доклад как можно более простым и кратким.
Факты сами по себе были ужасны; их не нужно было развивать. Императрица выслушала его, ни разу не прервав — эту черту она переняла у отца, — хотя по мере того, как разворачивался рассказ, ее лицо становилось все более мрачным.
После того как герцог закончил свой рассказ, она помолчала еще с минуту.
Спокойное выражение на ее лице ни в коей мере не выдавало ту бурю, которая бушевала у нее в душе. Наконец, взглянув Бурр'уку в глаза, императрица сказала:
— Полагаю, вы понимаете серьезность этих обвинений.
— Как никто другой, Ваше Величество. Но я только повторяю то, что доложили другие.
— Вы часто спорили с Цандером на заседаниях Совета. По-моему, вы будете только рады избавиться от него.
Реакция герцога была молниеносной. Приблизившись к ее креслу, он преклонил колено и опустил голову.
— Ваше Величество, наши разногласия, хотя и выражаемые иногда резко и на повышенных тонах, были честным спором по поводу того, как лучше сохранить мир и спокойствие Империи. Если вы полагаете, что я нахожу хоть какую-то радость в этом известии, заверяю вас, вы ошибаетесь. Как раз наоборот — мне невыносима мысль, что злейший враг имел доступ к нашим самым сокровенным тайнам. Если вы считаете, что я приложил руку к тому, чтобы сфабриковать улики против великого герцога Цандера, тогда, надеюсь, вы прямо сейчас примете мою отставку, ибо Первый советник не может осуществлять свою деятельность без полного доверия государя.
— Встаньте, Моси, — произнесла Императрица. — Мой отец не назначил бы вас Первым советником, если бы не был уверен в вашей преданности и я не сохранила бы за вами этот пост, если бы у меня были какие-либо сомнения. Я знаю, что вы никогда не опуститесь до подобной низости, чтобы избавиться от человека, с которым не согласны.
Она покачала головой.
— Просто дело в том… Цандер! Всю мою жизнь он был мне как дядя. Так трудно поверить, что он что-то замыслил против меня.
Герцог, встав, поправил очки в золотой оправе.
— Источником информации является капитан Фортье, которого, насколько мне известно, вы лично наградили за спасение Империи во время коронации.
Он особо отметил в своем донесении, что считает собранные сведения неопровержимыми, так как они получены из архива самого герцога.
Императрица кивнула.
— Возможно, мне трудно поверить в это потому, что я не хочу верить в это. Если Цандер действительно является этим таинственным В, это означает, что ему известно о нас все, все наши слабые места, все наши проблемы.
Это означает также, что в его власти вводить нас в заблуждение и умышленно сбивать с пути. Служба Имперской Безопасности — самое могучее оружие в наших руках. Это наши глаза и уши. Без нее через несколько месяцев Империя рассыплется. СИБ — вот что позволяет Империи иметь такие грандиозные размеры…
Она поежилась, затем посмотрела на стоящего перед ней человека.
— Что ж, это второстепенно по сравнению с тем, чем мы должны заняться сейчас. У нас есть проблема, с которой мы должны разобраться. Будучи моим Первым советником, что вы мне посоветуете?
— Я полагаю, осторожность диктует нам действовать исходя из худших предположений — то есть мы должны принять за истину то, что великий герцог Цандер является вашим злейшим врагом. В этом случае нам нужно предпринять шаги, чтобы незамедлительно арестовать его.
— Я не смогу осудить его, предварительно не ознакомившись с уликами, — не уступала Императрица.
— Разумеется, нет, Ваше Величество, — поспешно заверил ее герцог Моси. — Я сам бы не поступил так. Мы позаботимся о том, чтобы копии архивов, обвиняющих герцога Цандера, как можно скорее попали к нам для ознакомления. Поскольку у него есть собственная разведывательная служба, великий герцог обязательно узнает о том, что случилось у него в поместье. Если он тот, кто стоит во главе заговора, возможно, у него на этот случай предусмотрен особый план, который он приведет в действие. Так как ему известны все наши слабые места, он знает, где именно нанести нам самый болезненный удар. Мы должны немедленно арестовать его, постаравшись изолировать от сообщников. Если впоследствии выяснится, что доказательства сфабрикованы — а я надеюсь на это не меньше вас, — мы отпустим его, принеся свои извинения и никакого ущерба не будет. Если же информация подлинная, нам придется приложить все силы, чтобы не дать герцогу возможности нанести урон Империи.
— Никакого ущерба, — рассуждая вслух, произнесла Императрица, эхом повторяя слова герцога Моси. — Сомневаюсь. Цандер — человек, доверием и дружбой которого я дорожу; на свете не так много людей, о которых я могу сказать такое. Как я смогу обвинить его в тягчайших преступлениях, а потом освободить и рассчитывать на прежние преданность и доверие?
— Тот Цандер фон Вильменхорст, которого я знаю, прекрасно поймет вас, — сказал Первый советник. — Если бы он оказался на моем месте, он первый бы сказал, что безопасность Империи важнее дружбы.
— В этом вы правы. Но если он виновен… — Она остановилась, обдумывая возможные последствия. — Если он виновен, какая часть СИБ на его стороне? Хелена — его первый помощник; вероятно, она участвует в заговоре. Но остальная часть Службы? Каких людей подбирал герцог — преданных мне или себе? Если они выступят против меня, Имперский престол зашатается. С этим делом нужно разобраться как можно деликатнее.
— Еще один момент, Ваше Величество, — сказал герцог Моси. — Мы не можем позволить себе роскошь устраивать суд над великим герцогом — только не при таких обстоятельствах. Если соберется суд пэров в составе остальных великих герцогов под вашим председательством, возможно, раскроется роль фон Вильменхорста как главы СИБ. Если он будет осужден — даже если он окажется единственным сотрудником СИБ, замешанным в заговоре, — эту организацию придется подвергнуть серьезной чистке. В любом случае ее штаб нужно будет перевести из государственной ратуши Четвертого Сектора, где он находится сейчас. Неизбежно последует период суматохи и слишком многие захотят воспользоваться этим. Судебный процесс, даже закрытый, обнажит очень многое из того, что нам хотелось бы сохранить в тайне. Вам и только вам придется рассмотреть это дело и вынести приговор.
Императрица выслушала замечание своего собеседника задумчиво, воздержавшись от поспешных замечаний. Наконец она решилась:
— Хорошо, милорд. Выслушайте мои инструкции, которые необходимо выполнить точно. Великого герцога Цандера фон Вильменхорста и герцогиню Хелену следует незамедлительно заключить под домашний арест. Силу
