сжал покрепче. Тогда у него появился бы повод разбить Холину лицо прямо сейчас. Но нет, майор лез обниматься только с верхней частью тела, пел дифирамбы, сильно раздражал и не более. Но его внезапно вызвал посыльный, и он куда-то исчез.
Помучившись ещё с полчаса, Тормаев незаметно покинул праздник. Маурин с пониманием прикрыл его выход из палатки своей спиной.
* * *
Прохладный воздух ночи придал Сергею немного сил. Истрёпанное тело, накачанное биостимуляторами, требовало немедленного, полноценного отдыха. Надо было вернуться в постель и просто выспаться. Так что он направился в сторону своей палатки.
Проходя мимо жилища особиста, заметил охрану. От этого места всегда несло кровью, но сейчас особенно. Совсем свежий горячий запах щекотал нос. Пока Тормаев мешкал, появился Юный. Шёл, подбрасывая в ладони флэш-карту.
─ Что там? ─ спросил его Сергей, показав кивком на палатку.
─ Обычное дело, ─ мрачно ответил медик. ─ Поймали группу разведчиков, допрашивают.
─ Когда?
─ Часов шесть назад. Холин сразу начал, потом просто оторвался от любимого дела, чтобы покрасоваться перед начальством.
Юный посмотрел в сторону палаточной камеры пыток:
─ Но его помощники не прерывались.
Он, наконец, набрался смелости озвучить просьбу:
─ Тормаев, я понимаю, что просить вас об одолжении сейчас просто верх непорядочности, но у нас в медчасти роутер накрылся. Сеть не работает. Пока там парни разбираются, мне надо срочно отчитаться. А я, когда в прошлый раз туда зашёл… – лейтенант кивнул на палатку: ─ я ещё неделю есть не мог. А вы человек привыкший. Может, отнесёте?
Юный протянул Сергею флэш-карту.
─ И это мне медик говорит, ─ покачал головой Тормаев. ─ Ты же каждый день в крови.
─ В крови людей, которых я спасаю, ─ мрачно произнёс Юный. ─ В этом принципиальная разница.
Дверь палатки вдруг открылась. Лейтенанты Панин и Брусов выволокли на улицу человека. Голого. В крови с головы до пят. Панин приставил пистолет к его затылку и выстрелил. Глушитель спрятал звук, но фонтан крови от крупного калибра вынес пол головы, забрызгав всё вокруг на пару метров.
─ Лёлик, ты чего?! В сердце уже не можешь?! ─ разорался Брусов, оглядывая свою форму, покрытую кровавой сеткой.
─ Хорош орать, ─ усмехнулся Панин. ─ Пошли, самое сладкое осталось. Кусочек на память отрежем?
Солдаты упаковали тело в чёрный мешок, отнесли к яме, вырытой прямо в двух метрах от палатки, и сбросили. И всего этого будто бы не произошло…
Из открытой двери донёсся довольный голос Холина:
─ Ну что? Память так и чиста?
Он говорил с ещё одним пленником. Было видно скорченную фигуру на полу палатки. Майор пнул человека под рёбра. Но Панин и Брусов уже заходили, и звук глухого стона пленника перерезался молнией двери.
─ Тормаев, ─ с отчаянием произнёс Юный.
─ Чёрт с тобой, ─ выругался Сергей. ─ Иди отсюда.
Он взял из руки Юного флэш-карту и пошёл к палатке. Медик, бормоча слова благодарности, помчался к себе, а дверь открылась на звонок, выпуская раскрасневшееся лицо Панина. За ним было видно сидящего в кресле Холина и Брусова, который бил ногами лежащую на полу полуголую женщину. Теперь, находясь ближе, Сергей увидел, что последний пойманный разведчик ─ женщина.
─ Для майора, ─ Тормаев протянул лейтенанту флэшкарту.
─ Заходи! ─ Панин изобразил приглашающий жест.
