Тем не менее им нужно какое-то убежище, надо где-то добывать пищу, желательно – не улиток и не коренья. Надо понять, есть ли вообще отсюда выход, или Эвиал станет их новым домом, а в Мельине на имперском престоле появится новый правитель.
Этими мыслями Император поделился с Эфраимом. Старый вампир несколько раз энергично кивнул.
– Высокий человек, у меня тут было… э-э-э… убежище. Неплохое для такого реликта, как я. Неподалёку от того, первого замка… место явно магическое, непростое. Там, мне кажется, надо и дорогу пробовать, и Зверя рассмотреть пытаться. Да и… э-э-э… высокородной госпоже, думается, интересно взглянуть будет.
Сеамни выразительно посмотрела на свои ногти со следами иголок под ними.
– Они думали, что моя боль приманит тебя, Гвин… Я боюсь, что они вернутся. Вернутся опять за мной, чтобы скормить своей твари. Зверю не так просто выбраться на поверхность и попировать вволю, перчатка отдала ему гораздо меньше сил, чем задумывали призраки… Но всё равно я не хочу в эту крепость! Там так… так… – Она прижалась лбом к стальному наплечнику Императора и тихонько заплакала.
– Тайде… моя Тайде… но что, если это единственная дорога домой? – Император обнял её, баюкая, словно ребёнка, которого у него никогда не было.
– Мой дом там, где ты. – Сеамни подняла на него глаза. Слёзы чертили блестящие дорожки вниз по запавшим щекам. – Всё остальное мне теперь безразлично. Если кто-то хочет что-то спасать – мне всё равно. Но покупать свою свободу ценой чужой крови всё равно не могу. Хватит, напроливались.
– Отрадно слышать, милостивая госпожа, отрадно слышать, – вежливо поклонился Дану вампир. – Беда Эвиала в том, что все пытались стать могущественными и сильными или по крайней мере отомстить своим врагам за его счёт. Он терпел, принимал всё это, принимал… а потом, наверное, ему надоело. Вот и развелись тут… неведомо какие. Честному Ночному Народу жизни совсем не стало.
– Хорошо, хорошо, – нетерпеливо сказал Император. – У нас, получается, тут два дела – Зверь и дорога домой. Зверя не одолеть без помощи магов этого мира и без их силы. Белая перчатка моя, боюсь, тут не поможет. Дорога домой – это, мне представляется, легче…
– Да, – кивнул вампир. – Говорю тебе, высокий человек, крепость в болотах, где мы впервые встретились, – место Силы. Там будет легче построить лестницу… или что-то ещё, подняться или же опуститься в твой собственный мир. Может, стоит подумать о том, чтобы привести помощь? Наверняка же в твоём мире тоже есть сильные чародеи. Быть может, они согласятся помочь? Пусть небескорыстно, но всё-таки – помочь? У нашего мира есть чем заплатить. А если все эти людские короли и правители не смогут столковаться – возьми меня с собой, высокий человек, позволь мне держать речь перед вашими магами, и, ручаюсь, я смогу их уговорить. Ночной Народ владеет немалыми богатствами, которые лежат под спудом. А если ещё и потрясти слегка богатеев-гномов – хватит выкупить не только Эвиал. Как тебе моя идея, высокий человек? Если Зверь встретит магию неэвиальского происхождения, построенную по иным правилам, – он не устоит. Во всяком случае, в это хочется верить. Хотя заранее предсказать, конечно, трудно. Ну а если дело выгорит, то не придётся прибегать к запретным источникам, когда выплата по займу вдесятеро превышает сам заём… Отчего ты так промрачнел, высокий человек, Гвин, как называет тебя твоя эльфка?
– Эфраим, – сумрачно сказал Император. – В моём мире мне пришлось вести с магами смертельную, истребительную войну. Я победил. Чародеи понесли тяжкие потери. Едва ли они испытывают ко мне сколько-нибудь тёплые чувства. Конечно, я могу приказать. Белая перчатка помогла мне выиграть ту войну, поможет и в этом… но не скрою, что помощь магов моего мира – последнее, на что я стал бы рассчитывать.
Эфраим помолчал, задумчиво шевеля тонкими бескровными губами.
– Это не беда, – неожиданно сказал он. – Это даже лучше. Мне будет проще найти слова. Я могу пообещать им… больше.
Император насторожился. Правитель обязан учитывать все возможности, даже самые маловероятные. Великие царства древности, как известно, гибли именно потому, что пренебрегали мелочами. Так в сказках главный злодей терпит поражение потому, что в нужный момент проявляет совершенно никчёмное милосердие, оставляя своего главного врага в живых или не уничтожая его при первой возможности.
– Что ты намерен им пообещать? – подозрительно спросил он вампира. Эфраим не колебался ни мгновения:
– Золото, вообще богатства, которые они смогут употребить на борьбу с узурпатором.
– То есть со мной? – прищурился Император.
– Разумеется! – энергично кивнул Эфраим.
– Гм, – сказал Император, поглаживая меч. – Говорят, что вас, вампиров да упырей, никакое оружие не берёт, кроме серебряного. Проверить лишний раз, что ли? А попытаешься удрать – сожгу. Ты меня ведь знаешь, Эфраим.
Вампир скрестил руки на груди, судя по всему, донельзя довольный собой.
– Вот видишь, высокий человек, ты уже поверил. Значит, поверят и они. А неужто не в твоих интересах, интересах правителя, убрать из империи смутьянов и заговорщиков? Если уж нельзя пресечь мятеж в зародыше – почему бы не спровадить оных мятежников куда подальше? Я стар, высокий человек, стар и циничен. Я не хочу умирать, видя, как мой Эвиал проваливается в пасть Зверю. И если ради этого надо пообещать кому-нибудь златые горы с текущими алмазными ручейками – я это сделаю. А соответствующие горы мы, как говорится, организуем. – Вампир усмехнулся.
– Очень у тебя гладко получается, сын ночи, – прошептала Тайде. – Я была в лапах у чародеев нашего мира и едва ушла живой. Если они на самом деле одолеют Зверя, у них появится соблазн прибрать к рукам столь неожиданную добычу. Я имею в виду – весь твой прекрасный мир, который ты собираешься спасать. И потом – если наши маги выполнят твою просьбу и ты на самом деле отвалишь им всё это золото – это неизбежно обернётся реками крови ужев моёммире, который я тоже пыталась защитить. Что же получается? Твой мир против моего?
– Я бы так не сказал, – прокашлялся вампир. Императору показалось, что Эфраим растерялся. – Реки крови – это всего лишь реки крови. В конце концов, Ночной Народ всегда может прийти тебе на помощь, высокий человек, правитель, Император. Думаю, мы в силах серьёзно изменить расклад.
– Почему же здесь, в Эвиале, вас преследуют, и тебе, старейшему и сильнейшему из всех вампиров, приходится отсиживаться в болотах, довольствуясь объедками с барского стола? – жёстко и в упор спросил Император. – Прости, Эфраим. Не хотел тебя обидеть. Но со Зверем мы или справимся сами, или… постараемся, чтобы справился кто-то другой, но отсюда, из Эвиала. Мой мир я к этому приплетать не позволю. Я несу ответственность…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
