– Гм-м. – Ей хотелось спать, а то, что она прислонилась к нему, как-то необычно успокаивало.
– Я думал над тем, что вы сказали мне сегодня днем, – сообщил он несколько минут спустя. Он говорил ей почти что на ухо, и хотя она могла ошибиться, ей показалось, что он слегка коснулся губами ее щеки.
– О моей печальной, но истинной истории, – прошептала она, зевнув.
– О том, как вы мучились с музыкальной паузой.
– А, да, цезура.
– Завтра я улетаю в Портленд, – коротко сказал Крис.
Девушка кивнула, чувствуя необъяснимую печаль, а потом уже удивляясь глубине этого чувства. Когда он будет далеко, они не будут то и дело натыкаться друг на друга. Не будут спорить, подтрунивать – или целоваться. Если Крис будет вдали, она не сможет думать о нем как о персонаже из легенды с подвенечным платьем тетушки Эммы.
– Ну… Надеюсь, вы благополучно долетите.
– Во вторник утром у меня совещание. Отменить его невозможно, но я смог изменить рейс.
– Вы изменили рейс? – Глед надеялась, что он не заметит, как она заволновалась.
– В аэропорту мне нужно быть только вечером.
– Когда именно? – Хотя для нее это не имело значения, ей все же хотелось знать. Нужно было знать.
– В восемь часов.
Гледис слишком изумилась и не смогла точно подсчитать разницу во времени, но знала, что в таком случае он прилетит в Портленд рано утром. Он будет очень утомлен. И не в самой лучшей форме, чтобы выступить с конструктивными предложениями на таком важном совещании.
– О чем я подумал сейчас, – продолжал Крис. – Мне приходилось бывать на Гавайях много раз, но ничего здесь не видел, кроме совещаний и деловых обедов. Никогда не ездил по островам.
– Очень жаль, – грустно промолвила Гледис и сказала это очень серьезно.
– И, – добавил он, – мне показалось, что осматривать достопримечательности одному не так уж интересно.
– А мне сегодня утром понравилось. – Это была довольно слабая попытка противоречить ему.
Его пальцы опять коснулись ее волос.
– Вы поедете со мной, Глед? – спросил он хрипловатым голосом. – Проведите со мной день. Давайте вместе откроем для себя Гавайи.
Глава 4
– Я не могу, – последовал немедленный ответ девушки. Она и так уже потеряла осторожность и бдительность, уютно устроившись в его объятиях. Так вот на сколько хватило ее решимости не иметь ничего общего с Кристофером Деппом, уныло раздумывала Гледис. Так вот как она обходит этого мужчину стороной.
– Почему же? – спросил тот с прямотой, какую она от него и ожидала.
– У меня… уже все запланировано, – запинаясь, произнесла она. Даже теперь она чувствовала, как слабеет ее решимость. Трудно отказать мужчине, когда находишься в его объятиях.
– Отмените свои планы.
Как самонадеянно с его стороны предполагать, подумала девушка, что она откажется от планов, потому что сей всемогущий бизнесмен желает уделить даме немного своего драгоценного времени.
– Боюсь, я не могу это сделать, – холодно ответила Глед, проявляя всю свою решимость. Плата за прокат машины входила в уплаченную ее общую сумму расходов, убеждала она себя, и она вовсе не собирается, чтобы эти деньги пропали впустую.
– Почему не сможете? – В голосе Кристофера прозвучало удивление.
Разве ты не хочешь провести с ним время? Этот вопрос возник в ее сознании, и Гледис хотелось громко закричать в ответ: НЕТ. Она боялась разочарований и неоправданных надежд. Было слишком заманчиво представить себя с ним, идущей рука об руку по залитому солнцем пляжу. Ведь именно на пляже он поцеловал ее в тот первый, единственный раз. Память упрямо цеплялась за это воспоминание.
– Гледис?
Услышав, каким ласковым стал его голос, она невольно подняла на него глаза. Они долго смотрели друг на друга, не отрываясь. Глед никогда не ожидала, что Крис может быть нежным, но теперь она убедилась в обратном, и это чуть совсем не погубило ее. Чувства девушки менялись, она поняла, что ее влечет к нему еще сильнее, чем прежде. Гледис вспомнила, как она впервые увидела Кристофера, как была убеждена, что ему чуждо все сентиментальное. Он казался таким неприступным. Теперь же, в это самое мгновение, он предстал пред ней совсем другим человеком.
– Вы дрожите, – спросил он с тревогой, взяв ее руку в свою. – В чем дело?
– Ни в чем, – пробормотала она смущенно, прерывисто дыша. – Я… немного устала, наверное. День был такой длинный.
– То же самое вы говорили и вчера вечером, когда я вас поцеловал. Помните? Вы начали вдруг говорить о каком-то платье, а потом напустили на себя такую чопорность…
– Мне кажется, вы преувеличиваете, – прошептала Гледис, отодвигаясь от него. Она выпрямилась и провела рукой по юбке, расправляя воображаемые складки.
– Вы уходите от ответа, Глед. Вас что-то беспокоит.
Ей хотелось, чтобы он не упоминал о платье, потому что нежданно-негаданно в памяти тут же всплыло подвенечное платье тетушки Эммы, висящее в ее номере в шкафу.
– Вы бы тоже задрожали, если бы знали то, что известно мне, – воскликнула она и тут же пожалела о сказанном.
– Вы чего-то боитесь?
Девушка уставилась в окно, потом ее нижняя губа дрогнула, когда она попыталась сдержать улыбку. Ведь он угадал, она действительно боялась этого глупого платья! Она не боялась влюбиться, просто не хотела, чтобы ее возлюбленным стал Крис.
– Для женщины, которая прихватывает с собой в отпуск подвенечное платье, вы не очень-то поощряете ухаживания.
– Это платье я с собой не привозила.
– Оно оказалось в комнате, когда вы приехали? Кто-то оставил его там?
– Нет, не так. Моя подруга Энни… м-м… любит пошутить. Она прислала мне его по почте.
– Мне никогда не приходило в голову, что вы, может быть, помолвлены, – медленно произнес он. – Вы помолвлены?
– Нет. – Но, видимо, это скоро случится, промелькнуло в голове, по крайней мере, так считает ее лучшая подруга.
– Кто такая Энни?
– Моя лучшая подруга, – объяснила Гледис, – или, по крайней мере, она ею была. – Потом, повинуясь порыву, с сильно бьющимся сердцем, решительно добавила: – Послушайте, Кристофер, я думаю, вы завидный жених, но я не могу в вас влюбиться. Просто не могу.
За этим заявлением последовало изумленное молчание.
Он удивленно поднял брови.
– Не забегаете ли вы, дорогая, вперед? Я пригласил вас осмотреть достопримечательности острова, а не стать матерью моих детей.
Боже, опять она выпалила что-то совершенно неразумное. Хуже того, ей не удалось заставить себя остановиться.
– Дело совсем в другом, – горячо сказала девушка. – Держу пари, детей вы даже и не любите. Нет, я просто не могу поехать с вами завтра. Пожалуйста, не просите меня… потому что так трудно сказать «нет». – Идиотская ситуация. Должно быть, это все вино, решила Глед – она говорит больше, чем следует.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
