Мне кажется, это переназначение отыграли назад потому, что преемником Чубайса в Госкомимуществе должен был стать П. Мостовой, а его не очень любили в правительстве, тем более, что по статусу его надо было бы тогда делать вице-премьером, чего Черномырдину очень не хотелось. Так что Чубайс дважды избежал неминуемого, казалось бы, заката своей политической карьеры.
В 1993 году мы с Анатолием Чубайсом довольно плотно сотрудничали в правительстве и старались, по возможности, поддерживать друг друга. Во всяком случае, я ни с кем в то время так часто дружески не общался, как с ним. Из всех знакомых молодых реформаторов он тогда вызывал у меня наибольшую симпатию своей целеустремленностью и твердостью, а также личными достоинствами. Не могу сказать того же об упомянутых выше других либералах.
Единственная проблема заключалась в том, что мне никогда до конца не нравилась его концепция приватизации, и я не раз ехидно у него интересовался, скоро ли в бюджет начнут поступать от нее деньги. В конечном итоге мои опасения относительно приватизации, к сожалению, оправдались.
Другая моя дежурная шутка в 1993 году заключалась в том, чтобы при встрече дружески похлопать его по плечу и сказать: "Ничего, скоро сделаем Госкомимущество отделом в Минфине, и дела у нас пойдут! Минфин существует двести лет, а вы – временное явление". Полагаю, в восторг от этой остроты он не приходил.
Мы неоднократно спорили с Чубайсом по конкретным вопросам приватизации, реформы и международной финансовой помощи России, причем, один раз -довольно горячо. Мы целый час ходили по лесу в Архангельском отнюдь не в прогулочном темпе и едва не ругались. Однако, с моей точки зрения, все обошлось без большого ущерба для наших взаимоотношений.
Я считал и считаю, что далеко не все люди, которых Чубайс привлек на работу, были достаточно профессиональны и стопроцентно пригодны для исполнения своих должностных обязанностей. Мне кажется, что у него явно не хватало квалифицированных кадров, и он не вполне знал, откуда их брать. Крупнейшая его ошибка -бывший председатель Госкомимущества А. Кох. Аналогичные ошибки он делает и сегодня в качестве руководителя нашей крупнейшей энергетической компании РАО "ЕЭС России", где его заместители обделывают свои делишки, прикрываясь его именем. Впрочем, как водится у крупных политиков и администраторов, их недостатки часто являются продолжением их достоинств.
В связи с этим следует признать, что Чубайс всегда защищал и настойчиво отстаивал членов своей команды, ввиду чего дух корпоративности в ней был весьма развит, что очень полезно для выживания в условиях постоянных политических интриг. Чубайс всегда смотрит на вещи стратегически и не поддается эмоциям. Такая черта характера крайне полезна в политической борьбе.
Твердость характера у него поразительная, хладнокровие и выдержка завидные. Я никогда не забуду, как заместитель премьера по сельскому хозяйству А. Заверюха вспылил на заседании правительства и оскорбил Чубайса, но тот сдержался и этим ничуть не уронил свой авторитет. Я бы ответил немедленно.
Особый вопрос – репутация. Я готов поручиться, что за период моей совместной работы с Анатолием Чубайсом он никогда лично не допускал каких-либо сомнительных (в моральном плане) действий, хотя некоторые из его сотрудников не могли похвастаться подобной безупречностью.
К сожалению, в последующие годы политическая гибкость Чубайса, санкционирование им очень сомнительных залоговых аукционов, слишком близкие контакты с некоторыми представителями деловой элиты (олигархами) нанесли гигантский ущерб его репутации. Он считает, что ради большого дела можно поступиться и некоторыми принципами. На мой взгляд, крайне неверная позиция.
Главная отрицательная черта характера Чубайса – бесконечная вера в собственную правоту. Но как известно, все люди ошибаются – однажды отсутствие самокритичности может сыграть с человеком злую шутку.
Однако не в последнюю очередь благодаря этой черте Чубайс умеет добиваться своего. Он вовремя смог заполучить должность руководителя РАО "ЕЭС", и тем самым обрел самостоятельную финансово-экономическую базу (хотя и недостаточно уделяет времени руководству компанией). Он сумел остаться и во власти – принимает активное участие во всех кремлевских интригах и сохраняет своих людей во многих ключевых министерствах. Вплоть до нынешнего времени (весны 2000 года) он играет заметную роль в политике и способен влиять на судьбу страны.
