— Вы уверены, что ваше предложение серьезно?
— Как никогда.
Тамсин снова повернулась к нему лицом и глубоко вдохнула, словно готовясь принять решение.
— Вы сказали, что, если я соглашусь стать вашей компаньонкой, у меня будут определенные преимущества, — произнесла она деловым тоном. — Что вы имели в виду?
Ее неожиданный вопрос вызвал у него разочарование, но он сказал себе, что ему проще иметь с ней дело сейчас, чем когда она трепещет в его объятиях.
— Я думал о вашей работе в архиве и пришел к выводу, что вам будет проще ее выполнять, если я найму для вас помощников. Так вы сможете произвести оценку всех документов, прежде чем они придут в негодность.
Блеск в ее глазах сказал ему, что ему удалось наконец пробудить ее интерес. Его немного задело то, что какие-то старые бумаги для нее важнее, чем он.
— Ваше предложение действительно только в том случае, если я соглашусь стать вашей компаньонкой? — спросила Тамсин. — Это похоже на шантаж.
Аларик пожал плечами. Его взгляд упал на ее губы, и он вспомнил, как она восторженно застонала во время их поцелуя.
— Мое предложение также означает, что вы будете меньше времени проводить на работе. Я собираюсь взять двух квалифицированных сотрудников на полный рабочий день.
Ее лицо просветлело.
— Возможно, вы захотите пойти со мной на открытие нового крыла национального музея. Там в запасниках есть экспонаты, которые могут вас заинтересовать. Например, тексты проповедей с цветными рисунками. Эти сокровища никогда не вывозились за пределы Рувингии, так что иностранные эксперты их еще не видели.
Ее глаза загорелись, как будто он только что подарил ей бриллиант.
— Я буду лишь время от времени отрываться от своей работы для выполнения обязанностей компаньонки?
Аларик стиснул зубы. Женщины соперничали друг с другом за крупицы его внимания. Ему никогда не требовалось их уговаривать.
— Совершенно верно.
Все же она по-прежнему медлила.
— Ваше предложение ограничивается только нашим совместным времяпровождением и появлением в обществе?
Аларик отрывисто кивнул.
— В таком случае… — Сделав паузу, Тамсин облизала высохшие губы, и в паху у него все напряглось. — В таком случае я его принимаю. Но при одном условии.
— Да? — Он с трудом оторвал взгляд от ее рта.
Она посмотрела на него с ледяным бесстрастием:
— Больше никаких поцелуев и тому подобных вещей.
Ее слова задели его мужскую гордость, но он почтительно кивнул:
— Даю слово, что не стану вас целовать, если только вы сами меня об этом не попросите.
Она притворяется, будто ей неприятны его прикосновения?
Скоро она будет стоя на коленях умолять его, чтобы он ее поцеловал!
Глава 5
Спустя четыре дня Тамсин стояла на террасе отеля на элитном горнолыжном курорте, закутанная в длинную шубу, которую ей принесли в номер незадолго до того, как она спустилась сюда.
Поначалу она хотела отослать ее назад. Аларик и так уже выделил ей достаточно средств на одежду, и ей было неловко принимать от него такой дорогой подарок. Но, прочитав его записку, в которой говорилось, что он одолжил ей шубу своей покойной матери, чтобы она не замерзла сегодня вечером, она не стала возражать.
Тот факт, что он доверил ей дорогую вещь, принадлежавшую ее матери, доставил ей удовольствие. Он позаботился о ее комфорте и о том, чтобы она не выглядела неуместно среди шикарно одетых гостей.
Тамсин посмотрела на красивых людей, окружающих ее. Лица некоторых из них были ей знакомы по выпускам теленовостей. Гости пили в больших количествах марочное шампанское. Блеск бриллиантов на женщинах ослеплял.
Она провела рукой по мягкому меху. Сейчас не имеет значения, что под элегантной шубой у нее платье из сетевого магазина, а на ногах простые туфли-лодочки, которые ни одна из присутствующих здесь утонченных красоток не надела бы.
— А вот и они! — воскликнул кто-то.
Тамсин посмотрела на темный силуэт горы и заметила там цветные вспышки и какое-то движение. У нее засосало под ложечкой. Разумеется, это от голода, а вовсе не из-за того, что Аларик скоро присоединится к ней.
Из-за облаков вышла луна и осветила впечатляющие очертания одного из самых известных европейских пиков. По склону горы спускалась змейка из маленьких цветных пятнышек.
Тамсин не могла отвести взгляд от этого зрелища. Она никогда раньше не видела ничего подобного. Собравшиеся восхищенно перешептывались на разных языках. Она обнаружила, что улыбается.
По ее спине пробежала дрожь, когда она услышала хор чистых голосов. Группа людей в национальных рувингских костюмах пела на площадке рядом с отелем.
— Они спустились по склону без палок? — удивилась она.
— Это традиция, — ответила ей женщина в вишневом лыжном комбинезоне, стоящая рядом с ней. — Разве вы не знали?
Тамсин покачала головой. Взгляд ее был прикован к вожаку группы. Ее колени слегка задрожали, когда он остановился и она увидела его красивое гордое лицо. Он протянул корзину молодой блондинке, которая сделала реверанс и покраснела. Вслед за ним каждый из лыжников отдал свою корзину и получил взамен бокал.
— Подогретое вино с пряностями, — пояснила женщина.
Аларик снял лыжи и направился в толпу. Он продвигался медленно, так как женщины подходили к нему, чтобы получить от него крупицу внимания.
Неудивительно, что он пользуется репутацией дамского угодника!
Одни женщины улыбались ему, другие приветствовали его, третьи пытались до него дотронуться. Когда его поцеловала в щеку рыжеволосая красавица, внутри у Тамсин все перевернулось. Она снова почувствовала себя не в своей тарелке. Зачем она здесь? Какая из нее, к черту, компаньонка для принца? Все это не что иное, как фарс.
— Ваше высочество. — Женщина рядом с ней сделала реверанс, затем Тамсин уставилась в глаза цвета ночного неба и забыла о ее существовании. Черные волосы Аларика были взъерошены, губы изогнулись в улыбке, от которой по ее телу пробежала волна желания.
— Тамсин. — Он протянул ей серебряный бокал. Она заметила причудливый узор на нем, затем ее ноздри защекотал пряный аромат вина. В следующую секунду ее губы приоткрылись, и она сделала глоток. Напиток приятно обжег горло.
После этого Аларик убрал руку с бокалом, повернул его и сделал глоток, касаясь губами того места, к которому только что прижимались ее губы.
Тамсин прочитала в его глазах желание, и ее бросило в жар. Тогда она сказала себе, что это всего лишь игра на публику.
Однако какая-то ее частичка хотела, чтобы все это было по-настоящему. Должно быть, она сошла с ума.