Сергей собрался бросить флэшку на порог, развернуться и уйти, но его увидел Холин:
─ Тормаев! Зайди!
Прямой приказ. Делать нечего. Сергей зашёл.
─ Что у тебя? ─ спросил майор.
─ Отчёты медиков, ─ ответил Тормаев.
─ Кинь на стол. Выпьешь?
─ Нет, спасибо.
Особист внимательно посмотрел на молодого офицера. Тот спокойно выдержал взгляд.
─ А я выпью, ─ засмеялся Холин. ─ У меня работа тяжёлая. Ты, кстати, как сам? Как там твои сквозные ранения? Заживают?
Он подошёл к столику, на котором стояла початая бутылка, смахнул салфеткой капли крови, пару зубов, в шутку возмутился:
─ Грязь какая. Брусов, убрался бы. Чего как в свинарнике?
─ Заживают, ─ ответил Сергей на вопрос майора.
─ Тебе, говорят, всегда везёт, ─ Холин оглядел его с улыбкой. ─ Два осколка ─ в бедренную артерию и в печень, а ты живой.
─ Везёт, ─ произнёс Тормаев, ─ когда медицинский лазер рядом.
─ Нет, сынок, ─ Холин покачал головой, ─ просто ты у нас хороший парень.
Сергей не хотел смотреть на скорченную фигуру на полу, но помимо его воли взгляд устремился к ней. Женщина лежала вниз лицом, короткие волосы слиплись от крови и грязи.
─ Вот ведь, Тормаев, ─ пожаловался майор, заметив взгляд лейтенанта, ─ теперь в разведку бабы ходят и все, главное, красавицы. Где их только берут? Не знаешь?
Он всё-таки протянул старшему лейтенанту стакан с водкой:
─ Ну, давай, просто согрейся.
─ Мне надо идти, ─ выдавил из себя Сергей.
─ Куда? ─ удивился особист. ─ В Багдаде всё спокойно. Что ты неугомонный какой, сынок?
На последнем слове Тормаев сглотнул горечь во рту.
─ Смотри, какая компания у нас, ─ засмеялся Холин, ─ красивая женщина, поломали мы её конечно маленько, но не будем придираться.
Майор шагнул к пленнице, пинком перевернул её на спину и, поставив ногу на грудь, прижал её к креслу. Свет упал на разбитое лицо молодой девушки. И Холин, заметив, что лейтенант Тормаев, не отрывая глаз, смотрит на неё, усмехнулся:
─ Сынок, ты чего? Давно голых девок не видал? Хотя разве это девка? Вот Лулина ─ девка, а это…
Сергей почти не слышал его. Части сознания вдруг разделились, потеряв связь между собой. Одна кричала, что он должен скрыть весь ужас, который в одно мгновение слил сердце и душу в единый ледяной ком, а вторая и была тем самым ужасом. Потому что, несмотря на сильно похудевшее, постаревшее, измождённое и разбитое военными бутсами лицо женщины, он всё равно узнал… Валю!
─ Что, Тормаев, в твоём вкусе? ─ Холин поднял худую девушку за горло, как тряпичную куклу. ─ Возьмёшь на разок? Могу отдать.
Сергей сглотнув, покачал головой:
─ Нет.
─ Нет, так нет, ─ усмехнулся майор.
Валентина крепко сжимала разбитые губы, и Холин, поглядев на её лицо, бросил её на пол. Сплюнул на неё:
─ Пора заканчивать тогда. Только время зря потратили. Брусов, выводи. И скажи, пусть яму закапывают. Эта последняя.
Раны Тормаева не болели, тело не чувствовало усталости, мозг, словно спал. Только кровь мчалась от пяток к голове, странно обжигая. Но, кажется… он понял что делать.
Валентина сжалась на полу, спрятав лицо в колени. Она не посмотрела на Сергея ни разу, только вздрагивание от его голоса выдавало её.
