Вместо этого он попросил Белого Посланника:
— Не расскажет ли Вахошиска, как это все началось? Сколько я знаю, брюле — выходцы из Миннесоты. Там у них были совсем другие враги.
— Хм-м, — проворчал старик, посасывая свою старинную трубку. — Конечно, мы жили в Миннесоте. И нам пришлось уйти оттуда, ибо наши враги чиппева, кри и ассинибойны завладели огнестрельным оружием. Но мы покидали обжитые места с легким сердцем. Мы ведь знали, куда нам направиться. За рекой Миннисосе — Миссури лежала богатая дичью страна — прерии! И кроме некоторых кочевых апачей, команчей и кайова там никого не было, Вместе с оглала мы перешли Миссури. Они заняли земли между реками Бад и Шайен, а брюле стали кочевать в области реки Уайт, чуть южнее. Сначала нас было немного. Со временем, однако, численность брюле резко повысилась. Целыми семьями и небольшими группами в наши богатые охотничьи угодья приходили северные родственники саоне — хункпапа, миннеконджу, ухенонпа, сан-сарки — и навсегда оставались с нами. Брюле без особых усилий вытеснили на юг новых соперников. Шайены, арапахи, кайова-апачи — все они устремились под нашим давлением к югу от Черных Холмов.
Тридцать зим племя жило в районе Уайт-Ривер. А потом вдруг наш охотничий рай истощился. Животных стало меньше, и брюле раскололись. Зерновая община, тишайаоте, важажа и несколько других кланов перешли реку Платт, чтобы занять под свои кочевья земли по берегам Рипабликан, Соломон и Канзас.
Нашими великими вождями тогда были Храбрый Медведь и Маленький Гром.
С шайенами и арапахами мы заключили мир. С тех пор. Мила Ханска, у брюле и появился злейший враг — четыре племени пауни! Мне и не пересчитать всех военных походов против пауни, в которых я принял участие. Их было много, очень много.
— Но почему? — спросил Дайвер. — Почему брюле так ненавидят пауни?
— Это чуждый нам народ, — ответил старик. — У них отвратительные обычаи, они усердно служат солдатам и коварны, как никакое другое племя прерий. Этого достаточно, чтобы они были нашими злейшими врагами.
Дайвер вспомнил о пленнике пауни. Ему стало интересно, что же ждет этого краснокожего неудачника.
— Когда умрет пленный/ — спросил он.
— Вечером, — ответил старик. — Но он испытает тысячу смертей, прежде чем его дух отправится к Ти-ра-ве, верховному божеству народа пауни.
Дайвер хмыкнул и задумался. Он не мог разделить с брюле ненависть к пауни, но понять его чувства сумел вполне. «Если есть враги, то биться с ними нужно без пощады, ибо они не пощадят тебя… Такие враги, как лейтенант Кросби с капитаном Райтом! Те, кто едва не лишили меня жизни и отняли любимую девушку… О, Джоан, я был глупцом, не выяснив, кто заставил твое сердце ожесточиться. Теперь мне понятно, что во всем виноват Кросби. Отшучиваясь и заверяя меня в своей дружбе, он только ждал удобного случая. Ведь не могла ты полюбить его! Мы нравились друг другу, об этом говорили твои глаза, руки, губы. Нам было вдвоем легко и весело… Похоже, Кросби просто оболгал меня».
Лейтенант тяжко вздохнул, представив, как его бывший приятель ласкает девушку. Он закрутил головой, пытаясь отделаться от этого.
— Что тяготит Токечу? — послышался голос Белого Посланника.
Дайвер поднял на старика грустные глаза и, подчиняясь внезапному импульсу, разоткровенничался. Его монотонный, полный горечи рассказ, казалось, произвел на старого индейца впечатление. Когда Дайвер умолк, он долго сидел в задумчивости, раскуривая время от времени свою древнюю трубку. Потом взглянул на лейтенанта.
— Токеча стал отвергнутым в своей стране, — сказал он. — Теперь ему безопасней жить среди индейцев. Но индейцы никогда не забывают мстить врагам и стараются всегда завоевать любовь избранной скво. С местью можно подождать. Она становится сладкой со временем. А с девушкой медлить нельзя. Иначе она будет делить ложе с другим мужчиной… Я скоро вернусь, Токеча.
Старик на удивление резво вскочил на ноги и вышел наружу. Дайвер остался сидеть с раскрытым ртом, смутно догадываясь, что Вахошиска каким-то образом решил помочь ему.
Через какое-то время старик вернулся. Вместе с ним пришли Миниша и связанный по рукам воин пауни с полуобритой, по племенному обычаю, головой.
— Отец рассказал мне твою историю, Токеча, — произнес военный вождь. — Я думаю, что этот пауни сможет донести до бледнолицей красавицы слова твоей любви. Мы с ним уже «поговорили» на языке жестов.
— Он же должен умереть! — спохватился лейтенант. — И… и сделает ли он то, о чем я его попрошу?
— Миниша взял пауни в плен и ему решать, как поступить с ним
Дайвер возбужденно водил глазами, еще до конца не осознав всей прелести предложения военного вождя.
— Но у меня нет ни пера, ни чернил!
— Черный Пес служил у белых скаутом, он знает язык твоих соотечественников. Говори ему все, что хочешь.
Дайвер посмотрел на пауни. Тот закивал головой и сказал на хорошем английском:
— Не бойся, бледнолицый. Черный Пес поедет в форт Игл и исполнит любую твою просьбу. Это дело чести. Не будь тебя, Черного Пса ждала бы медленная смерть у столба пыток.
Дайвера не покидало волнение. Запинаясь и теряясь в словах, он просил Черного Пса передать девушке, что он ни в чем не виноват, что его предал Кросби, что она для него любима и дорога, что он предлагает ей руку и сердце!
Глава 11
Прошло полмесяца. Болячки Дайвера зажили. Он мог свободно разгуливать по индейскому лагерю, наблюдать за работой женщин, бездельем мужчин и играми ребятишек. Он беседовал и со стариками и с простыми воинами, пас лошадей, ходил за грибами и лечебными травами. Лейтенант использовал любую возможность занять себя чем-нибудь, убить время. Ибо его теперешнее существование превратилось в сплошное ожидание. Возвращение Черного Пса, вот что волновало его больше всего на свете. Днем он бесконечно об этом думал, ночью видел во сне либо прелестную Джоан, либо возвращающегося пауни.
За влюбленным белым почти не было присмотра. Каждому брюле было ясно, что Длинный Нож и не подумает о бегстве в подобных обстоятельствах.
Сочувствуя своему пленнику, Красная Вода как мог, пытался его взбодрить. Он пригласил Дайвера принять участие в церемонии выноса Священной Трубки, водил к индейским мастерам, чтобы тот увидел изготовление щитов и магических головных уборов из орлиных перьев. Когда же разведчики обнаружили большое бизонье стадо на правом рукаве Рипабликан-Ривер, сам Дайвер упросил Красную Воду взять его на охоту. Молодой военный вождь дал быстрое разрешение еще и потому, что запасы пищи в лагере почти растаяли. Все последнее время охотники возвращались из охотничьих поездок расстроенными и с пустыми руками. Сейчас в окрестностях появились бизоны, и нужно было запастись мясом на многие недели, а то и месяцы вперед. Бледнолицый пленник был метким стрелком, а это значило очень много.
