Читаем без скачивания Любовницы по наследству - Вячеслав Школьный

— Вы желаете обучать Лесю? — спросил он неожиданно для меня чисто по-английски.

— Да, сер, — ответил я без раздумий, чем немного удивил его. — Думаю, мои услуги ей понадобятся. Они ей принесут очень большую пользу.

— Моя жена сказала вам, что нам нужен самый лучший специалист в вопросах лингвистики, не ниже уровня того, который был у Юрия Колесникова?

— Юрий сам направил меня к вам. Можете быть уверены, сер, — мы с ним — специалисты одного уровня.

Антонина Петровна из-за его спины смотрела с удивлением на нас обоих, видимо не полностью понимая наш английский диалог. Для обычного человека, имеющего не очень великие познания в искусстве перевода, некоторые произнесённые нами выражения были не совсем понятны.

Маклайн это заметил и сразу же перешел на русский.

— Ну что же, Андрей Николаевич, первое впечатление у меня о вас сложилось хорошее. Насколько я понял, — вы близкий друг Юрия, который был в курсе всех его дел. Я очень сожалею о том, что случилось с вашим другом. Но жизнь продолжается, и надо думать о будущем. Я бы очень хотел, чтобы его место занял достойный человек, с такими же великолепными способностями.

Жестом руки он пригласил меня в свой домашний кабинет. Его жена не стала нам мешать — она послушно осталась на кухне и в неподходящем для нее полностью молчаливом состоянии принялась мыть посуду.

Маленькая комнатка, в которую мы вошли, чем-то напомнила мне келию монаха. Кабинет богатого человека по моим представлениям выглядел совершенно не так. Скромная неказистая мебель, множество книг в шкафу и обклеенные однотонными обоями почти полностью чистые стены. Только компактный компьютер с принтером и монитором на маленьком, изящной формы столике из красного дерева невзначай напоминал о том, в каком именно веке мы находимся.

Маклайн, как я и предполагал, без всякого рода предисловий сразу начал брать быка за рога.

— Я хочу, чтобы наша девочка научилась свободно общаться по-английски как можно скорее, — сказал он, чинно усаживаясь в кресло и демонстративно закуривая сигару. — Не желаете?

— Спасибо, не курю. — Мне не оставалось ничего другого, как без приглашения плюхнуться на единственный, находящийся здесь твёрдый стул.

— Отлично, сам долгое время мечтаю бросить, но не получается. — Маклайн снял очки и обнажил два ряда своих белоснежных зубов в неестественной чисто буржуйской улыбке. — Антонина сказала вам, что через три месяца мы уезжаем ко мне на родину. Сейчас я занимаюсь оформлением документов на них с дочерью, поэтому времени у вас остаётся очень мало.

— Понимаю. — Моя голова самопроизвольно закивала в такт его словам. — Постараюсь за это время сделать всё от меня зависящее. — Может быть, мне приходить к вам и по субботам? Я вполне могу себе это позволить.

— Не стоит, — американец покачал сигарой перед своим лицом, — думаю, одного раза в неделю будет вполне достаточно. Леся уже неплохо владеет языком, осталось лишь закрепить те знания, которые дал ей ваш друг. Вы вообще то почти идеально говорите по-английски, — такого человека в вашей стране встретить довольно тяжело.

— Ну, не так уже и идеально. — Я скромно сжал плечи, став похожим самому себе на стреляного воробья. — Мой основной конёк — французский, английский я знаю куда слабее.

— Да что вы говорите? — Маклайн бережно положил недокуренную сигару поверх пепельницы и поднялся с кресла. — Мечтой всей моей жизни было выучить в совершенстве французский язык. Но, как-то знаете, времени на это всегда не хватало, поэтому, к моему большому стыду, я его знаю далеко не так хорошо, как русский.

— Может, если появится желание, я преподам вам несколько уроков? — не без гордости вымолвил я чисто по-французски.

— Отличная идея, — подыгрывая мне ломаным коверканьем слов, ответил Маклайн. — Только, боюсь, она нереальна. Слишком много у меня дел и слишком мало свободного времени. Думаете, если бы оно было, я бы нанимал для Леси репетитора? Неужели сам бы не смог её подучить?

— Ну, это уже, как хотите, — разочаровано развел руками я. — Как специалист, скажу вам, что вы говорите по-французски довольно неплохо, дикция, правда, оставляет желать лучшего, как и в русском, кстати, тоже.

— Знаю, знаю, — стыдливо ответил собеседник, снова переходя на русский, — Куда уж мне до вас? Признаю, что по вашему я многих слов и выражений не понимаю, а когда приходится читать документы на украинском языке — меня вообще бросает в дрожь, хочется оставить работу и спрятаться где-нибудь от стыда.

