Сегодня длительная невозможность смены власти, чреватая кровавым переделом собственности и сфер влияния, привела к застою, депрессивным настроениям и продолжающемуся падению доверия населения, несмотря на высокие показатели одобрения по поводу внешней политики. «Выученная беспомощность» как нарушение мотивации в результате пережитой неподконтрольности ситуации, т.е. независимости результата от прилагаемых усилий («сколько ни старайся, все равно без толку»), сильнейшее расслоение общества привели к озлоблению (получается, что могут достичь благополучия далеко не все, а те, кто могут – добиваются всего благодаря связям, клановости, коррупции)51.
Российская ценностно-ментальная специфика сегодня ставит перед обществом ряд критически-важных вопросов. В числе ключевых проблем – имитационно-формальный характер политических партий и структур гражданского общества (отнюдь не выражающих реальные интересы широких слоёв населения), поражённость всех уровней власти коррупцией и имитацией работы, наличие явного противоречия между национальным управленческим менталитетом и преимущественно западными формами управления в реальном секторе экономики. При необходимости развития институтов демократии и гражданского общества, власть должна обладать реальной силой и даже жёсткостью, персональной харизматичностью и надцивилизационностью, считаться уважаемой и справедливой, то есть в российских условиях быть наделенной не только формальной, но и «сущностной» легитимностью – доверием и уважением народа. Власть, с одной стороны, должна соответствовать национальному менталитету, всей своей деятельностью и публичным имиджем демонстрируя желательные для народа стороны сильного и справедливого руководства. С другой стороны, с помощью активной рефлексивно-рациональной политики, согласования противоречивых интересов и воли к эффективным преобразованиям лидеры нации должны адаптировать к текущему моменту, придавать гибкость и даже, насколько возможно, корректировать имеющиеся ценностно-ментальные особенности и застойные имитационно-формальные процессы, обеспечивая решение проблем и поступательное развитие. Активное попеременно-ситуативное балансирование между ценностно-ментальными и социально-политическими особенностями является ключевым принципом эффективного развития в российских условиях.
Глава 4. Цивилизационные особенности российской правовой системы
Цивилизационная принадлежность государств и народов, формируя основополагающие ценности, нормы, культуру, институты и традиции, является детерминирующим фундаментом для социально-политических процессов и преобразований в различных сферах жизни общества. Цивилизационные приоритеты обладают инерционностью, консервативностью и устойчивостью, имеют гомеостатичный, глубинный, фундаментальный, детерминирующий характер. Наряду с разделением цивилизаций по религиозным традициям, возможна их классификация по признаку либеральной или же традиционной модели развития. По содержанию ценностей и норм, особенностям культуры, деятельности социальных институтов и господствующим традициям это принципиально различные способы организации общественной жизни. В основе либеральной модели – традиции западного и северного католического и протестантского христианства, в основе традиционной модели – устои восточных и южных религий – православного христианства, ислама, индуизма и буддизма.
Цивилизационные основы западной цивилизации можно усматривать в античной и христианской эпохах, в древнем Египте, Греции и Римской империи, Возрождении, Реформации и Просвещении. Представители данной «великой исторической цепи» во все исторические эпохи провозглашали превосходство над иными, «варварскими» культурами, вместе с идеей прогресса поставленное под сомнение в ходе мировых войн ХХ века. Каждая из исторических эпох внесла свой уникальный вклад в основы современного западного общества, его культуру (философия, литература, драматургия, театр, скульптура, живопись, спорт), политическое устройство (демократия, аристократия, олигархия, анархия, тирания, государственное управление), правовое устройство (романо-германская правовая система в Южной Европе и прецедентное, англо-саксонское право в Северной Европе, США и Канаде, вещные права, обязательственное право, семейно-правовые отношения, частная собственность, наследственное право, состязание равноправных сторон в суде, достоинство личности, иски, индивидуализм, личная ответственность).
Политико-правовым результатом западных цивилизационных влияний являются приоритет личности как субъекта и цели правовых отношений, легализм как монополия государственной власти на установление и преобразование права в сочетании с подчинением этому праву всех элементов общества, и интеллектуализм как постижение правового бытия, выявление единой сущности в разнообразии правовых явлений, абстрактный, понятийный и системный характер правового мышления, научные формы правовой аргументации. Цивилизационные предпосылки детерминируют общие для всей западной цивилизации правовые ценности и нормы, основы культуры, социальные институты и традиции, формирующие политические системы современных обществ52.
Отражая институциональные и ценностно-нормативные аспекты взаимодействия управляющих и управляемых, политическая система реализуется в политических режимах – приоритетах государственного управления, характере реальных прав и свобод граждан, степени реального соблюдения конституционных, гражданских, уголовных и иных норм, приоритете «права силы» по отношению к «силе права» или наоборот.
Исторически значительно более распространенным типом взаимодействия политической системы с правом является её господство над ним. Исключение составляют древние доклассовые демократии с нормативным приоритетом обычаев, ив значимой степени, современные западные общества (во всяком случае, до активизации массовых коммуникативных технологий во второй половине, и особенно, в конце ХХ в., данную позицию разделял, в частности, классик немецкой социологии Н. Луман). Механизм обретения независимости западным правом описывается следующим образом: возникающие сомнения по поводу способности позитивного права регулировать общественные отношения способствуют значительному росту его рефлексивности, способности к саморегуляции и доминированию во взаимодействии с политической системой53.
От степени самостоятельности права зависит форма политического контроля над вмешательством государства, элит, групп интересов в правовую сферу, степень ориентированности судебной практики на желательные с точки зрения частных интересов результаты, процессы и масштабы незаконной легитимации, и наконец, распределение престижных и непрестижных областей профессиональной специализации юристов (например, в тоталитарном обществе могут быть недостаточно востребованы гражданские специализации юристов, и только уголовные пользуются большим спросом). Указанные факторы вследствие целостности правовой системы оказывают значительное влияние друг на друга, благодаря чему их суммарный эффект часто бывает непредсказуем. Однако при превышении общей критической массы по нескольким параметрам происходит существенное изменение формы зависимости права от политической системы, и правовые нормы начинают подвергаться активной критике и пересмотру. Как следствие, изменяется вся совокупность правил, затрагивающих принятие новых правовых решений54.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
См.: Василенко И. А. Политическая глобалистика. М.: Логос, 2000, с. 37.
2
См.: Философский энциклопедический словарь. М.: ИНФРА-М, 1998, с. 507; Советский энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1983, с. 1467.
3
Хантингтон С. Столкновение цивилизаций // Полис, 1994, №1, с. 33.
4
Рашковский Е. Б., Хорос В. Г. Мировые цивилизации и современность // Восток – Запад – Россия. Сб. статей. М.: Прогресс-Традиция, 2002, с. 36—66.
5
Родачин В. М. Национальные интересы России и их защита в пограничном пространстве // Право и безопасность, 2003, №3—4, с. 61.
