P.S. Ответ жду завтра.
Твой Фолегар».
Сказать, что я в шоке — ничего не сказать. На душе возникли странные двоякие чувства. Облегчение и… обида? Облегчение, потому что теперь моему душевному равновесию и браку ничего не угрожает. А обида… Наверное, в глубине души я ждала чего-то совершенно другого. Впрочем… неважно! В одном я убеждена точно. Судя по его словам, я — идеальная. Идеальная законченная идиотка! Вот кто!
Спустившись на первый этаж, вижу, что Дэвид откупоривает вино и разливает его по бокалам.
— Джози, я все равно не понимаю, почему Хлоя послала тебе коробку домой, когда вы с ней несколько часов назад встречались лично. Она ведь могла тебе вручить ее там, — присаживаюсь к нему за накрытый стол и отвечаю с невозмутимым лицом.
— Она решила сделать сюрприз. Прислала такое вот необычное приглашение на свою выставку. Ты же будешь меня сопровождать, не правда ли? — выкручиваюсь, как могу, делая это уже не первый раз в жизни. Но перед мужем… впервые за весь срок наших отношений.
— Правда ли, — усмехается. — А почему «любимый хам»? Она тебя так называет? Хотя нет, не отвечай, — отмахнулся рукой. Сказал так, будто и сам прекрасно знает ответ на собственный вопрос. — Давай лучше выпьем за нас!
— Кстати, а что за повод? Раз ты открыл свое любимое коллекционное «Шато Шеваль Блан» восемьдесят второго года, причина весомая?
— Не совсем. Я просто хочу провести с тобой этот вечер вдвоем. Только ты и я! Джеймс слишком занят своей игрой. Нам никто не помеха, — тепло улыбается и подает мне бокал изысканного вина. Делая глоток, пробует его на вкус и произносит. — Поистине настоящий насыщенный букет с нотками ежевики, темной вишни, а еще… ваниль и пряные специи.
— Я больше предпочитаю мягкий Калифорнийский виноград, прости, — отвечаю кокетливой теплой улыбкой в ответ. Дэвид наклоняется и с силой впивается в мои губы, пытается углубить поцелуй, но я легко отталкиваю его от себя. Он же вновь притягивает меня, ухватившись одной ладонью за мой затылок, а второй плавно двигаясь вдоль бедра.
— Дэвид, пусти. Пусти же! — муж непонимающе смотрит то мне в глаза, то на мои распухшие от поцелуя губы. — Идем спать? Я устала…
— Побудь со мной. Ну же, Джози! — с мольбой в глазах и с тяжелым придыханием произносит.
— Я должна еще сложить в папку некоторые документы по аукциону. Дел, как у дурня фантиков. Пойдем, — зову его в спальню. Прохожу мимо него, как вдруг Дэвид резко перехватывает меня за запястье и говорит.
— Кстати, любимая, у меня есть для тебя сюрприз. Он как раз в нашей комнате.
— Что за сюрприз? — радостно, словно ребенок, спрашиваю, прекрасно понимая, что несправедлива к Дэвиду в последнее время.
— Идем, надеюсь, тебе понравится.
Сажусь на нашу кровать, подогнув ноги под себя, а Дэвид что-то ищет в шкафу. Находит и с широкой улыбкой достает коробку, протягивая мне.
— Я знаю, что в детстве ты была увлечена фотографией. Также я знаю, что тебя несправедливо лишили этого хобби, но сейчас не об этом. Хочу, чтобы ты и дальше снимала что-то памятное, личное. Для себя. В общем, меньше слов. Открывай, — приподнимаю крышку коробки и вижу… О боже!
— Дэвид, это же полароид «Fujifilm Instax Mini»! Невероятно!
— Думаю, тебя подкупит его уникальность, — продолжает муж, радуясь точно так же, как я. — Знаю, ты считаешь каждый снимок по-своему уникальным. Согласен, ведь другого такого просто нет и не будет. Знаешь, в этом действительно есть своя романтика, — обнимаю его так крепко, а отстранившись, произношу.
— Спасибо тебе! — припадаю к его мягким губам, медленно усаживаясь на его колени, приобняв крепко за плечи. Поцелуй слишком спонтанный, короткий, резкий без промедления. Отстранившись, почувствовала вновь его дыхание на своих губах. Он обнял меня так робко. Ничего не сказав, прикоснулся вновь к моим распухшим губам, словно боясь, что я его снова оттолкну. Вдруг слышу голос Джеймса.
— Мам? Мне никак не заснуть!
