Вместе с обвинениями в Думе постоянно звучали речи в защиту ВПК, Земгора и их деятельности на благо армии и страны. Критиковать их осмеливались только правые. Отвечая на подобную критику, 12 (25) февраля 1916 г. М. В. Родзянко особенно отметил вклад ВПК в развитие оборонной промышленности: «Она насаждалась у нас в России, где совсем этой промышленности, кроме казенной, не существовало. Следовательно, если вы возьмете в соображение тот громадный труд по организации дела, по добыче станков, по снабжению их металлами и т. д., то вы увидите результаты поразительные, и я могу с уверенностью заявить вам, что промышленные общественные силы совершили огромный подвиг перед страной, и это должно быть сказано вам здесь, должно быть сказано и всей стране, ибо все должны знать и оценить то по заслугам»49. Все это говорилось в то самое время, когда провал организационных усилий ВПК был трагически очевиден.
Активизация общественности как фон думской сессии
После заявления А. Н. Хвостова от 10 (23) декабря 1915 г. о запрете съездов общественных организаций вопрос о месте и возможных сроках их созыва повис в воздухе. Гучков не собирался отступать и фактически провел съезд ВПК под другим названием и в другом месте. Формально другой была и повестка дня. 13–15 (26–28) декабря в Петрограде под председательством Гучкова было созвано совещание представителей местных комитетов1. Оно заслушало доклады о работе на местах: ввиду отсрочки созыва съезда Гучков в первый день предложил продлить работу совещания до 20 декабря 1915 г. (2 января 1916 г.), но формально от этого предложения отказались, поэтому обработка докладов продолжалась в ЦВПК2. Совещание было довольно результатами, о них говорилось в стиле пресловутых ящиков со снарядами: «Доклады доказывают активное участие многих тысяч промышленных деятелей в работе по организации обороны страны. Учреждается ряд предприятий, имеющих специальное назначение, и создаются отрасли промышленности, которых до сих пор в России не было благодаря иноземному ввозу»3.
Совещание обратилось (по рекомендации Коновалова) с призывом ускорить введение представителей рабочих в комитеты всех уровней. Кроме того, было принято решение провести съезд в январе 1916 г.4 Материалы докладов обсуждались в ЦВПК – он отчитывался о достижениях в организационной работе. Комитеты получили на нее из казны 518 тыс. руб., из них 300 тыс. руб. было направлено в распоряжение Центрального комитета, еще 160 тыс. руб. было получено от Совета съездов промышленности и торговли5. 22 декаря 1915 г. (4 января 1916 г.) Гучков сделал сообщение о докладах представителей 34 областных и местных комитетов. Он был доволен результатами – на местах было замечено значительное оживление работы, достигнуты большие успехи. В ходе обсуждений были выявлены и основные проблемы – расстройство перевозок и отсутствие топлива6.
Решение совещания о созыве съезда в январе также не было выполнено. Кроме ошибочных расчетов относительно съездов Земского и Городского союзов была и еще одна причина переноса. Накануне предполагаемого открытия съезда и сразу же после завершения работы в ЦВПК заболел Гучков. В ноябре 1915 г., после поездки на автомобиле в Ригу по делам комитета, он простудился. Состояние больного резко ухудшилось в начале года. Новости о здоровье Гучкова стали достоянием общественности. «Тяжко занемог председатель Центрального военно-промышленного комитета А. И. Гучков, – сообщал 7 (20) января орган ЦВПК. – Судьба к нему немилосердна: проклятый недуг подкрался к нему в тот момент, когда он был так необходим, ибо полным ходом пошла работа Центрального комитета и задачи огромной важности и трудности стали перед ним. Как нужен был бы теперь его ясный четкий ум, его огромная энергия, его исключительная работоспособность! Нет, он не должен болеть. Напряжением всей нашей воли и наших знаний
7
мы должны отвоевать его у смерти»7.
Следует отметить, что в начале 1916 г. обстановка вокруг Путиловского завода вновь обострилась. Возглавляя по сути дела обанкротившийся орган, Гучков ревностно критиковал плохо работавшее детище Путилова. Использовались самые различные приемы давления на общественность и государственные органы, не была обойдена вниманием и Ставка. 11 (24) февраля туда вернулся из Петрограда Николай II8. В Могилеве были собраны Главнокомандующие фронтами, которые должны были обсудить вопрос об оказании помощи Франции9. 21 февраля началось германское наступление на Верден, которое в первые дни развивалось весьма успешно. В Могилеве император принял британскую делегацию – 16 (29) февраля сюда прибыли генерал А. Пэджет и капитан лорд Р. Г Пемброк. Они вручили русскому Главковерху жезл фельдмаршала британской армии10.
