Читаем без скачивания Селение Горыни - Юрий Тупикин

Все школы возглавляют выборные директора, один из которых двоюродный брат Внука, то есть он тоже внук, но только младший. Школа, как институт Горыней, находится под абсолютным контролем Внука, поскольку все директора работают под непосредственным руководством Внука и служат его доверенными людьми. Такие явления, как информационные технологии в обучении, непрерывность воспитания и образования, являющиеся в большинстве школ в России постановочными, в Горынях служат обыденной практикой. А о некоем совершенствовании патриотического и духовно-нравственного воспитания ребят не стои́т даже вопроса, поскольку вся система обучения и воспитания пропитана и пронизана этим духом. В школах Горыней нет чего бы такого, чего не хватает учителю и ученику. Здесь существует обычай: поданная в Совет селения просьба или заявка от директора школы должна быть рассмотрена не позднее завтрашнего дня, и по ним должны быть приняты положительные решения. Это даже не обычай, а закон, впрочем, неписаный. Пожалуй, невиданным для России и мира в целом явлением служит стажировка школьных учителей. Она ни на что известное не похожа. Ещё будет много сказано о школе. И об этом отдельно тоже не будет упущено. Но и теперь умолчать невозможно. Стажировка учителей длится до… пяти лет! После этого длинного срока происходят Выборы учителей… Кто разочаровался и кому школа противопоказана по характеру, – те никогда не выставят свою кандидатуру на поприще школьного педагога. Но именно этого срока хватает для того, чтобы полюбить, разлюбить или остаться равнодушным к школе. Победившие на выборах растят смены победителей.

Каждая из улиц имеет свои детские ясли и детский сад в одном образцовом здании. Это не пирамиды, а сказочные терема, может быть, ещё более красивые, чем школы. Это целые комбинаты детского воспитания. Кто себе представляет детский садик с одной группой, тот ничего не знает о детских садиках. В Горынях в каждом садике-яслях – десятки групп по возрастам и способностям. И для всех свои классики, зальчики, спаленки, туалетики, раздевалочки, места в столовых, участки парка для прогулок и игр, комнаты воспитателей и т.д., и т. д. О воспитателях яслей и садов скажем позднее. Каждая улица имеет «лыжный тротуар» – беговую, лыжную и велосипедную дорожку по кругу и поперёк четырёх улиц. Поскольку улицы не загазованы, на этих тротуарах проводятся как уличные, так и «селенские» соревнования. Кроссы, велокроссы и лыжные кроссы служат в Горынях как бы прикладными к хореографии и к лучной стрельбе видами спорта. Наконец, каждая улица имеет свой перинальный дом (роддом) с отделением травматологии, поскольку больниц в Горынях нет (это относится только к Горыням, где никто не болеет), а всякого рода ушибов и порезов всегда предостаточно. Улиц мало, но какие большие улицы! Одна ширина восхищает. Только дорога сто метров. Не дороги, а цветочные скверы. В сущности, на этих четырёх улицах проживает всё население Горыней, к концу ХХ века численностью около 100 000 душ. Ешё в начале ХХ века население составляло около 30—35 тысяч человек. На пятой, Общей улице, как уже сказано, устроились все общественные и производственные учреждения. При больших улицах и при относительно большом населении Горыни кажутся компактным селением. Радиальный характер строения Горыней напоминает собой Аркаим. Там похожее устройство града. Но Аркаим откопан в земле. Думается, много других аркаимов будет также откопано. А Горыни сами копают. Поскольку других примеров древних каменных городов Руси пока не имеется, то наши предположения о типичности русских круговых городов со свастичным центром ненадёжны, но и не безнадёжны. Каждой улице Горыней придан Парк отдыха, фактически примыкающий к школьному парку. Парки называются, как и улицы, Малый парк, Ближний парк, Средний парк, Большой парк, Общий парк. Парки мало отличаются по величине. Они оборудованы фонтанами, летними сценами с кинобудками, десятками беседок, сотней скамеек и множеством сказочных теремков, горок, полос препятствий, качелей и городков для детей. В парках преобладают герои русских сказок среди зверей – лисы, барсуки, волки, зайцы, медведи, орлы, Соловьи-разбойники и другие птицы и звери. Среди них уживаются Алёнушки, Аленькие цветочки, Царевны-лягушки, Мойдодыры, Спящие красавицы и другие герои и героини сказок. Дети чувствуют здесь себя «как дома». Потому что парки сделаны с расчётом продолжения дома. В парках созданы площадки для всех видов русских игр. Городки, Лапта, Чижик, Клёк, Кости и другие. Но главным атрибутом всех парков, благодаря которым сюда не зарастает народная тропа, являются стрелковые тиры. Понятно, из какого оружия стреляют в тирах. Если к этим тирам добавить главное стрельбище Горыней (расположенное в горном долу), на котором происходят все важнейшие состязания по стрельбе из луков, и дворовые тиры, в которых тренируются дети и взрослые с детства, и, наконец, тир в городском Доме Студентов, то станет понятен масштаб этой «национальной идеи» всех горыней. На этот масштаб нужна прорва луков и стрел. Откуда берутся? С Общей улицы. Раньше лучницы были во дворах лучных дел мастеров. Их насчитывалось в разное время от 10 до 15. Время требовало количества и совершенства луков. Это возможно в централизованном предприятии. Таким лучным предприятием служит лучный заводик на Общей улице. Во время ига их было два. Они обеспечивали потребности селян и торговые запросы Руси. В настоящее время лучный спорт в России стал медленно возрождаться. Соответственно, увеличилось производство русских простых и сложных луков и стрел разной длины и запчастей к лукам. Но заводик пока один. И лучные интересы теплятся лишь в Москве, Петербурге, в Горынях и в Бурятии.

