— понятно. Теперь уже понятно. Сыворотка же, проклятый «препарат экстраординарной мутации», который Виктор с друзьями распивал в компании. Лучше бы водку жрали, ей богу!
Но я думал, что он не сработал. Что Витя умер, а я, занявший его место — нормальный человек. Оказывается — нет. Какие-то процессы в теле Глебова этот препарат все-таки запустил. Изменил на клеточном уровне или как он там работает?
Но — Халк? Почему, черт бы вас всех подрал, Халк? Хотя, применительно к реалиям этого мира, правильнее его называть — Товарищ Халк. Черт, что за бред у меня в голове! И, главное, за что мне это, а? Я ведь никогда не был поклонником западной культуры, комиксы эти дурацкие не читал. Фильмы видел. Не смотрел, а именно видел. Ну невозможно же жить в обществе, которое заполнено иностранными фетишами, и не замечать их.
И что дальше делать? Как жить? Уходить в леса, чтобы не навредить людям? Этот тип, в которого я превратился, он, вроде, ни врагов, ни друзей не разбирал — нападал на всех. И как я им становлюсь? Что является тригером? Боль? Страх? Злость? Потеря сознания? Или последнее все-таки следствие превращения, а не причина?
А удастся? Если в этом мире сверхи официально существуют, а особо удачные экземпляры даже управляют государством, то, наверняка, есть служба, которая их контролирует. Это же основы любого государство, тем более — империи. Контроль, контроль и еще раз контроль. Как-то суперы отслеживаются, наверняка? Мне уже стоит ждать гостей? Что со мной будет? Лаборатория, опыты?
Или произошедшее можно как-то удержать в тайне. Карыч с компанией, как я понимаю, в милицию жаловаться не побегут. Ха, посмотрел бы я на это, кстати! Товарищ лейтенант, мы собрались убить одного парня, который слишком много знал, но тут он превратился в огромного зеленого сверха, и навалял нам. Вы уж разберитесь, пожалуйста, товарищ лейтенант! Это же беспредел какой-то, мы в советской стране живем, не на каком-то там загнивающем западе!
О! Юморим? Значит, не так все плохо. Попытаемся найти выход. Для начала — успокоим маму.
— Мам… Мам, ну не надо меня бояться. Ну, сверх. Это не в армии случилось, я недавно сыворотку принял, даже не знал сам, что сверхом стал. Мам, ну не плачь. Надо решать, что теперь делать. Что ты думаешь, мне надо в милицию идти сдаваться?
Понемногу я растормошил женщину. До полного восстановления эмоционального состояния ей еще было далеко, но истерика уже отступила, и мы начали прикидывать дальнейшие действия. И, нет, я не собирался сдаваться властям, сказал это только, чтобы настроить маму на конструктивный разговор. Она, кстати, этот путь тоже сразу отвергла.
— Нет, никакой милиции! — отрезала она.
К этому времени я сбегал наверх и оделся. Завесил выбитую дверь простыней, аккуратно приколотив ее к остаткам дверного проема гвоздями. И уселся пить чай. С чебуреками, да. Жрать хотелось, будто несколько суток без еды прожил.
— Почему ты так считаешь? — спросил у нее. — Власти, насколько я понимаю, заинтересованы в сверхах. Вон те же Красный Шторм и Мама Зима — вполне уважаемые члены общества!
— Сынок, тебе уже двадцать лет, а ты порой рассуждаешь, как дошколенок! — всплеснула руками мама. — Нельзя быть таким наивным! Эти сверхи — просто ширма. К тому же они стали такими уже много лет назад, когда еще никто не знал, что делать с такими вот людьми. Тогда «холодная война» была с Западом, Великобритания своих сверхов на нас спустила. Сейчас все по-другому. Сверхами становятся только достойные, кому партия дает сыворотку, причем — проверенную, а не ту контрабанду, которую ты со своими приятелями распил.
Да, пришлось ей рассказать, откуда у меня эта тяга к зеленому цвету кожи. В усеченной версии, без смерти в мусорном контейнере, без пробуждения меня настоящего — военного пенсионера из другого мира. Сам я еще плохо в здешних реалиях разбирался, так что мне нужен был союзник. Желательно, конечно, более информированный, чем домохозяйка. Но она, с другой стороны, не сдаст сына властям. Материнский инстинкт — дело такое.
Узнав предысторию становления меня сверхом, мама, естественно, покричала. Обозвала безответственным идиотом. Потом поплакала еще разок, и, наконец начала искать выход из сложившейся ситуации. Все это, к слову, не заняло много времени. С момента, как я вернулся в сознания на бетонной дорожке у дома, прошло от силы минут пятнадцать.
— Контрабандная сыворотка?
— Ну, конечно! А ты думал, откуда она у хулиганов? Выдали за заслуги?
— А ее выдают?
— Ну, да. Выдающимся ученым. Деятелям искусства. Политиками. Военным. Тем, кто достоин долгой жизни, от деятельности которых зависит благополучие нашей страны. И уж точно, сыворотку не раздают всякой шпане и уголовникам. Значит, они ее купили у контрабандистов. Турецкую, скорее всего. Говорят, ее в последнее время много везут.
— Зачем? — не понял я. Новая информация кирпичиками встраивалась в уже изученную мной ранее, делая картину мира более объемней.
— Ох, Витя! Для того, чтобы навредить нашей стране, конечно же! Если бы ты с этой дурной компанией не связался, ты бы и сам знал. Милиция по телевидению каждый день передает, чтобы люди были внимательнее, и сообщали о подозрительных случаях своим участковым.
Ну, если подумать, причина логичная. Завозим сыворотку в страну Советов, тут, кстати, рядышком, через Черное море, а сама Турция — пробританская. Так вот, завозим, на четыре случая применения — три смерти и один сверх. Причем, не идеологически подготовленный боец, не заслуженный врач, а подзаборная шпана и уголовник. Что он будет делать со своими новыми сверхспособностями? Пользоваться!
Вон того же Мишаню взять! Перевоплощается в кассира в банке, и выносит сумку с деньгами. Или Карыч. Не знаю, какая у него способность, может быть непробиваемая кожа и огромная физическая сила, но первое, что он сделал, получив ее — пришел убивать свидетеля.
Может быть, если бы я сам оборотня не отправил посланием, он бы с другой целью пришел — вербовать в свою банду. Но я-то ему ясно сказал — разошлись пути-дорожки.
То есть хаос. Цель, как обычно, разрушить страну изнутри. И надо сказать, неплохие шансы у врагов СССР на это. Конечно, я в этом просто уверен, за столько лет существования суперов, с ними уже как-то научились бороться, тем более в Советском Союзе, который, как я понимаю, передовик в области работы с препаратом EM. Но сколько всего смогут натворить эти… назовем их суперзлодеями, пока будут остановлены?
Это даже не хаос. Это — террор.
И я — одно из его орудий. Просто
