– Я это хорошо знаю, Китти, – внезапно охрипнувшим голосом ответил Натан, пожирая ее глазами.
Оставшиеся до праздника дни, казалось, тянулись бесконечно. Но вот наступил долгожданный момент – Китти села в карету рядом с Натаном, чувствуя, что новый наряд произвел должное впечатление.
– Господи, до чего же ты прекрасна, Китти! – прошептал он, одной рукой обнимая ее за плечи, а другой подавая знак кучеру трогать. – Мне будут завидовать все кавалеры на балу!
Ей вдруг стало жарко, однако в ушах все еще стоял голос матери, подробно описывавшей реакцию семейства Коллинзов на инцидент в городе.
– Натан, а что сказали твои родители, когда узнали, что ты пригласил меня в гости после всего, что случилось в городе?
Девушка заметила, как на его лице появилось тревожное выражение, взгляд потемнел, а улыбка стала неестественной.
– Да, мы говорили об этом, Китти, и не могу не признаться, что поначалу они рассердились. Однако я рассказал им то, что узнал от свидетелей, и им пришлось изменить свое мнение. Мы все сожалеем о том, что случилось, отец устроил Люку изрядную выволочку.
– У меня такое чувство, что все вокруг шепчутся за моей спиной, – удрученно призналась Китти, чувствуя, как улетучилось куда-то ее радостное настроение. – Я вовсе не хотела, чтобы это случилось, но Люк развоевался не на шутку, и мне пришлось сделать то, что я сделала.
– Нисколько не сомневаюсь, – заверил Натан. – В последние дни все стали сами не свои. Бывает, кто-то что-то и скажет сгоряча, а потом жалеет. Не переживай из-за этого и постарайся повеселиться как следует, а мне позволь похвастаться тобой перед всеми.
– Нэнси тоже будет там? – с привычной прямотой спросила Китти.
– Боюсь, что да, – ответил Натан, вспоминая неприятный разговор с матерью. – Ты же знаешь, она моя кузина, а приветствовать мистера Эдвардса намерено все наше семейство. Но ты не беспокойся из-за Нэнси. Наши так называемые отношения всего лишь плод воображения моей матери – я никогда не позволю навязать себе что-то против моей воли. Полагаю, что теперь это стало очевидно для всех. Китти, я хочу быть твоим кавалером, не забывай!
Он придвинулся, взял в ладони ее лицо и коснулся губами ее губ. Полуобнаженная грудь Китти тесно прижалась к его сильной, мускулистой груди, и девушка почувствовала сквозь тонкую ткань, как Натан дрожит всем телом.
– Нет, лучше остановиться, не то я выставлю себя в идиотском свете, – грубовато признался Коллинз. Поначалу Китти было невдомек, что он имеет в виду, но уже в следующий миг ее взгляд невольно скользнул на нечто живое, пульсировавшее у него в паху под тонкими брюками.
– Ох… – только и вырвалось у девушки, смутившейся до глубины души этим зрелищем.
– Все в порядке, Китти, – засмеялся Натан, снова обнимая ее за плечи. – Я живой человек, а такая красавица, как ты, заставит любого мужчину сходить с ума от желания.
Китти растерянно прикусила губу, не зная, что сказать. Натан ласково, но решительно повернул ее лицо к себе:
– Не надо так смущаться. Ты ведь тоже испытываешь желание, правда? И по-моему, это случилось с нами давным-давно, задолго до того, как мы решились выразить свои чувства словами.
– Но я ни за что… – охнула она, но Натан торопливо перебил ее:
– Я знаю это и никогда не стал бы тебя уговаривать, но я собираюсь в ближайшее время просить твоей руки, Китти. Ты же знаешь, что я люблю тебя…
Нет, ничего такого Китти не знала, и когда его губы снова припали к ее губам, тонкая рука девушки скользнула в густые волосы Натана, чтобы привлечь его поближе. Если она и могла кого-то полюбить, то только его, а может быть, она уже и любит. Вон как бешено колотится ее сердце, омытое счастьем и радостью…
И тут же Китти с тревогой подумала о том, что она ответит на его предложение руки и сердца. Из-за этой пресловутой войны все как с ума посходили. Но ведь так или иначе – что еще могут предпринять два человека, которые любят друг друга?
Карета подскочила на колдобине, оттолкнув их друг от друга.
– Мы почти приехали, – заметил Натан, поправляя костюм и помявшиеся кружева на сорочке. Китти поправила локоны, собранные на затылке и спускавшиеся до обнаженных плеч. Она знала, что нет нужды щипать себя за щеки, чтобы они стали розовыми. Все ее существо полыхало, словно в огне, и наверняка часть его нежным румянцем окрасила ее лицо.
Уже был виден особняк. Какое великолепие! Какая идеальная симметрия высоких колонн и просторных террас! Самый красивый дом на свете.
Во дворе было уже полно гостей, и яркие цвета нарядных дамских туалетов подчеркивались строгими мужскими фраками. Девушка улыбнулась, услышав веселый визг резвившихся на лужайке детей. Прием обещал быть роскошным, и она трепетала от радостного предвкушения.
Там, где могучие дубы еще не до конца сбросили листву и давали кое-какую тень, были расставлены длинные столы под белоснежными скатертями. Костры для барбекю находились на достаточном расстоянии, чтобы гостям не досаждал дым от углей, над которыми жарились на вертелах сочные туши.
Чудесный аромат жареной свинины приятно щекотал ноздри, смешиваясь с восхитительным запахом соуса готовившегося в огромном котле. Черные слуги расторопно сновали вокруг столов, расставляя тарелки с аппетитно выглядевшим гарниром.
Карета не спеша катилась по широкой полукруглой подъездной аллее, заполненной до отказа экипажами и верховыми лошадьми. Кучер натянул вожжи прямо напротив парадного крыльца. Натан поспешил выскочить, чтобы помочь даме спуститься, и Китти в последний раз придирчиво осмотрела свой наряд, прежде чем выставить его на всеобщее обозрение. Она подтянула вверх корсаж, хотя все равно декольте оставалось на добрый дюйм ниже того, что позволяли себе обычно юные леди, и, если слишком наклониться, грозило соскользнуть вовсе. «Ну и что! – бесшабашно подумала она. – И без того все уже сплетничают по поводу той ужасной сцены в городе».
Натан протянул ей руки и подхватил за талию, так что на миг оказался достаточно близко, чтобы шепнуть на ухо:
– Господи, до чего ты прекрасна, Китти…
И снова ее окатила горячая волна, от которой все тело затрепетало в ожидании счастья. Однако это ощущение мигом угасло, стоило ступить на землю и обнаружить, что вся публика откровенно глазеет на нее, причем вовсе не с тем восхищением и завистью, которые она ожидала… Мужчины не скрывали своего любопытства, а женщины – враждебности. Кое-кто возбужденно перешептывался с соседями, не спуская с Китти глаз.
Задрав нос повыше, она подхватила юбки и под руку с Натаном поднялась на крыльцо. Нет, она не позволит испортить себе настроение. Этот день принадлежит им с Натаном – и ничто не помешает ей быть счастливой!