— Схожу к нему, — широко улыбаясь, отстраняюсь от Дэвида. — Я сейчас вернусь. Не засыпай, — целую его в щечку и выхожу из спальни.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Захожу в комнату сына и вижу, как он хитро улыбается.
— Полежи со мной немного. Пожа-а-алуйста, — удобно устроившись рядом с маленьким тельцем, обнимаю его за плечи. Джеймс мягко кладет свою голову мне на плечо. — Мам, ты же меня не бросишь?
— Почему это я должна тебя бросать? Не дождешься, юноша! Я вот только переживаю, что когда вырастешь ты, то сразу же уйдешь от меня во взрослую жизнь, — смотрю в его глаза, гадая, почему он вообще начал вести подобный разговор. К чему клонит?
— Нет, я тебя люблю, мамочка! Родители многих мои одноклассников развелись, а я не хочу, чтобы ты и папа тоже не были вместе. Мне это не нравится, — грустно смотрит на меня, отчего на моих глазах появились непрошеные слезы. Ком туго встал поперек горла, да такой удушающий, что трудно стало говорить. Немного прочистив горло, я все же взяла себя в руки и ответила.
— Джеймс, если родители не вместе, это не значит, что они забывают своих детей. Нет, конечно! Это дело только двух людей. Ребенок — всегда неотъемлемая часть родителей. Так было, есть и будет. Не думай об этом, хорошо? Я люблю тебя, — целую мальчишку в лоб, передавая всю гамму своих нежных чувств.
— Ты звонила тете Эмме? — вновь улыбается своей очаровательной улыбкой, в которой вижу свое отражение.
— Еще нет, но скоро вы увидитесь, обещаю. Как проходят твои тренировки? Расскажи маме.
— Уже лучше, но все равно сложно бывает с другими ребятами.
— Я думаю, если ты будешь каждый день стараться изо всех сил, как учит папа, то… У тебя все обязательно получится. К тому же, если тебе нравится футбол — дерзай. Все будет хорошо. Кстати, милый, нам нужно будет обсудить с тобой и выбрать хотя бы еще одну факультативную программу. Поговорим завтра, хорошо? Твой преподаватель настаивает на этом, — Джеймс кивает и укладывается набок.
— Спокойной ночи, мамочка. Поцелуй меня, — целую его в носик, глазки, щечки. Слегка щекочу, отчего он начинает задорно смеяться.
— Спокойной ночи, малыш.
— Не называй меня так при Ханне только, — дует губы и хмурит бровки на своем милом личике.
— Посмотрим, — подмигивая ему, выключаю свет в комнате и прикрываю за собой дверь.
Не успев зайти в спальню, замираю под возглас Дэвида:
— Подожди! Стой! Пожалуйста, не двигайся, я пытаюсь понять, где это… — вздрогнув от испуга, замираю.
— Что? Что «это»? — Дэвид смотрит на полароид, словно это редчайший экспонат.
— Джози, мне нужно выяснить, как тут все устроено. И где здесь укрупнение. Ах, вот… нашел. Стой. Не двигайся, — стою как вкопанная. — А вот и кнопка для зума.
— Нет. Ну же, постой. Не снимай, Дэвид! — смеюсь я.
— Я просто хочу проверить, в фокусе ли ты. Вот! Вот сейчас… Очень классно. Какая же ты красивая, если бы ты знала. Загляденье. Смотри, любимая, — протягивает мне снимок, где я стою и смотрю на него, как на психа.
— Боже, что за красота, — закатываю глаза и начинаю посмеиваться над мужем. — Что происходит? Ты решил украсть мой подарок, а? Признавайся!
— Ничего такого. Ничего… Иди ко мне, — кладу голову на его грудь. — Вот так, хорошо.
— Нехорошо… — передразниваю его.
— Я имею в виду, что теперь ты и впрямь близко. Наконец-то. Я нашел… кнопку.
* * *
Впопыхах собираясь на работу, успела-таки покормить своих мужчин завтраком, одновременно пробуя очередную попытку сделать самой себе макияж. В этот раз, на удивление, у меня выходит и даже вполне прилично. Дэвид смотрит на меня и непонимающе мотает головой, на что я в шутку показываю ему язык. Я женщина в конце концов! Что хочу, то и делаю со своим телом. Негодяй успел меня заснять на свою новую игрушку, которая, кстати говоря, предназначена была первоначально мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мам, ты такая смешная. Ты сводишь меня с ума, — подхихикивая над матерью, комментирует младший негодяй. — Кстати, ты забыла положить в рюкзак мой ланч.