Обстановка на Западном фронте Антанты была крайне напряженной. Непростой была ситуация и на внутреннем фронте в России. Кажущееся спокойствие многих не устраивало. Перед отъездом в Россию британские офицеры наслушались от представителя общественности рассказов о неизбежности революции в России, император которой все время прислушивается к «знаменитому монаху, Распутину»11. 14 (27) февраля 1916 г. Гучков отправил М. В. Алексееву телеграмму, извещая начальника штаба Главковерха о срочной необходимости сделать доклад о деятельности ЦВПК и получить «важные для комитета Ваши указания». Сам он приехать не мог по причине продолжавшейся болезни, а в обществе распространялись слухи о том, что глава ЦВПК умирает, «отравленный распутинской бандой». Поэтому он предложил принять вместо себя своего заместителя А. И. Коновалова12. В тот же день было проведено заседание бюро ЦВПК по вопросу о подготовке проведения 2-го съезда военно-промышленных комитетов. В связи с болезнью Гучкова он был избран почетным председателем будущего съезда, а в председатели был намечен Коновалов13.
Непосредственно перед этим съездом, 20 февраля (4 марта) 1916 г., в Петрограде был открыт 1-й Съезд представителей металлообрабатывающей промышленности. Его председателем был единогласно избран А. Д. Протопопов, тот самый, которого осенью того же года либеральная общественность дружно обвинит в непрофессионализме и безумии. Съезд рекомендовал включить не менее двух членов избранного Совета съезда в Особые совещания по обороне, топливу, перевозкам, продовольствию, обеспечению армии предметами боевого и материального снаряжения и другие комиссии, которые еще будут созданы правительством14. Кроме того, съезд выступил категорически против секвестра Путиловского завода, «всегда стоявшего во главе инициативы и производства вооружения нашей армии»15. На заводе шла забастовка, в разжигании которой его владелец на съезде обвинил Рабочую группу ЦВПК. Ее председатель вслед за этим публично возразил под аплодисменты промышленников16. Проблема взаимодействия общественных и рабочих организаций с особой остротой встала на 2-м съезде ВПК.
В отсутствие Гучкова съезд, собравшийся в Петрограде 26–29 февраля (10–13 марта) 1916 г., открыл Коновалов. Он же был избран его председателем. На съезд прибыло около тысячи делегатов, в том числе представители от рабочих из 20 городов17. «Громадный зал Собрания инженеров путей сообщения, где происходит съезд, – отмечал корреспондент “Речи”, оказался заполненным сплошь, даже все проходы были заняты членами съезда»18. Сопредседателями были избраны Г. Е. Львов, М. В. Челноков и П. П. Рябушинский (который также отсутствовал по причине болезни). Это было зримым осуществлением призыва Коновалова к объединению общественных сил во имя победы, прозвучавшего в первый день съезда19. Первая же его речь наметила и явные политические задачи общественного единства.
Коновалов заявил: «Мы вправе сказать: если в стране сеются семена новой России, если создаются новые попытки найти путь к тому, чтобы Россия экономически встала твердо на ноги, эти семена, наряду с другими общественными организациями, сеются и деятелями мобилизованной промышленности. Настоящий съезд даст нам возможность подвести итоги сделанного и наметить новые пути и методы для дальнейшей работы. Чувство глубокого удовлетворения вызвала во всех деятелях военно-промышленных комитетов речь председателя Государственной думы М. В. Родзянко, с думской трибуны признавшего полезность работ военно-промышленных комитетов. В настоящий момент, когда больше, чем когда-либо, рассеяна ядовитая атмосфера злых козней, подозрений, интриг, недоброжелательства, искусно и упорно создаваемых вокруг деятельности общественных организаций, ценно признание Государственной думой деятельности промышленников, ценна эта моральная поддержка. Наше горячее желание – да будет прочной творческая деятельность Государственной думы по укреплению в стране порядка и законности, да будет непрерывным благотворное течение ее работ, необходимых для блага родины, для нашей победы»20.
