Читаем без скачивания Аланар. Тетралогия. - Татьяна Форш

Мне снились темные коридоры полные мертвецов, замшелые каменные стены, оплывающие факелы – в общем, стандартный набор для кошмара. Будто я куда-то продиралась в поисках кого-то или чего-то, пытаясь удержаться на заплетающихся от усталости ногах. Остро пахло гарью. Мерзкое чувство собственного бессилья захлестнуло горло удавкой. Вдруг, яркая вспышка взрыва, ослепив, заставила сбиться с шага….

Вздрогнув, я очнулась от легкого похлопывания по щекам.

– Ну, ну, ну! – монотонно бормотал Барга сидя в изголовье моей кровати. Увидев, что я открыла глаза, протянул кружку, от которой пахло чем-то полынно-сладким. – Чего кричишь? На, хлебни. Взбодришься. Приснилось чего? Ежели плохое, шепоток знаю, чтоб не сбылось. Сказать?

Голова гудела, как старый колокол. Какие, к черту, шепотки? Держась за виски, я села на постели.

– Не верю я в шепотки. Что будет, то будет. – Я в два глотка выпила вкусный, бодрящий чай и добавила, отдавая Барге кружку. – Да мне не плохое снилось. Так, скорее не понятное.

– Ну, как знаешь. Пойдем, все уже собрались. Не забыла? Нужно успеть открыть ход в Старый город до восхода солнца.

Барга вышел за дверь.

Я посидела, пытаясь разогнать остатки сна, поднялась на ватные ноги и тоже поплелась за ним.

Во дворе уже вовсю кипела жизнь. Лендин, с мешком за плечами, вешал себе на пояс уже второй топор. Бес, держа перед собой свою черную палочку, что-то пришептывал и как только в воздухе появлялся маленький огонек, он тут же его задувал. Ларинтен, пытаясь натянуть тетиву на длинный лук, даже взмок. Попытки с десятой и не без помощи Барги ему это удалось. Только Велия, живым монументом, стоял безучастно в этой суете. Опираясь на посох, он, задумчиво прикрыв глаза, изображал работу мысли, но если честно, мне показалось что его поднять – подняли, а разбудить забыли.

Окрик Барги отвлек меня от нахального разглядывания мага.

– Ну? Чего стоишь? На, одевайся. По дороге перекусишь. – Барга кинул мне под ноги бренчащую охапку. Я с сомнением поворошила ее носком сапога, не особо торопясь примерять. Зачем мне вешать на себя еще килограммов тридцать лишнего весу? Надо признаться, что рубашка и штаны, в которых я ходила эту неделю, меня вполне устраивали! [2]

Закончив возиться с топорами, ко мне подошел гном.

– Давай-ка, деваха, я тебе помогу. Сама-то, поди, не разберешься?

Он быстро вытащил из этой груды небольшой кожаный жилетик и, быстро надев, закрепил его на мне. Поверх жилетика нацепил что-то панцирное, сделанное, будто из монеток. Понаблюдав за этим представлением, все принялись ему помогать.

Нет, я конечно понимаю. Скучная жизнь, отсталый мир – ни телевидения, ни цирка, но зачем устраивать шоу со мной в главной роли? Я что, похожа на клоуна?

На меня натянули кожаные штаны с металлическими вставками, размера на два больше моего. Как мне их надевали, можете представить сами. Выразив крайнее нежелание влезать в эти брючки, я отбивалась, как могла. После продолжительной погони, брыкания и пары подзатыльников, кажется от Лендина, меня все-таки убедили в необходимости этих штанов.

Сделав в таком бренчащем виде пару шагов, я споткнулась о чей-то мешок и растянулась на заботливо взращенной Ларинтеном клумбе. Мало того, что нацеплялась колючек с цветов, похожих на репейник, так еще и приложилась лбом о жалобно звякнувшую бутылку. Судя по тому, как всполошился эльф и кинулся спасать пузырек, это наверняка была заначка.

– Так! Все! – чуть не плача и чувствуя себя консервной банкой, разоралась я. Дернулась, перевернулась на спину и твердо заявила. – Вы, господа, можете идти. А то вон солнце уже встает, а я вас тут подожду.

Я еще с минуту повозилась, принимая сидячее положение.

– Почему? – все недоуменно переглянулись и посмотрели на меня.

– Потому, что я в этой экипировке не то что воевать, а даже стоять не смогу. И вам, в случае чего, пригожусь только в виде тарана. Будете меня нести и открывать моей головой особо прочные двери! – тихо матерясь, я решительно начала расстегивать обмундирование.

Все выразительно помолчали, озадаченно рассматривая меня, только Велия закашлялся и поспешил отвернуться.

– Неужто с весом малость напутали? – меня недоверчиво осмотрел со всех сторон Лендин, поднял на ноги и велел. – Ну-ка, пройдись еще!

