связь!
В эфире шли переговоры:
─ Наблюдатели «Один» и «Два», подтвердите падение «Сирены Крита» и «Титана Атланта».
─ Невозможно подтвердить. Множество помех в зоне. Визуального контакта нет. Плотная дымовая завеса.
─ «Аметист», это база! Транспорт «Ланнер» и конвой направлены для эвакуации.
─ База, это «Аметист»! Подтверждаем падение «Сирены». С нашей позиции видно. Вертолёт прорубил здание и засыпан обломками.
─ Можете добраться?
─ Никак нет.
Связь заскрипела, теряясь на концах оборванных проводов потрёпанной машины:
─ База, это «Титан Атлант». Мы можем добраться до «Сирены».
Сергей вёл вертолёт над языками пламени. Стекло накрыла чёрная копоть и сетка трещин, но индикаторная система ещё работала. Панорама местности отображалась. Дисплей тепловизора показывал пятна жизни в завале над «Сиреной», там, где светлая обшивка вертолёта проглядывала сквозь камни.
─ «Атлант», это «Аметист»! – вышел на связь командир штурмового батальона. ─ Если расчистишь путь, нам пройти до точки падения всего триста метров, сможем вытащить экипаж «Сирены».
─ Обозначьте нам цели, ─ сказал Тормаев.
─ Есть обозначить цели.
На карте города вспыхнули точки маячков, выстрелянных снайперами на здания с огневыми позициями.
─ Есть цели, ─ подтвердил Женя.
─ Уничтожить, ─ коротко приказал Сергей.
Мелькнули вспышки, ушедших в пелену дыма снарядов, и она осветилась заревом взрывов. Последние стены рухнули под дождём искр рвущихся электромагнитных сетей.
─ База, это «Титан», мы идём за «Сиреной», ─ сказал Тормаев.
Но последовал отказ:
─ «Титан Атлант», это база, возвращайтесь.
Вертолёт трясло, мощность двигателей стремительно падала, а по ногам Сергея текла кровь. Разрез раны не выдержал. Даже под тугой повязкой чувствовалось, что спаянные медицинским лазером края, просто лопаются. Возразить было нечего. Он полетел прочь из дыма.
В рассеивающейся пелене появилось очертание транспортного вертолёта и прикрывающего его конвоя.
─ «Атлант», это «Ланнер», хорошая работа! ─ раздалось в кабине у Тормаева и Маурина.
─ Привезите «Сирену» домой, ─ ответил Сергей.
─ Вас понял, привезём.
* * *
Вертолёт дотянул до площадки аэродрома с трудом, по дороге просто распадаясь на детали, но они всё-таки сели. Бригада медиков встречала на месте. Сергей буквально выполз из кабины. Младший лейтенант Юный, который час назад ругал его за перевязку, разорался матом, чего от него никто не ожидал.
─ Нет, вы издеваетесь? ─ спросил он уже в медицинской палатке, накачивая своего раненого лекарствами.
Тормаев белел на глазах от потери крови.
─ Я вас не допускал к службе! Вы ещё минимум неделю не должны быть допущены до полётов! Лейтенант, вы слышите? Лейтенант, чёрт!..
Медик успел подхватить Сергея, прежде чем он получил бы ещё шишку на голове, и уложил на постель.
В палатку ворвался майор Севский:
─ Где он? Тормаев!
─ Он без сознания, ─ Юный ставил Сергею капельницу. ─ Большая потеря крови.
─ Ты уж постарайся, сынок, ─ майор с гордостью посмотрел на своего пилота. ─ Этому парню полагается медаль за спасение людей! К вечеру, чтобы был как новенький, понял?
─ Так точно, ─ отрапортовал Юный.
Севский вышел, а медик покачал головой:
─ Я вам Бог что ли?
Но Сергей всё же пришёл в себя к вечеру. Сразу посмотрел на часы, начал вставать. Юный, уже один раз поддавшийся на слова «да я в порядке», пригрозил привязать раненного к кровати.
