Амьенский говорил об этом, словно это было для него – обыденность. Наверное, так оно и было.
– Ну а вы, миледи, поясните, что делали у главных ворот? – вопрос вывел женщину из раздумий.
Она опустила голову, собираясь с мыслями. Вряд ли Повелитель драконов поймет мотивы ее поступка. Джонатан бы не понял и высмеял, но лгать человеку, от которого зависела её судьба и судьбы ее подопечных, леди Скай не хотелось.
– Мне надо было их увидеть… попрощаться, – как она ни старалась, на последнем слове голос дрогнул.
К ее удивлению, рука, стискивающая плечо, разжалась. Герцог отступил в сторону, оставляя Анну наедине с ее чувствами. Она еще раз окинула ворота невидящим взглядом, отвернулась и зашептала слова молитвы.
Закончив, она осенила себя знаком Всеблагого и обернулась к герцогу. К удивлению, он повторил жест Анны и лишь потом взглянул на пленницу:
– Вы закончили?
– Да. Спасибо.
В ответ он склонил голову и протянул руку, предлагая опереться. Возможно, леди Скай должна была проигнорировать этот жест, отказать врагу и гордо удалиться, но Анна устала. Бой закончился. И головы, висящие над воротами, были доказательством этого.
Она вложила свою ладонь в ладонь Повелителя драконов. В отличие от большинства придворных, руки герцога были шершавыми от мозолей. Скорее всего, от рукояти меча – поговаривали, что Повелитель драконов в юности обучался у оружейника и прекрасно владеет любым оружием. Только что он разнимал дерущихся драконов. И этому человеку лорд Скай бросил вызов? Должно быть, Джонатан был не в себе!
Идя к замку, Анна украдкой бросала взгляды на своего спутника, невольно отмечая ту внутреннюю силу, которой веяло от мужчины. Слуги при виде него кланялись, а солдаты радостно приветствовали. Анна не могла вспомнить, чтобы кто-то так же приветствовал ее мужа. Лорда Ская уважали и боялись, стремясь лишний раз не попадаться на глаза.
Засмотревшись по сторонам, Анна шагнула в кровавое пятно и сразу же отшатнулась, нога скользнула по булыжнику.
– Осторожнее! – герцог молниеносно подхватил, удерживая от неминуемого падения.
Она ухватилась за его плечи, оказавшись лицом к лицу. От герцога пахло полынью и пеплом. Прядь светло-русых волос падала на лоб, скрывая шрам. А серые глаза напоминали грозовые облака.
Глядя в них, Анна вдруг почувствовала, что треволнения последних дней затухают в памяти, сглаживаются, а усталость уходит. Ей захотелось прислониться щекой к этому надежному плечу и доверить себя герцогу.
Ужасаясь собственным мыслям, Анна отшатнулась:
– Немедленно прекратите!
– Прекратить что? – герцог сильнее сжал пальцы, удерживая ее.
– Не стоит влиять на меня магией!
В ответ Раймон рассмеялся.
– С чего вы взяли? – весело воскликнул он, не обращая внимания на слуг.
Те делали вид, что заняты своими обязанностями, но явно с интересом прислушивались к диалогу. Заметив это, Анна прикусила губу. Как она могла настолько забыться, чтобы выяснять отношения в присутствии посторонних. К вечеру свежая сплетня, наверняка, облетит весь замок.
– Мне показалось, – она отвела взгляд. – Простите, милорд, я устала.
Герцог усмехнулся и медленно разжал объятия. Анна поспешно отступила, Раймон снова протянул руку, предлагая опереться.
– Я провожу вас, – произнес он тоном, не терпящим возражений.
Пришлось подчиниться.
Не доходя до дверей, ведущих в комнаты леди Скай, герцог остановился. Бросил пронзительный взгляд на стражников, при виде него вытянувшихся в струнку.
– Буду признателен, если вы ограничитесь прогулками во внутреннем дворе, миледи, – достаточно громко произнес он.
– Как вам будет угодно.
– И смените платье! – это было сказано гораздо тише, но непререкаемым тоном.
– Вы запрещаете мне носить траур? – вспыхнула Анна.
– Я запрещаю носить вам такие платья в замке, где полно солдат! – отчеканил герцог. – Их слишком много, чтобы я мог гарантировать вам безопасность!
– Не можете справиться со своими людьми?
– Я пообещал, что лично вздерну каждого, кто посмеет распустить руки, – спокойно сообщил герцог. – И сдержу слово, но, если вы будете пренебрегать моими приказами, смерть этих людей будет на вашей совести.
Анна дернулась, как от удара. Поразительно, как быстро герцог использовал ее слабость. Впрочем, она ведь сама открылась ему, когда просила разрешения помолиться за умерших вассалов.
Повелитель драконов все еще ждал ответа. Анна наклонила голову:
– Как вам будет угодно, ваша светлость.
– Миледи, – поклон был безупречен.
Раймон сделал знак, и стражник распахнул дверь перед знатной пленницей. С тяжелым сердцем Анна перешагнула порог и выдохнула, готовясь к тяжелому разговору.
Слуг в комнате не было. Об утреннем происшествии напоминали не убранная со стола посуда и легкий запах грозы, появлявшийся, когда заклинания развеивались.
Вайолет уже очнулась. Обхватив плечи руками, она сидела у окна, безжизненным взглядом смотря на безмятежно-голубое небо.
В углу все еще всхлипывала Уна, бледная Фелисити стояла посередине комнаты, по всей видимости, девушка кружила по ней, словно дикая кошка в клетке.
При виде госпожи она вскинула голову.
– Надеюсь, вы удовлетворены, миледи!
– Удовлетворена? Чем? – понимая, что чем быстрее она разберется со всем, тем будет лучше. Анна присела за стол.
– Своей прогулкой! – в темных глазах сверкала ярость. – Зачем вы туда пошли?! Хотелось встретиться со своим любовником?
– Что? – ахнула Анна.
Побледнев, она вскочила с возмущением смотря на девицу:
– Да как ты смеешь?!
– Смею! – она выкрикнула, сделав шаг вперед. – Что вы делали все это время, пока я приводила в чувство Вайолет и утешала Уну?!
– Молилась! – Анна точно выплюнула ответ.
– Молились? – недоверчиво переспросила Фелисити.
Было видно, что ответ госпожи привел ее в замешательство.
– Герцог сказал, что над воротами – головы тех, кто погиб в бою, – сухо пояснила леди Скай.
– А остальные? – в темных глазах девушки мелькнула надежда.
– Они в подземелье замка, – Анна вздохнула. – По всей видимости, их ожидает королевский суд…
Фелисити побледнела, прекрасно понимая, какая судьба уготована тем, кто предстанет перед судом. Его величество Георг был не из тех, кто прощает измену.
– Лучше бы все погибли в бою, – прошептала она.
– И тогда голов
