– Как вам угодно, сэр.
Она села, чинно сложив руки на коленях, прочистила горло и устремила на мужчин чистосердечный взгляд широко распахнутых глаз.
– Ну что ж, дело было так. Были мы с Юэном в Локерби, понимаете, и как-то вечером засел Юэн за карты, а тут…
– Что вы делали в Локерби? – бесцеремонно перебил ее Бэрк.
Нетрудно было догадаться, что эту сказочку она выучила наизусть. Он решил применить свою излюбленную тактику и сбить ее с наезженной колеи неожиданным градом вопросов.
– Как что? Я была с Юэном!
– Как вы оказались вместе с ним в Локерби?
– Да просто мы с ним перебирались с места на место, вот и оказались там!
– Откуда вы туда прибыли?
– Ой, мы с ним повсюду бывали! Были и в Эбингтоне и в Моффате…
– Откуда началось ваше совместное путешествие с Рэмзи?
Кэтрин сразу поняла, что с майором Бэрком надо держать ухо востро, и решила снабдить свою историю некоторыми правдивыми деталями.
– Из Эдинбурга, сэр.
– Ты родом из Эдинбурга?
– Я… прожила там несколько лет. Мамаша моя там живет.
Это было правдой.
– Ее имя?
Он обстреливал ее вопросами, как картечью. На мгновение Кэтрин растерялась. Не опасно ли назвать этому человеку имя ее матери? Нет, конечно, нет, сообразила она, ведь они так и так знают ее под чужой фамилией! Она назвала им девичью фамилию матери.
– Роза Леннокс.
– А как зовут твоего отца? – неумолимо продолжал Бэрк.
Полковник Денхольм откинулся в кресле, с живейшим интересом наблюдая за ходом допроса.
– Он… он умер, – голос девушки зазвучал глухо.
– Но имя-то у него есть?
– Я… Я…
– Да?
– Я не знаю, как его звали.
– Как же так?
– Мамаша… она сама не знает, сэр.
– Понятно, – кивнул Бэрк, поверив в искренность ее замешательства.
Кэтрин крепко сжала руки в кулаки и стиснула зубы. Обжигающе ледяная волна ненависти, вскипавшая у нее в груди, поразила даже ее саму своей невероятной силой. До чего же легко было рассказывать все эти чудовищные байки о ее обожаемых родителях полковнику Денхольму и как мучительно трудно повторить то же самое этому противному майору!
После недолгого молчания Бэрк вернулся к допросу.
– Как ты познакомилась с Рэмзи?
Денхольм, припомнила Кэтрин, такого вопроса не задавал. Ее неприязнь к высокомерному майору достигла апогея, и она решила сбить с него спесь, нанеся удар по его брезгливости.
– Мы с ним познакомились в таверне Мактавиша, что на Блэк Хорс-лейн. Дело было на заднем дворе, – пояснила девушка, устремив на Бэрка самый что ни на есть бесхитростный взгляд. – Он туда зашел справить нужду у стенки, ну а я как выдула у Мактавиша целую пинту ромового пунша, так и выскочила поблевать на помойку… Такая бурда, доложу я вам, ей там самое место.
Отметив, что его аристократическая бледность явно усугубилась от ее слов, Кэтрин откинулась на спинку стула, весьма довольная собой, и даже перекинула ногу на ногу, чтобы продемонстрировать щедро выглядывающие из-под драного подола точеные лодыжки.
– Вот и слюбились мы с ним прямо с той самой минуты, – продолжила она, смакуя свой рассказ. – Мой Юэн – такой красавчик, видать, его мамаше сам черт помогал, и такой ухажер знатный! Прямо с ног меня сбил!
– В этом я не сомневаюсь, – сухо заметил Бэрк, чувствуя, как в его душе зарождается неприязнь к этой женщине.