Я честно попыталась сделать пару шагов. Тут, как назло, нога наступила на волочащийся по полу ремешок, я запнулась и звонко грохнулась, попутно сбив с ног оказавшегося в опасной близи беса. Отбросив попытки подняться, я так и осталась кулем лежать на земле, глядя в рассветное небо. Подо мной, не переставая, ярко и красочно желал мне доброго здоровья и счастья в личной жизни наш главный эстетствующий интеллигент – бес Ферес.

– Ладно, разденьте ее, – приказал Барга.

Меня подняли. Придали вертикальное положение, и, на всякий случай придерживая, с разочарованным видом принялись расшнуровывать.

Велия тоже соизволил обратить свое внимание на глобальное бедствие в моем лице.

– Я тебе еще вчера зачаровал кожаные доспехи. На первое время сгодятся, а там посмотрим, – высокомерно процедил он, подойдя к нам. Достав из мешка сверток, перемотанный бичевой, он сунул его мне в руки и разочарованно покривился. – Надо бы тебе еще силенок набрать, Великая. Да и ловкость я думаю, не помешала бы.

– Угу, как только, так сразу! А может мне зельями догнаться? Или ты мне артефактные доспехи найдешь? Чтоб сразу было плюс десять к силе и плюс пятнадцать к ловкости. Дьябло отдыхает! – не удержалась я от ехидства, одевая поверх суконной одежды брошенную мне магом униформу.

– Вот и пущай этот Д’Ябло отдыхает, а нам пора! Мы уже давным-давно должны быть на площади. Через час народ проснется! – нервно заторопил нас Барга, едва я успела застегнуть легкие, кожаные, зачарованные Велией доспехи (если не соврал, конечно).

– Подожди! – Лендин развернул меня к себе и, отточенным движением вогнал в мои пустые ножны, бутафорией висящие по бокам, два длинных, увесистых кинжала. – Пользуйся! У эльфов на кое-что сменял….

И, хлопнув по плечу, подошел к Ларинтену.

Не удержавшись, я с тихим звоном вытащила их. Они оказались легкими и удобно легли в руки. Машинально крутанув, с лязгом вогнала их в ножны, огляделась, попутно заметив заинтересованный взгляд колдуна и, подхватив на плечо стоявший в траве вещмешок, поспешила за остальными.

Возмущенный визг эльфа безжалостно выдернул меня из воспоминаний, заставив очнуться.

– А я тебе верил! Вел, я ведь ей все свои тайны раскрыл!

– Говорил же, что обычная селянка, только неместная! – зычно вторил ему гном.

– Так, хватит! – командным ревом прервал всеобщую истерику колдун. Все притихли. – Или мы спускаемся, или расходимся по домам и к бесам в… эту миссию. Хватит дурака валять!

– Или дуру! – нервно хихикнул эльф и осведомился, оглядываясь по сторонам. – А что Глисс с нами не идет?

– Как не идет? Вон он, на камушке дожидается, – мотнул бородой на пустой валун Барга.

На камне стала проявляться фигура звероящера. Ларинтен, вытаращив глаза, изобразил обморок, аккуратно улегшись на травке.

– Тьфу ты, шут! – раздраженно сплюнул Лендин, носком сапога попинав эльфа, и недовольно покосился на проявившегося заураска. – Все никак не могу привыкнуть к твоим фокусам! Ты всю дорогу так и будешь нас пугать? Вел, зачем он нам нужен? Оставь его здесь. Пусть лучше Барге хату охраняет.

– Он у нас разведкой будет заниматься, – уголком губ улыбнулся колдун.

– Моя школа! – гордо вставил Ферес. – Это я научил его бесовской философии становиться невидимой частью этого мира.

– А кто пойдет первый? – нерешительно напомнила я.

– Что-то мне доверия не внушает эта каменюка, – поправил бандану гном, косясь на парящую над нами статую.

– Спокойно! Мы успеем, но скоро она встанет на место, поэтому нужно торопиться. – Без доли насмешки заявил маг.

– Ладно, чего лясы-то точить. Надо – значит пошли! – Барга решительно шагнул на замшелые каменные ступени, уходящие в темноту, и, обернувшись, кивнул на Ларинтена, чьи кожаные тапочки торчали из травы. – Лендин, ты только припадочного своего не забудь! Пусть своим видом местную нечисть разгоняет!

С опаской поглядывая на неподвижно висевшую над нами статую, все начали спускаться вслед за Баргой. Я шагнула на ступени последней. По спине «маршировали» мурашки. Казалось, будто идешь над пропастью по тонкому, каменному мосту. Когда моя макушка скрылась под землей, над нами что-то оглушительно шарахнуло. Мощный поток воздуха толкнул меня вперед. Наступила непроглядная темень.