
Меня совсем с ума свела
Твоя вишневая девятка
Покой мой напрочь отняла
Твоя вишневая девятка
Опять сигналит за окном
Твоя вишневая девятка
Ты полюби ее потом…»
Юбочка Настьки приподнялась и Саня вновь увидел аппетитный холмик — сестра носила стринги. Взгляд отвести не вышло.
— Ты кому машешь? — попытался отвлечься Пельмень.
— Алексею, купил новую тачку.
— Вишневая девятка, угадал?
— Канеш.
Пух!
Настя снова надула и лопнула пузырь. Обернулась, извилась, поправляя поднявшуюся юбочку. Потом вытащила жвачку изо рта, сунула в первый попавшийся клочок бумаги и всучила Саше.
— Выкинешь, братик?
— Выкину.
Пельмень кое как справился со стояком и теперь сидел на полу. Вставать не торопился — после потугов с отжиманиями тупо не осталось сил.
— Полотенце твоё? — Настя взяла вафельное полотенце в котором пришёл Пельмень ноготками указательного и большого пальцев. — Чистое?
— Я обернулся, когда из ванной выходил.
— Не дрочил? — она повертела полотенце, критически осматривая. — Нигде его не обкончал?
— Я так то таким не занимаюсь, — возмутится Пельмень. — Я даже им не вытирался, если че.
— Понятно все с тобой, я в душ. Если мать придёт, пока меня не будет, скажи, что я вернула ей 50 рублей. А то она меня задолбала этими копейками! Мы с Лехой в день больше тратим!
С этими словами сестра сняла с себя свою юбочку и топик, оставшись в трусиках. Грудь у Настьки оказалась крепкого третьего размера, стоячая. Обернулась полотенцем.
Понятно все — особенности жития в коммуналке — они такие, но что б прям ТАКИЕ, блин…
— Отвернись дурында, хватит на меня пялиться, ты правила забыл? Или где мне по твоему переодеваться?
Трусики она сняла уже потом. И кинула в лицо Пельменю. Хрен его знает как тут по правилам принято, но трусики так и повисли на лице Сани.
— У-у… — выдавил Пельмень что-то нечленораздельное.
Снимать трусики с лица как-то не торопился. Сестра выскочила из комнаты в общий коридор к ванной.
А Пельмень, наверное, так бы и сидел на полу тесной коммуналки, но в этот момент зазвонил телефон, висевший у входной двери на стене.
Звук такой противный главное.
В комнатушке помимо Пельменя никого не было и трубку пришлось снимать ему. Телефон трезвонил и выключаться не собирался. Звонивший оказался настырным. Пельмень заставил себя подняться, и шаркая ногами поплёлся к телефону. Снял трубку.
— Але.
Из динамика послышалось кратковременное шуршание, а потом кто-то включил запись:
«Ты уедешь скоро
Опустеет шумный город
После нашей ссоры
Может прав ты, я не спорю
В том, что разбились мечты
Не виноваты цветы
Жёлтые тюльпаны, о-у-о
Жёлтые тюльпаны…».
Дебилы, блин. Пельмень послушал куплет и положил трубку.
Через минуту телефон зазвонил снова. Но на этот раз Сашка выключил провод из штекера.
Одни орут.
Вторая сиськами вертит перед носом.
Третьи названивают. Наверное какой-нибудь тайный воздыхатель Насти.
Чокнуться можно в этой коммуналке.
Пока никто не вернулся, Пельмень порылся в своих вещах, нашёл новые шорты и майку, нарядил на себя. Надо валить в ДЮСШ, куда он так и не дошёл вчера.
Завтракать Сашка не стал — ограничился стаканом выпитой воды. Все — теперь жесткая строжайшая диета. Ее тоже следует раскисать и закупиться продуктами.
Глава 6
«Моему организму так необходимы
Амино-витамины: B, C, A и протеины
Моего тестостерона хватит каждому
Маечки на девочках давно уже влажные.»
Джиган.
Местной спортивной школой оказалось ДЮСШ-3. Здесь готовили пацанят по стрельбе. Выполнение нормативов, соревнования, все дела. Понятно, что стрельба — это не смешанные единоборства (хотя в нынешнее время надо ещё разобраться, что лучше — кулак или ствол). Однако в одном здании со ДЮСШ располагался клуб «Боевые перчатки», где как раз нашлась секция бокса. Ее то, наверное, и имел ввиду Малой, рассказывая о спортивной школе.
Пельмень прибыл на место. Огляделся.
Не место, а кузня кадров какой-нибудь ОПГ. Учишься стрелять в яблочко, следом обучают ломать людям хлебальники. Сашка нисколько бы не удивился, узнай, что так оно и происходит.
Если ДЮСШ-3 занимала центральный вход первого этажа советской высотки, то для того чтобы попасть в «Боевые перчатки», требовалось зайти со двора.
Сашка зашёл.
У обшарпанного входа висела такая же обшарпанная вывеска с полопавшейся краской. На ней изображались подвешенные на гвоздь боксерские перчатки на фоне олимпийских колец. Название клуба также видало виды — в надписи отсутствовало сразу несколько букв. Ниче, в спорте, по крайней мере таком жёстком, как единоборства, внешний вид не имеет совершенно никакого значения. В 90-х уж точно не имеет.
Подкатила ностальгия. Когда-то сам Саша в прежнем теле начинал свой спортивный путь в подобном клубе. Давненько это было, надо признать. И вот настала пора встать на протоптанную дорогу по новой. И доказать самому себе прежде всего, что ты способен это сделать.
Когда то он уже приходил полным неумехой в клуб. Потом первый юношеский получил, через годик кмс, ну а к двадцати двум мсмк.
Так получилось, что о «Боевых перчатках» наш герой уже слышал и хорошо клуб помнил. Больше того, в том «предыдущем» настоящем, где Пельмень чемпионил в одной престижной организации, Сашка выскакивал по любителям с ребятами из этого клуба. Не по боксу, по боям, правда, потому что некоторые пробовали силы в смешанных единоборствах. Часто неудачно, но пробовали.
Перед тем как зайти, Саша походил вокруг да около клуба. Никак не решался зайти. Внутрь особо не позаглядывешь — окна высоко. Снизу видать только цепи на которых висят снаряды.
Идею залезть на дерево и заглянуть Пельмень отмёл — не потому что не кайф, а потому что не залезет. Ну а если и залезет, то не спустится потом.
А вообще че Саня мнётся так? Стремно как-то получалось, он то всю жизнь считал, что лишний вес — признак лени и слабой воли, а тут в нём самом пол центнера лишака.
Между тем ребята по одному по двое подтягивались на тренировку и заходили в зал. Подтянутые такие, спортивные и уверенные в себе.
Пельмень еще