— Ну что ж, думаю, уже недолго осталось мучиться, — с иронией заявил я. — Хотя, чего вам стыдиться, вы же не профессиональный переводчик, а специалист по банковскому делу.

— Всё равно необходимо выглядеть грамотным деловым человеком по отношению к компаньонам. Хотя, отчасти вы правы — разве можно выучить все языки мира? Надоело за границей работать — очень хочется на родину. Там у меня есть небольшой особнячок на берегу озера Онтарио, вокруг него очень красиво. Приезжайте как-нибудь в гости, порыбачим. Документы на туристическую поездку я для вас оформлю, а с общением в нашей стране у вас проблем не должно быть.

— Заманчивое предложение, — улыбнулся я. — Но думаю, поездка подобного рода будет мне не по карману.

— Весь расход я беру на себя. — Не меняя серьёзной маски на лице, Маклайн после очередной затяжки затушил сигару о пепельницу. — Просто хочется показать кому-нибудь из небогатых людей Украины, как можно жить по-настоящему, по-человечески. Друг ваш был не против поехать со мной, но видите, как некрасиво всё для него обернулось.

— Я подумаю над всем этим. Не в последний ведь раз видимся. Ведь работать с Лесей, я так понял, вы мне разрешаете?

— Конечно, тут никаких противоречий и быть не может. — Лицо американца наконец-то озарилось хоть каким-то естественным проблеском света. — Нескольких минут беседы мне вполне хватило, чтобы определить уровень вашего профессионализма. Сегодня начинать уже поздно — приходите в следующий понедельник, девочка будет здесь. А сейчас извините, молодой человек, прошу вас меня оставить. Дела, как у вас говорят, не терпят отлагательства.

В его сопровождении я вышел из кабинета и тут же чуть ли не лоб в лоб столкнулся с Антониной Петровной.

— Ну что, договорились? — В её глазах нельзя было утаить огонька переживания за мою дальнейшую судьбу.

— Да, я согласен, — утвердительно кивнул Маклайн. — Этот человек нам подходит.

— Ну, вот и отлично! — радостно воскликнула его супруга. — Если он подходит тебе, то остальным тем более подойдёт. Сейчас же я обзвоню всех девчонок и предупрежу, что мы нашли замену нашему репетитору.

После последней фразы мне захотелось неистово засмеяться, но я сдержал себя от такого нелепого поступка, лишь молча закусил губу. Первый шаг был сделан удачно, и теперь оставалось только плыть по течению. Отступать значило спугнуть врага, а этого делать ни в коем случае было нельзя.

Записав мой адрес и телефон, Лесницкая провела меня до лестничной площадки, попрощалась и закрыла дверь. Только очутившись один на один с собой за порогом её квартиры, я понял, как сильно у меня болит голова от волнения.

ДЕНЬ ПЯТЫЙ

Мне никогда раньше не нравилось гулять в одиночестве по вечернему Киеву, особенно зимой, по холодной морозной погоде. Я относился к той категории людей, которые любили тёмное время суток проводить дома, на мягком диване, увлечённо читая книжку с картинками или уставившись открытыми глазами на говорящий ящик с экраном. Прогулки же на свежем воздухе мой организм предпочитал проводить с утра, когда в небо только-только поднималось солнце, и можно было отлично лицезреть под его, пускай не жаркими, но все же достаточно яркими лучами все, что находилось вокруг.

С сегодняшнего дня мне волей-неволей пришлось свой образ жизни несколько поменять. Сидеть с книжкой на диване теперь приходилось днём, несколько часов подряд тщательно подготавливаясь к очередному занятию, а с наступлением темноты, словно какому-то разбойнику с большой дороги, нужно было потеплее одеваться, брать с собой свой любимый дипломат и идти кто его знает куда, — в неизвестность, в толчею большого города, где только одному Богу ведомо, что тебя могло ожидать.

Следующий по списку адресат, которого мой покойный друг и коллега посещал каждый вторник, жил совершенно на другом конце города, на левом берегу Днепра. Мне пришлось довольно долго ехать на метро, потом ещё дольше идти пешком и старательно искать среди очередного многотысячного микрорайона именно тот дом, в котором обитала очередная Юркина пассия.

Как обычно, в тёмное время суток количество всезнающих старушек в поле зрения уменьшалось до минимума, точнее даже, почти до нуля, а молодёжь, которая в это время только-только неторопливо выбиралась из своих дневных убежищ, до последнего своего капилляра прокуренная травой и пропахшая вином, не в состоянии была ничего конкретного сказать. Все дома в их понимании были похожи один на один, — попробуй-ка, найди нужный номер.