Кроме того, в каждом парке действуют один павильон и одна подстанция, закрытая защитным забором. В парковых павильонах народ поулично голосует на всяких государственных выборах и на своих Выборах, главным образом. Здесь всё оборудовано по последнему слову техники, вплоть до компьютерного голосования. В павильоне Общего парка не голосуют. Здесь устроена шумная (трубная) музыкальная школа. Заведуют парками выборные специалисты. Они гласно и негласно соревнуются между собой, чей парк лучше. Ежегодные итоги и премии способствуют этому. Избирательные комиссии заведующим паркам, естественно, не подчиняются. Между улицами и в круге улиц последнюю сотню лет пульсирует монорельсовая дорога. Между улицами всего четыре поперечных проезда. Если кому-то надо попасть, скажем, в Храм Богов, он сначала едет в карете до пересечения улиц и делает пересадку. В достижении самого сложного пункта селения больше двух пересадок не получается. Кареты на 10 человек без кондуктора и без водителя отрегулированы до секунды. Школьные кареты красного цвета, взрослые их стараются попусту не занимать. Дороге придана постоянная по величине и направлению скорость. Остановки удобны и комфортабельны. Проезд бесплатный. То есть такой же бесплатный как в некоторых торговищах, реализующих две продажи с третьей бесплатной… То есть плата за проезд вносится централизованно с каждого двора, и проблемы контроля исчерпываются. По желанию пассажиров, кареты могут открываться пологом (летом и в хорошую погоду), и они закрываются зимой и отапливаются скрытыми батареями. Скоплений людей на остановках нет, потому что кареты движутся чётко по расписанию в определённое время суток. Без толку кареты не ездят… Начальник и штат дороги – выборные люди. Вдоль этой монорельсовой дороги как раз и проложен «лыжный тротуар». Картина, в которой рядом с каретами бегут спортсмены, обычна в селении. Пассажирских автобусов в Горынях нет. Грузовому транспорту отведёны две полосы проезда с левой стороны улицы – рельс и спортивная дорожка с правой стороны. В каждом дворе горыничей свой автопарк легковых, грузовых, сельскохозяйственных и иных машин (в частности, десятки велосипедов). Улицы населёны родовыми домами. И в них вся суть. Родоначальник племени Милан Горыня желал перспективу, в которой каждому роду пришлось бы не более трёх домов, стоящих рядом. В бытность Горыни улицы состояли из одного большого дома каждого рода. Редкими были улицы. Посетители музея могут видеть здесь самый первый план селения, начертанный самим Горыней на бычьей коже. То, что осталось от высохшей кожи, берегут как зеницу ока. В ходу копии. Через три тысячи лет ро́ды исчерпали резерв. Улицы уплотнились. Можно прикинуть, сколько людей одного рода живёт в его трёх больших домах. Из этого представляется вместимость домов-теремов. Получается, что не тесно и не скучно. Развиваться дальше можно за счёт пашни. Но кто разрешит? Поэтому перспектива, исчерпав себя, показала мудрость предков, предупреждавших о перенаселении племени. Регулировать дальнейший рост можно будет исключительно отселенцами. Рост домов вверх пока не предусмотрен. На задах улиц сады-огороды горыничей, у каждого рода примерно по полгектара, с тем расчётом, чтобы на каждый из трёх дворов рода на сад-огород приходилось около 16,5 соток. Поэтому селение Горыни с вида улиц – красивый город, с вида задов – обыкновенное село. Улицы соприкасаются своими задами. Селение Горыни – это синтез крестьянской и городской эпох. По электротехнической насыщенности садов-огородов Горыней с другими сёлами сравнения нет. Индивидуально-общественные поля начинаются за общей улицей, они упираются в реку. Река на территории Горыней зовётся быстрой речкой Смародиной, в память истории о повсеместных реченьках русов подобного рода. Почему такая приверженность? В названии речки Род и Родина. И это притом, что ныне даже в Горынях не точно трактуется предлог «смо». Что означает «смо»? Учёные, объясните! Только не надо нас выводить к «смраду», от которого шёл В. Даль. Смородина не имеет того смрадного едкого запаха, на который ссылаются все современные авторы «толковых словарей русского языка». У неё вполне приятный запах. А другие толкуны вообще избегают слова «смородина» (Скворцов Л. И.). Самый «толковый» вариант горыничей – это «само/а/». Смородину никто не разводил, она сама выросла и ею стали пользоваться с древних времён. Речки тоже никто не родил, они сами прокладывали своё русло. Самородина, – объясняют горыничи. Куда пришли, там и самородина. Потом слово обкаталось от употребления и стало смародиной. Ныне речек Смародин нет – в обилии безымянные речки… А мы продолжаем произносить – смародина. А по правилам – смо… Также в слове «матя». Матя осталась только в родах старого верования. В остальном мире оно обкаталось до слова мать и мама. Но разве в словах смародина и матя есть общее? Общее – корень «ма». Матя произошла от «сама», как и «самародина». «Я сама пойду, сказала проматерь наша, когда её выводили из рая» (В. Даль). И так объясняют в Горынях. Учёные могут поспорить с ними. За одно и о ягоде Смородине, оставшейся после запрещённых попами названиях речек. Русы, мигрируя по стечению обстоятельств, во многих местах находили знакомый кустарник с полезными ягодами. Первый возглас русов, увидевших этот кустарник, был: «Сама Родина»! А где этой ягоды не было, там спешили её посадить, ибо это – сама родина.