доводы разума не помогают. Неужели?.. Вот почему Рэй ведет себя так подозрительно, все эти намеки, вызывавшие кучу вопросов.
Нет, нет, нет… Мы не можем быть истинной парой. Рэй ведь с другими девушками проводил ночи, а это значит, что испытывал к ним интерес. Но ведь и граф был со своей женой… Или я чего-то не знаю, или не понимаю…
Глава 17
Лариана
Появление Филлиуса с успокоительным настоем должно помочь мне не думать о Рэе, но не получается. Хочется во всем разобраться, а спросить не у кого. Вспоминаю, как встретила меня леди Маяна, тогда мне ее слова показались странными, а теперь я готова схватиться за голову. Она знает…
— Филлиус, Рэй и я — истинная пара? — перебиваю домовика, он уже минут двадцать рассказывает о своем первом проклятье, а я все пропустила.
Тетстен позволил ему находиться рядом со мной несколько часов в день, вот он и развлекает меня, пока моя магия благотворно влияет на его пострадавший организм. Мой вопрос застает его врасплох, он хотел бы сбежать, но я так требовательно вцепилась в него взглядом, что он не осмеливается уйти от вопроса. Тяжело вздохнув, выдает:
— Вам лучше обсудить этот вопрос с милордом… но я вижу, что вы уже обо всем догадались, — ждет, что я что-нибудь скажу. Нет, милок, давай признавайся, а то никакой помощи больше не получишь. — Вы истинная пара, я пытался возмутиться, когда маркиз вас при мне бесчувственную целовать начал, он мне сообщил, что вы его. В этом доме всем известно, что вы будущая герцогиня… — я прикрываю лицо руками, домовик, видя мое состояние, замолкает.
Как с этим выскочкой и зазнайкой я должна поладить? Получается, он все понял, решил, а меня забыл поставить в известность? Затеял какую-то игру по соблазнению? И я не пойму, чего во мне больше — злости или благодарности? Да, да, благодарности. Ведь он мог в своей высокомерной манере поставить меня перед фактом, всучить в руки какую-нибудь книжку о парности и ждать, что я упаду к его ногам, ведь противостоять чувствам невозможно. А Рэй пытается ухаживать, показать себя с другой стороны. Хотя он все равно тот еще высокомерный гад и зазнайка.
— Филлиус, как можно это проверить?
— О некоторых способах вам пусть лучше маркиз расскажет, — если бы он имел тело, наверняка покраснел бы, но я сделала это за него: несложно догадаться, что разговор идет о близости. Интересно, как это происходит между истинными парами? Если это так же приятно, как поцелуи… От одних мыслей щеки горят.
— Давай о тех способах, которые ты можешь озвучить.
— Ментальная связь. Иногда развивается полностью, можно слышать голос своей пары, но это редкое явление, чаще случается между парой, где есть маг-менталист. Но слышать… чувствовать эмоции могут почти все истинные пары.
— Спасибо, Филлиус, — искренне благодарю. Мне еще многое предстоит узнать, что-то я почерпну из дневника мамы, что-то узнаю сама, а пока хочу проверить, работает наша связь или нет. — Я могу попросить тебя молчать?
— Молчать?
— Ну… о том, что я догадалась о нашей с Рэем связи. Не хочу торопить события, — стараюсь объяснить так, чтобы он согласился быть моим невольным соучастником. Филлиус подозрительно на меня смотрит. Объяснять свое желание домовику не хочу, мне нравится, как Тетстен за мной ухаживает, он таким мягким и добрым никогда не был, поэтому легкой победы ему не видать.
— Что-то ты задумала, — машет головой, сверля подозрительным взглядом. — Не скажу, но ты долго его не мучай, — подмигивает мне, улыбаясь в пышные усы.
— Спасибо, — на моем лице тоже расползается улыбка.
Филлиус уходит только тогда, когда заканчивается отвар. Надеюсь, ему, как и Ферту, достаточно будет только моего присутствия рядом. Веки становятся тяжелыми, а ведь спать я совсем не хотела. Вот, значит, как — успокоили и усыпили. Ладно, пока окончательно не провалилась в дневной сон, попробую проверить нашу связь. Вспоминаю в мельчайших подробностях день, когда на нас с графом Стеркитом напал ликан, буквально возрождая… страх… ужас… учащенное сердцебиение, боль в солнечном сплетении, панику…
— Лариана! — требовательный стук в дверь. — Лариана, с тобой все в порядке?! — требовательный голос Рэя доказывает, что мы действительно истинная пара. Закрываю ладошками лицо и тяжело вздыхаю. Он моя судьба, это неизбежно. — Я вхожу! — кричит он и резко распахивает тяжелую дверь, она отлетает до стены. — Что с тобой, моя маленькая? — оказывается рядом.
— Кошмар, мне приснился кошмар, — нахожу объяснение, стараясь прогнать мысли о своей лжи, вдруг и это почувствует?
— Ты меня напугала, — притягивает к своей груди и целует в висок.
— У отвара Филлиуса есть снотворный эффект, — стараясь подавить зевок.
— Тогда ложись, тебе нужно поспать, — поправляет подушку за моей спиной. — Что это? — его вопрос заставляет обернуться, в руках он держит раскрытый мамин дневник…
Глава 18
Рэй
Замечаю, как испуганно округляются глаза Ларианы, когда у меня в руках оказывается тетрадь в кожаном переплете с интересным замком. Я изучал в одно время магические затворы, этому нужна капля крови владельца.
— Это дневник моей мамы, — в глазах Ларианы замечаю тревогу, застыла, не дышит.
— Я не читаю чужие дневники, — резче, чем стоило, но я ведь понимаю, что жизнь легкой у нее не была, просто задевает отношение своей пары — недоверие, сомнения, с этим сложно мириться. Хочется, чтобы смотрела со страстью, любовью, обожанием. Протягиваю ей дневник, стараясь сгладить резкий тон, улыбаюсь.
Хотелось бы мне знать, что в этом дневнике написано, почему в глазах моей истинной пары плескается страх? Да! Однозначно! Если бы я знал, что он несет для нее опасность, не спрашивая, забрал бы и изучил, но я уважаю ее границы и не стану лезть в личное. Дневник — память о маме, наверняка там есть сведения о прошлом ее семьи, и мне хотелось бы, чтобы Лариана поделилась сама, но настаивать не буду.
Лариана закрывает тетрадь, защелкивает замок, перехватываю ее кисть, переворачиваю ладонь и рассматриваю пальцы. На одном вижу свежий след от прокола.
— Я достану тебе тонкую иголку, — опускаю голову и целую, по ее телу проходит дрожь, прячу улыбку. Вот так, моя девочка, твоя чувственность просыпается.
Есть специальная жидкость, которая не позволяет сворачиваться крови, но предлагать Лариане ее не буду, разбавленной кровью может воспользоваться кто угодно. Если у моей девочки есть секреты, я буду их беречь даже от самого себя.
— Тебе нужно поспать, — кладу дневник под подушку, мне кажется, так ей будет спокойнее. — Не хочешь переодеться во что-нибудь