─ Лежать, ─ грозно приказал он.
─ Я хотел узнать как там «Сирена», ─ усмехнулся Тормаев.
─ У меня можете спросить, ─ ответил медик. ─ Куда, по-вашему, привезли экипаж? Она в порядке, ушла два часа назад на торжество в честь взятия Сарагосы.
─ Город взят?
─ Да, почти сразу после вашего геройства. Без протуберанцев оборона серьёзного сопротивления не оказала.
Сергей вернулся головой на подушку и закрыл глаза:
─ Тогда можно спать.
Юный выждал полчаса, наблюдая за ровным ритмом его сердца на мониторе, потом подошёл:
─ Вас тоже хотели видеть. Я предупредил, что пока вы не проснётесь, ничем не могу помочь.
Тормаев тяжело вздохнул:
─ И кто хотел?
─ Все. Майор Севский в первую очередь.
Юный выждал паузу, пока его пациент собирался с мыслями, и потом добавил:
─ У вас хорошая переносимость биостимуляторов. Если хотите пойти, я вас поставлю на ноги за час. Ненадолго, правда.
Сергей не испытывал ни малейшего желания куда-либо идти, но любые слова заместителя командира полка можно было смело расценивать как приказ и он кивнул младшему лейтенанту:
─ Давай.
Юный накачал своего раненого под завязку полным коктейлем лекарств, и всего в перевязке отправил в штабную палатку. Сергей долго курил возле неё, не испытывая желания заходить. Через приоткрытый полог двери слышался смех, радостные тосты, шлепки пластиковых стаканчиков. Всё то, чего он больше всего не хотел ─ благодарные слова за гибель города, за смерть тысяч людей.
В памяти очень глубоко, словно воспоминание о прошлой жизни жил звук стеклянных бокалов и аромат белого вина, позволенного на скромном, но единственном в жизни бале…
Тормаев вздрогнул, выбросил сигарету и, ни секунды больше не позволив этих мыслей, шагнул внутрь.
Народу было много. Все свободные от дежурства. От заместителя командира полка Севского до сержантов техников. Маурин, увидев Сергея, покачал головой:
─ Ты что под наркотиками?
Тот утвердительно кивнул.
─ Тормаев! ─ командир «Ланнера» радостно приветствовал лейтенанта. ─ Как чувствуете себя?
─ Чувствую, ─ кивнул Сергей.
─ А настроение?
─ Боевое.
─ Рад за вас. Хотел поблагодарить за работу.
─ Принято.
─ О, наш герой…
Лейтенанта заметили, и аплодисменты накрыли штабную палатку. Майор особого отдела Холин бил рукой об руку громче всех. Будто имел хоть какое-то отношение к победе в этом сражении. Как и во всех остальных. Его единственной работой было пить кровь. И кого высасывать досуха ему было всё равно.
─ Серёж, сынок, как ты? ─ Холин полез обниматься: ─ Ты молодец! Даже не представляешь, что ты сделал!
─ Спасибо, товарищ майор, ─ выдавил Тормаев.
Холин демонстративно присосался поцелуем к его щеке, оставив мокрый след. Сергей сразу вытер его рукавом.
─ Вот таких ребят нужно растить! Севский, давай тост за нашего героя! ─ говорил майор.
Севский как раз обнимал лейтенанта Лулину. Она посмотрела на Сергея, подмигнула ему, подняла стаканчик повыше. Тормаев кивнул.
Майор Севский с гордостью произнёс:
─ За храбрых парней, таких, как лейтенант Тормаев. Благодарю за спасённые жизни!
Штабная вечеринка продолжилась своим ходом. Сергей попытался спрятаться где-нибудь в углу, но его окружили пилоты с расспросами о полете на низкой высоте через узкие улицы. При этом Холин повис на плече едва ли не с признаниями в любви. Руку держал на талии парня, вообще не стесняясь.
Сергей очень хотел, чтобы майор опустил ладонь пониже и
