к нему тугими ремнями был прикован бессознательный полноватый мужчина в одних трусах. Губы его были слегка синеваты — средневозрастному мужчине явно морозно лежать на голом металле. Белая плитка по всей комнате отдавала сильным чувством холода, пропитанного смертью. Только запаха антисептика не хватало, чтобы почувствовать себя рядом с истекающим кровью бойцом, из которого в срочном порядке извлекают несколько автоматонских стрел.
— Наконец ты пришел в нужный замок~, — сладкий женский голос раздался где-то со спины.
«Йер милостивый, начинается…» — не мог не подумать потерявший остатки хорошего настроения Фокусник.
…
Быстро развернувшись, Освальд приметил в проходе явно следящую за собой женщину лет тридцати. Одетая во все черное, с легким ночным макияжем и такими же черными прямыми волосами до поясницы, она выглядела так, словно сбежала с пресловутого готического БДСМ-бала, иначе не назовешь. Зная её увлечения, Фокусник вполне мог предположить, что она пришла проведать его прямо с чего-то похожего. Как раз и время подходящее.
Её черные глаза осматривали вторженца с головы до пят, но Фокусник упорно игнорировал навязчивый взор. В свету операционной лампы сей взгляд идеально дополнял образ элегантной темной красавицы.
— Это было не сложно, — действительно не сложно. Он всего-то следовал за Возницей, что делал всю работу по поиску бестии.
— С тобой не интересно, ты мухлюешь~.
Ох, он знает этот томный тон. Так она разговаривает только с ним, тем самым действуя на нервы сразу в четырех плоскостях: прямой, перпендикулярной, косой и кривой-огибающей-видимое-пространство.
Но также он знает и противоядие от нападок — бесконечный и беспощадный игнор. Как же её бесит игнорирование, он даже представить не может, хотя выглядит это в великой степени потешно: щеки и уши краснеют, кулачки сжимаются, а поза приобретает вид готовящейся ко взлету ракеты.
Сделав морду лица камнем (что было легко, так как весело ему совсем не было), Освальд молча глядел на Сильму. Пока что никакой реакции не последовало, но эффект, как известно, накопительный.
— Так и будешь столбом стоять или хотя бы «привет» скажешь?
— Что у тебя за поганая привычка нанимать малышей на ворота? Он мне башку снес от страха.
Подойдя на расстояние метра, Фокусник с глухим стуком опустил тяжелый чемодан. Вблизи от готической красавицы исходил легкий запах сирени (или фиалок? Он всегда был плох в парфюмах).
Не получив реакции на свой вопрос, она не показала вида:
— Просто мне нравятся помладше~.
— Этому пареньку место в школе, а не под твоим каблуком.
— Тебе место точно не в школе~.
Лицо камнем, разум тихой гладью. Ты в медитации, Освальд, так медитируй, контролируй свои эмоции. Ты что, так слаб, что поведешься на её провокации? Не забывай: ты хищник, не жертва. Это ты должен вести игру, а не следовать ей.
— Помидоры не то что завяли, они разлагаются. Так что давай быстро кончим в этой твоей темной каморке и разойдемся по урокам, а то препод по матану двойку влепит.
— А ты не изменяешь себе, все так же пошлишь~.
— Это естественная защитная реакция в твоем присутствии. Друзьям уважаемой мадам стоило бы ей поучиться, — кивнул Фокусник в сторону пускающего слюни полуголого мужчины. Он так и не понял её страсть всех раздевать и приковывать неважно к чему, лишь бы лишить возможности двигаться, но осуждать не принимался. Мало ли что человеку нравится? Главное, чтобы не листолюбский особый.
— Ему нравится и так, а тебе стоило бы поучиться у него наслаждаться обстоятельствами~.
— Спасибо, однажды так насладился, что до сих пор зад по вечерам ноет.
— Значит плохо чувствовал~. Нужно расслабиться и не брыкаться, ты же знаешь~.
— Сложно сохранять спокойствие, когда слышишь «Флюгегехаймен» и странное жужжание за спиной. Это адское устройство из самых глубоких недр чего бы то ни было и его нужно продолжать держать там, закованным в цепи внутри железной девы, погруженной в десятиметровый блок бетона, на котором сидит древний дракон и часами пялится в розыскной лист с твоим лицом.
— Он не так называется >:с
— И это единственное, что тебя смутило?
Фокусник ответа оказался не удостоен, лишь дующегося взгляда черной госпожи, что из неприкосновенной ледяной королевы превратилась в негодующую девочку, с недовольным видом буравящую своего обидчика.
Угрюмое молчание утят продолжалось около минуты. В конце концов курьер на полставки не выдержал:
— Так как сказать более нечего, значит с прелюдией покончено и можно переходить к основной части: вот твоя посылка, о чем хотела поболтать?
Сильма на секунду закатила глаза, держа руки на груди, однако все равно наклонилась и открыла чемодан. Внутри оказался бессознательный мужчина в позе эмбриона, облепленный мягкой зеленой пеной. Спал он тихо и мирно, словно младенец.
— Да, это он. Передать Вернону, что ставлю тебе пять звезд~?
— Зачем тебе вообще сдался этот парень? Он просто работник магазина, судя по легенде, — вот что его действительно интересовало, так это доставленный человек. В данных ему файлах он выглядел настолько обыденно, насколько это вообще возможно.
— Работник как работник, но магазин помимо нормальных имплантов приторговывал также и паленкой. Надеемся выйти на поставщика и затем на очередного доморощенного сборщика, решившего быстро разбогатеть. От этой дряни пострадала сестра из Второго Кинжала, так что дело личное.
— Ясно, влезать в ваши разборки не буду. Удачи с поисками.
— Спасибо~.
— Так, о чем хотела рассказать? Вернон был очень настойчив.
— Ох, этот малыш всегда такой, не только со мной? Что же, это объясняет, почему у него нет женщины~.
— Сильма, серьёзно, давай ты расскажешь, что хотела, и мирно разойдемся. Мне почти физически нестерпимо находиться здесь. Сердце колит и в попе больно, как говорится.
— Какой же ты скучный… Ну хорошо, бери своего друга и заноси в ту комнату, — указала готическая красавица на соседнюю с текущим помещением дверь, — и пошли.
Собственно, занеся посылку в другую, теперь уже свободную операционную, он последовал за темной дамой по нескольким коридорам, наконец дойдя до металлических створок защищенного лифта, что с тихим звуком отворились, позволив обоим зайти.
— Все это время здесь был лифт? — спрашивается тогда, а зачем им клуб в здании?
— Он только для внутреннего персонала, ты бы все равно не заставил его ехать. А туда, куда направляемся мы, не попал бы при всем желании~.
— Охотно верю. Но ты же понимаешь, что теперь мне не нужно будет пользоваться главным входом?
— … — на мгновение она замолчала, явно осознав допущенную оплошность, — Не важно, идем.
Двадцатисекундная поездка как раз завершилась, услужливо позволив бестии не смущаться еще больше.
Освальду открылся вид на обширный
