наблюдала. Для интереса принюхалась – не тянет ли тиной, ничего не унюхала. Решила, что все нормально. Поздравила себя с плюшкой от вселенной и пошла осматриваться дальше.
На некоторое время я зависла перед огромным деревом хурмы. Пустые, лишенные листьев ветки буквально гнулись к земле под тяжестью больших, с мой кулак, плодов, под прозрачной кожицей светилась нежная мякоть. Не удержалась, сорвала один и, лишь потерев о рукав ханьфу, укусила и тут же зажмурилась от удовольствия. Это божественный плод! Не думаю, что я когда-либо ела что-то вкуснее. К тому же она совершенно не вязалась, оставляя после себя лишь приятную сладость. Надо будет нарвать еще и угостить вдову Шэнь и мелкого Ма, донести бы, правда, до города не помяв, уж очень нежной казалась кожица. Думаю, если поставить сюда столик и кресло, будет очень неплохо пить здесь чай вечером. Еще можно навесить фонариков и вышивальный станок поставить. Должно быть неплохо. Если подумать, когда-то я мечтала жить где-то в лесу, возможно, вселенная услышала мои воззвания. Правда, к тому желанию жить вдали от цивилизации, точнее, от людей, прилагалось уточнение, что мне нужны все возможные коммуникации и машина для поездки за продуктами. Ну, технически вместо машины у меня будет осел, но вот всё остальное! Интернет, электрогенераторы и прочее. Где вот это всё! А потом до меня дошло. Помимо колодца мне надо найти, где здесь девушка может уединиться для решения своих маленьких потребностей. Что-то я не вижу этого маленького домика. Я зябко передернула плечами и понадеялась на свою невнимательность.
В голове медленно формировался план действий, который неизменно упирался в одно: хз, как реализовать. Отогнав неприятные мысли и подозрения, я перешла к следующей важной части – огороду, к нему от дома тянулась дорожка из плоских, заросших травой камней. Огороженный покосившимся низеньким заборчиком, он намекал на то, что мне придется немало потрудиться, чтобы хоть что-то на нем вырастить. Засохло всё, а что не засохло, больше напоминало сорняки, чем какую-то окультуренную флору. Впрочем, некоторые кусты, чудом избежавшие бесславной гибели, всё ещё цеплялись за жизнь. Опознать, что за растение, мне было не то что сложно – невозможно, но если кто-то их посадил, значит, наверняка они полезные, а в крайнем случае будут с красивыми цветочками. Я присела перед одной из грядок и принялась рассматривать, необходима ли ей прополка. Просто перед этим процессом мне придётся где-то найти книгу по ботанике, чтобы отделить зерна от плевел. Я никогда раньше не занималась огородом и не испытывала тяги к земле. Но что-то мне подсказывало - сейчас будет весьма кстати найти подобную литературу, хоть какую-нибудь. Я погладила приглянувшийся особо чахлый кустик и пообещала, что сделаю всё, чтобы он смог прожить ещё один день. Ну, хотя бы не вырву его, как сорняк. А еще в моем мысленном списке того, что надо сделать с домом, появился пункт – высокие грядки. Думаю, спина мне за них скажет спасибо, а кроты и прочая вредительская живность – нет.
Покрутившись на запущенном дворе, я решила, что можно уже вернуться в дом. Надеюсь, что пыль улеглась, ну а если не улеглась, можно попробовать закрыть нос и открыть окно. Впрочем, если память мне не изменяет, окна и так были открыты, так что я надеялась, что домик уже проветрился. Особо в своих ожиданиях я не разочаровалась: пыль действительно уже лежала толстым серым слоем.
Кто бы ни жил здесь раньше, он явно в спешке покинул это место, не взяв ничего, либо закончил свой бренный путь, оставив наследство — не только сам домик, но и его содержимое. Очень надеюсь, что потенциальные бренные останки будут обнаружены не мной. Обошлось. Ну, по крайней мере, я, конечно, ещё подпол не проверяла. Но подозреваю, что, если верить криминальным сериалам, которые я в больших количествах проглатывала в своей прошлой жизни, запах пробивался бы даже из-под пола.
В этом заброшенном доме были и свои плюсы. Здесь была мебель: кровать большая, словно отдельная комната, с окрашенной резьбой, которую не спрятать было даже за толстым слоем пыли; диванчики, столики, столы и табуретки. А ещё были стеллажи со свитками и книгами. Странно, что их никто не забрал. Я видела стоимость каллиграфии в соседней лавке у торговца, и свитки там стоили немалых денег — причём это те, которые можно было выставить за витриной, закрытой мутноватым стеклом. А может, и не стеклом? Возможно, я что-то упускала. Но память подсказывала мне, что в древнем Китае стекло стоило дорого, и не каждому было по карману, а уж использовать его для того, чтобы закрыть окно… Я бы от такого точно не отказалась.
Помимо пыли, на полу оказалась и куча разных бумаг. Какие-то казались полностью сохранившимися — причём настолько, словно они только что упали со стола, но их уже присыпало пеплом времени. Я подняла несколько. Хотела уже… И поняла, что это какие-то рукописные записи; мне в них было абсолютно ничего не понятно. Хотя нет, кое-что было: больше всего эти записи смахивали на кулинарный рецепт. На местной кухне я готовить не умею, поэтому мне это пока не актуально. Я уже собиралась было выкинуть бумажки, но потом на что-то отвлеклась и осторожно положила на оставленный предыдущим хозяином стол.
Следующим этапом было посмотреть, что там на втором этаже, на который вела хрупкая, сильно покосившаяся лестница. Если бы не моё любопытство, напополам с безумием и бесстрашием, ничто и никогда не заставило бы меня подняться по ней. На втором этаже оказался ещё один стол. Все остальные предметы были закрыты тряпками в попытке защитить их от пыли — что, как мне подсказывало чутьё, было безуспешно. Я снова расчихалась и поспешила спуститься вниз – ладно, потом выясним, что там и как.
Время уже начинало клониться к вечеру, а мне бы ещё хотелось вернуться в город. В конце концов, ничего подходящего для уборки я сейчас здесь не