Борис Немцов – совсем другой человек. Если Чубайс сравнительно немногословен, сух и категоричен, этакий человек-машина, то Немцов веселый, разговорчивый бонвиван. Однако обоих, безусловно, сближает возраст, сходные идеалы, безудержная энергия.
В 1993 году я всего несколько раз сталкивался с Немцовым в правительстве, в Минфине и вне его стен. У меня сложилось о нем впечатление, как об очень энергичном и одновременно бесцеремонном человеке, способном выкинуть все что душе угодно. Хватает в нем и чрезмерной грубости. И вместе с тем от него со всей определенностью исходили столь редкие у нас в высших кругах позитивная энергия и желание действовать.
Были случаи, когда после двенадцати ночи он заявлялся ко мне на дачу в Архангельском с просьбой что-нибудь срочно завизировать. Несколько раз он приходил ко мне в Минфин и, благодаря своим пробивным качествам, легко проходил в любую дверь, добиваясь нужных ему подписей.
Запомнилось, как я поспорил с ним в июне 1993 года о курсе рубля к доллару – я считал, что он не изменится в течение лета. Поскольку все тогда привыкли к непрерывному падению курса рубля, то он категорически не мог в это поверить. В результате я выиграл у Немцова десять долларов (как выиграл и у многих других людей, решивших со мной поспорить). Впрочем, подобные пари у него выигрывать несложно – не так давно (в 1997 году) Немцов как-то предсказал повышение цены акций "Газпрома" в шесть раз, а они снизились на двадцать процентов…
К сожалению, по конкретным делам я с ним практически не сталкивался. Я побывал в Нижнем Новгороде уже после своей отставки и один раз ночевал у него на даче (свидетельствую – очень скромной). Там, в Нижнем, я понял, что он талантливый политик и отлично работает со средствами информации. Конечно, он действовал в качестве главы городской администрации достаточно энергично и продуктивно, но СМИ создали вокруг Немцова и его деятельности такой ореол, который порой помогал ему больше, чем реальные дела. Подобные вещи, как правило, и отличают успешного политика от неудачника.
В Немцове привлекает его открытость, общительность, энергия и даже его амбициозность. Таких людей во власти практически больше нет. Главное, чтобы его энергия была направлена в мирное русло, а амбиции не привели к потере связи с реальностью или к дурновкусию. Когда энергия бьет ключом, то может "занести". Явно не слишком продуманная акция с пересадкой всех чиновников на отечественные автомобили, например, нанесла существенный ущерб репутации Немцова. Хотя по существу он был, конечно, прав.
Я думаю, что самая большая политическая ошибка Бориса Немцова переезд в Москву на должность первого заместителя премьера Черномырдина, который его явно не любил. В Нижнем Новгороде Немцов обладал свободой действий и мог добиваться результатов. В Москве он попал в водоворот интриг и оказался связанным по рукам и ногам. Известно, насколько непостоянна любовь Бориса Ельцина, поэтому неудивительно, что его желание поддерживать Немцова быстро иссякло. Через полтора года работы в федеральном правительстве президентский рейтинг Немцова упал с 10% до 1%, Немцов стал прочно ассоциироваться с Чубайсом, а в августе 1998 года и вовсе выпал из исполнительной власти. Жаль. Возможно, сейчас, в 2000 году, у нас был бы хороший кандидат в президенты.
И еще одно важное соображение. Мне кажется, что немногочисленные молодые реформаторы, которых в 1990-х годах судьба счастливым образом вынесла на самый верх, допустили большую ошибку, что не смогли вовремя договориться между собой, заручиться взаимной поддержкой, стать единой командой. Анатолию Чубайсу лишь в 1999 году перед думскими выборами удалось собрать под свои знамена большинство реформаторов, когда наши реальные позиции в стране уже сильно ослабли. При этом он выглядел явным верховодом, что сделало коалицию политическим продолжением самого Чубайса, а не командой равных.
В результате нашей разобщенности огромный интеллектуальный потенциал в значительной степени бездарно растрачивался, а драгоценное время безвозвратно терялось. Индивидуализм молодых реформаторов не позволил стране сделать куда больший шаг вперед и довести смену поколений в политике до логического завершения.
Уже к середине 1997 года всем стало ясно, что новая волна (по отношению к периоду 1991-1993 гг.) реформаторских усилий правительства захлебывается, идет на спад, так и не сдвинув с места воз экономических проблем. Правительство никак не могло справиться с бюджетными затруднениями, жилищно-коммунальную реформу тормозило сопротивление губернаторов.