– Вот и стали мы парочкой. Славно повеселились, ничего не скажешь. Мой Юэн – игрок, каких поискать, и то не найдешь. На что хочешь готов пари держать, ну просто на что угодно! Бывало, проснется утром, посмотрит в окно и говорит: «Бьюсь об заклад, сегодня дождь пойдет. Что ставишь, Кэт, любовь моя?» А я ему: «Да ничего, сладкий мой. Какой тут дождь, когда на небе ни облачка!» А он мне: «Ну тогда на что спорим, что дождя не будет?» Вот-вот, на что угодно готов ставить, лишь бы поспорить. Бывало…
– Да-да, я уже понял, – нетерпеливо прервал ее Бэрк, – Юэн Рэмзи – человек азартный. А теперь растолкуйте нам, пожалуйста, где были его мозги, когда он спустил в карты такое редкостное сокровище, как вы, мисс Леннокс? Как это могло случиться?
Сарказм, прозвучавший в его голосе, задел Кэтрин за живое.
– Не повезло нам в тот вечер, майор Бэрк, что верно, то верно.
Она смахнула воображаемую слезу и жалостливо высморкалась в грязный носовой платочек, не обращая внимания на его насмешливо поднятую бровь.
– В Локерби удача изменила Юэну. Хотел он на пари угадать, который час, да вот не сумел. И бился-то всего на пару фартингов,[10] а все никак. В таверне «Зеленый Гусь» дело было, на Главной улице. Может, знаете?
– Боюсь, что нет.
– Все солдаты из местных полков туда ходят. Юэн, как всегда, с собой меня взял. «У тебя, – говорит, – счастье на хвосте».
– Несомненно, – улыбнулся Бэрк, решив, что она сама скорее всего не заметила двусмысленности в собственных словах.
– Вот тут и появился этот пол-полковник, правда, он не играл, а вроде как смотрел, но это только поначалу. Гляжу, он все на меня косится. Глазки поросячьи, рожа, вы уж извините, просто жуть! Меня аж до костей пробрало. Уж не знаю, что в нем такое было, да только не глянулся он мне, хоть убейте.
Теперь она говорила чистую правду. В ее памяти живо вспыхнули воспоминания о той роковой встрече, которую они с Оуэном Кэткартом и Юэном Макнабом так долго и тщательно готовили.
– Пол-полковник видел, что Юэну не везет, да и слепому ясно было, что мой дружок на мели. Весь вечер он просидел, не говоря ни слова, просто следил на игрой да на меня все поглядывал, облизывался, можно сказать, а потом вдруг и говорит Юэну: «Ты, – говорит, – шотландский дурень, дочиста все просадил, с голым задом остался, но одна, – говорит, – последняя ставка у тебя еще есть. Только у тебя небось кишка тонка играть по-крупному».
Заметив, как майор Бэрк прячет улыбку, вызванную ее нарочито неуклюжей попыткой изобразить басовитый английский говор подполковника Моля, Кэтрин ощутила легкую дрожь ликования.
– А мой Юэн, – продолжала она, – ох, и любит же он задирать англичан! Хлебом не корми! Спрашивает, вроде как в шутку: «И что ж это за ставка, ваше благородие?» Не-е-ет, вы про Юэна говорите что хотите, а только никого он не боится, никому спуску не даст. Да плевать он хотел на всю английскую армию, и никакой чертов пол-полковник ему не указ! Не во гнев будь сказано, сэр.
– Отлично, отлично. Что было дальше?
– «И что ж это за ставка такая, ваше благородие?» – говорит Юэн, – повторила она со смаком. – А пол-полковник ему в ответ: «Да вот эта вертихвостка, что торчит у тебя за спиной». Ну, тут Юэн рот разинул. «Да это ж, – говорит, – моя жена!» – «Жена?» – говорит пол-полковник, и давай хохотать. Тут, по правде говоря, сэр, все засмеялись, – со скорбным видом призналась Кэтрин. – Ну тут уж я сама осерчала, да и говорю этому наглецу, что не бывать такому, чтоб мой Юэн поставил меня на кон, а кто так думает, тот, говорю, болван и проклятый недоумок! А потом глянула я на Юэна, ну, думаю, вот он сейчас меня поддержит. – Ее голос зазвучал плаксиво. – А он… чтоб ему гореть в аду! Вижу, глаза-то у него блестят!
