больше. Дед со Степкой за столом много смеялись, и казалось, что впереди ничего плохого не будет. Хорошее было время! Сейчас Максиму приходилось все время быть начеку, анализировать слова собеседников и думать, что сказать в ответ: где чуть-чуть приоткрыть занавес, а где напустить туману.
– Привет честной компании, у Вас что? Оладушки? – В комнату вошли Роман и неизвестный Максиму парень с чемоданчиком, видимо, Серега криминалист.
Максим встал и поставил две дополнительные тарелки на стол. Вероника не шелохнулась, наморщила нос и уставилась куда-то в угол.
– Потапова, не дуйся, сейчас все в лучшем виде исполним, – криминалист набил себе полный рот, – оладушки вкусные. Наташка, ты пекла? Повезло Славке.
– Серега, ты работать пришел или оладьи есть? – Вероника совершенно не старалась выглядеть гостеприимной хозяйкой.
– Одно другому не мешает. Сытый мужик намного лучше голодного, у кого хочешь спроси. Никушка, не дуйся! Вчера Ромка палку немного перегнул, с кем не бывает. Мы же вчера только за стол сели, я только разливать начал, а тут Наташка позвонила, мол, срочно приезжай, у Потаповой ЧП. Ромка, не хлебнув, и поехал. Сама знаешь, насухо никогда хорошо не получается.
– Это только у Вас не получается, а у нормальных людей очень даже получается. Наташка, скажи! И вообще ты отпечатки снимать собираешься?
– Дядя Сережа, а ты нам дашь отпечатки пальцев снять, мы потом в школе хвастаться будем? – детвора явно была заинтригована.
Мурзику дела до отпечатков пальцев не было. Пока люди беседовали, он медленно-медленно, как будто невзначай, подвигался к кухонному столу, где стояла упаковка из-под сметаны. Когда Мурзик оказался достаточно близко от стола, он быстро на него запрыгнул, схватил коробочку и убежал.
– Потапова, – почесал за ухом криминалист Серега, – ты вообще представляешь, сколько в кабинете у Никиты Константиновича отпечатков? Я до завтра их снять не успею.
– В кабинете снимать не надо, – ответил за Веронику Максим, – надо снять хотя бы с дверцы распределительного щитка.
– Это еще зачем? – не только Сергей, все присутствующие вопросительно посмотрели на Максима.
– Очень просто, как Вы думаете, можно было сделать из выключателя электрический стул, работая под напряжением? Нет. Наверняка злоумышленник отключал электричество в кабинете, а потом опять включил. Вот на щитке его отпечатки и надо поискать.
– Ну ты, Максим, и голова, уважаю! – Сергей подошел и пожал молодому человеку руку. – Что же получается – это кто-то свой в дом залез? Во-первых, надо было знать, что Потапова в Москву подалась. Это, пожалуй, у нас в Потаповке все знали, а вот где в доме расположен щиток, конечно, предположить можно, но, чтобы все дело провернуть, не зная точно, что где находится – это долго и стремно.
– А как ты думаешь, чужой бы полез сразу к Никите Константиновичу в кабинет? Наверное, где-то еще бы наследил, нет, он направился прямиком в кабинет. Значит, искал что-то, к чему имел прямое отношение Никита Константинович. Это ежу ясно. Давай, Серега, доедай и начинай работать! – Вероника напомнила криминалисту о его обязанностях.
– Мне тоже на работу пора! – Наташа поднялась и ушла.
Дети остались с Вероникой. Никто этому не удивился. Максим понял, что для подруг это обычное дело.
– Потапова, – несмело спросил Роман, – ты вчера Зуева упоминала. Я в интернете посмотрел. Там есть олигарх Игорь Валерьевич Зуев, много чего про него написано. Ты что, его знаешь?
Вероника молча кивнула.
– Роман, у Вероники с олигархом прямая связь. Он обещал ее защищать и во всем помогать, – на всякий случай Максим решил нагнать страху на местную полицию.
15
Сергей действительно обнаружил свежие отпечатки на дверце распределительного щитка. Максим заметил, что Володя этому не слишком обрадовался. Позже он в окно видел, что Володя долго пытался кому-то дозвониться, но потерпел неудачу. Володя с чувством стукнул кулаком о стену, бросил смартфон и пошел в свой дом.
Максим не стал терять время и пошел чинить выключатель, а Вероника занялась приборкой в кабинете. Детей она выгнала на улицу упражняться в криминалистике. Сережа от души отсыпал им порошка и научил снимать отпечатки пальцев. Санек с Людочкой были в полном восторге и готовы были перепачкать весь дом.
Вчера в темноте Максим не разглядел обстановку кабинета, а сейчас с интересом осмотрелся по сторонам. Ему показалось, что он попал в девятнадцатый век. Вся мебель была старинной, сделанной на века. Большой письменный стол с фигурными ножками, книжные шкафы, кресла. Самое большое впечатление на Веселова произвели старинные часы с боем.
– Идут? – поинтересовался Максим.
– Если завести, – ответила Вероника, – если хочешь, заведи. – Она достала из письменного стола фигурный ключ, прямо произведение искусства.
Максим с некоторой опаской стал заводить часы – страшно сломать такую ценность.
– Не бойся, – подбодрила Максима Вероника, – я в детстве чего только с часами не вытворяла, а им хоть бы что. По-моему, часы швейцарские, сделаны хорошим мастером. Часам лет сто пятьдесят, а они идут себе и идут.
Еще одной достопримечательностью кабинета был большой портрет. Вероника пояснила, что это копия, а настоящий портрет висит в потаповском музее. На портрете в креслах, до сих пор стоящих в кабинете, сидели два благообразных мужчины в летах. По их внешнему виду сразу можно было сказать, что они принадлежали к зажиточной интеллектуальной части дореволюционного населения страны. На одном из мужчин была черная шапочка, такие раньше носили в академических кругах. Рядом с ним на маленьком столике стояла электрофорная машина, а рядом с другим мужчиной – чучело утки и гербарий.
– Вон тот в шапочке – твой предок. Скорее всего, прапрадед, надо по генеалогическому древу посмотреть. – Вероника подошла к Максиму. – Я тебе вечером все расскажу. Сейчас не хочу открывать сейф при ребятах.
– Слушай, а электрофорная машина сохранилась? – не надеясь на положительный ответ, спросил Максим.
– Конечно, сохранилась. На чердаке полно всего. Только там все в углу свалено. Надо разгребать.
У Максима зачесались руки. Как же он любил все эти сделанные своими руками физические приборы. В поездке в Потаповку наметились приятные моменты.
После обеда, видимо, по заведенному порядку, Вероника достала книжку и начала читать детям. Краем уха Максим слышал, что Вероника читала про приключения Тома Сойера. Том Сойер – это было что-то из другой, старой и прекрасной жизни. Максим решил потихонечку присоединиться к слушателям. Он спустился из своей комнаты и застал идиллическую картину: Санек с Людочкой заснули на диване, прикрытые красивым пледом. Рядом с детьми пристроился Мурзик. Вероника сидела за столом и заносила в компьютер воспоминания Максимова деда. Еще будучи в Москве, она настояла, чтобы Максим взял
