Набрав полную грудь воздуха, Танзи вернулась к разговору:
— Рина, не тебе это говорить. Ты же меня знаешь.
— Но, дорогая, ведь мне ты не сможешь отказать. И вообще, разве я когда-нибудь советовала тебе плохое?
— Извини, ты замужем всего месяц. Господи, что стало с моей лучшей подругой? Признайся честно, наверное, у тебя на пальце вместо обручального — волшебное кольцо. И оно постоянно внедряет тебе в сознание мысли вроде «Устраивай специальные обеды» или «Постарайся спихнуть замуж свою последнюю незамужнюю подругу».
Рина рассмеялась:
— Нет, моё кольцо нашёптывает совсем другие вещи, типа: «Ну и что, что он вечно разбрасывает носки? Зато у него куча денег; не ной, а лучше найми горничную!»
Теперь рассмеялась Танзи:
— Ладно, только, прошу, не экспериментируй на мне. Не то я притворюсь, что не слышала твоего звонка.
— Господи, ты даже не выслушала, кого я тебе присмотрела! Можно подумать, мне неизвестны твои запросы — тебе ведь подавай настоящего самца-мачо! Кстати, я просто тащилась от твоей колонки про подружку невесты, хотя мне неловко, что в эту категорию ты попала по моей вине.
— Охотно верю. Даже слышу нотки раскаяния в твоём голосе. И всё-таки прошу: избавь меня от своей помощи. Я счастлива, мне ничего не нужно. Или ты не дочитала колонку до конца?
Подруга даже ухом не повела, как, впрочем, Танзи и предполагала. Ведь Рина поставила перед собой цель и следовала ей неотступно.
— Кстати, — поинтересовалась она, — а Марти нравится?
— Ещё как нравится! Особенно когда он торчит на работе, а не носится сломя голову на своей новой спортивной тачке.
— Какая муха его укусила? Давно он заделался любителем спортивных автомобилей?
— Понятия не имею, — пожала плечами Танзи. — Может, у него сейчас кризис среднего возраста и он пытается обнаружить в себе волка?
— Думаешь, обнаружит?
Обе расхохотались.
— Как мне кажется, твоя теория про волков и агнцев всё ещё продолжает будоражить умы, — сказала Рина.
— Меня завалили письмами, — призналась Танзи и тотчас подумала об одном таком конкретном послании.
Оно пришло накануне вечером, когда она поглощала холодную пиццу, которую заказала предыдущим вечером, лишь бы только не встречаться за ужином с Райли. Танзи уже целую неделю обитала под крышей «Большого Харри», и до сих пор ей удавалось избегать его общества за обеденным столом. Хотя, сказать по правде, Райли не слишком-то стремился навязать ей своё общество.
Накануне вечером Танзи пробежала глазами писульку от Миллисент. Тётушка сообщала ей, что поселилась в «Бельвью», в другом номере. Танзи невольно улыбнулась, читая ту часть послания, где Миллисент «выражала надежду, что Райли не слишком сует нос в график её работы». Ну, тётушка, сказанула! Этот тип даст кому угодно сто очков вперёд по части несования носа. Уж если кто и привык совать нос куда не попадя, так это сама Миллисент, с её наставлениями, как следить за домом. Вскоре Танзи услышала, как в душе льётся вода, и на минуту отвлеклась, пытаясь представить себе Райли нагишом. Ничего подобного, её страж предстал перед её мысленным взором намыливающим голову в строгом деловом костюме.
Танзи пропустила, не обратив на него никакого внимания, предыдущее послание тётушки и тотчас наткнулась на очередную эпистолу от Соула-М8. И, сама того не замечая, принялась читать.
«Я тот, кто тебе нужен. Твои слова о том, что ты мечтаешь о волке, который бродит среди стада овец, не обманули меня, моя единственная. Я стану тем самым человеком, кто научит тебя, убедит, что нет смысла остепеняться. То, что будет между нами, выше всяких слов. Волк, агнец — обычные ярлыки. Взгляни глубже, и ты поймёшь: я тот, кто сделает тебя своей».
Танзи тогда передёрнуло. Передёрнуло её и сейчас. И дело не в том, что она больше не могла отмахнуться от этих посланий. Скорее всего виной тому кумулятивный эффект — вот она одна сидит поздней ночью посреди огромного особняка. Нет, не одна, конечно, где-то под одной с ней крышей обитает Райли. Но он наверняка давно в постели и спит сном праведника — не иначе как в немнущейся пижаме. И факт его присутствия не способствовал избавлению от страхов.
— Значит, так, — тем временем продолжала Рина, — завтра, где-то в восьмом часу вечера. Я на тебя рассчитываю. Поверь, ты не пожалеешь.
— А как же Райли?
Нет, конечно, страж из него никакой — кстати, зачем вообще её кому-то охранять? — однако кто знает, вдруг и он пригодится.
— А при чём тут он? Не ты ли сама говорила мне, что он этакий бука? Вот увидишь, он даже не заметит твоего-отсутствия.
— Все так, но, с другой стороны, я тоже не прикладывала особых усилий, чтобы нам познакомиться ближе. — Да, предлог явно неубедительный, и Рина наверняка это поняла. Но других у Танзи не нашлось. — Мне следовало хотя бы разок поужинать с ним вместе. Ради тётушки.
— Твой Райли подождёт. У меня для тебя, детка, угощение покруче — стопроцентный мачо в собственном соку.
— И я слышу это от замужней женщины! — хихикнула Танзи. — Где твоя совесть?
— На месте. Там, где полагается. Именно потому я и предлагаю тебе лакомый кусок по имени Брок Маршалл. Я буду с замиранием сердца слушать рассказы о твоих приключениях. Взамен тебе придётся выслушать причитания моей экономки о том, что сейчас-де невозможно нанять приличную прислугу.
— Брок Маршалл? Что-то имя больно знакомое. Погоди! Это не тот тип с телевидения? Он ещё ведёт программу «Не пропусти своё счастье». Мне казалось, сам он своё уже давно нашёл.
— Оказалось, у его подружки роман с кем-то из телеоператоров. Так что свадьба отменяется.
— Отлично. Как раз по моей части — мужик, которого продинамили, можно сказать, на глазах у телезрителей.
— А по-твоему, лучше таскаться по торговым центрам в надежде подцепить Санта-Клауса, чтобы потом на полдня уединиться с ним в номере отеля?
— Не смешно. Напомни мне, чтобы я об этом не слишком распространялась.
— Ну да, передо мной и миллионами твоих читателей.
— Эх, по идее мне полагается быть наследницей и распоряжаться каким-нибудь респектабельным благотворительным фондом, — вздохнула Танзи. — И с чего это меня потянуло в журналистику?
— Ты и так наследница. А Миллисент и сейчас распоряжается респектабельным благотворительным фондом, и не одним, а всеми, что есть. А ты не журналистка, ты ведущая колонки.
— Да-да. И ещё я не собираюсь на твой обед. — Танзи даже показала мобильному телефону язык.
— Это я уже слышала.
— С меня хватит, я и так выдержала не одну такую пытку. Так что я объявляю мораторий на специальные обеды начиная прямо с настоящего момента. Передай это дальше. — Рина попыталась возразить, но Танзи ей не позволила. — Довольно уже того, что Сью пробовала подсунуть мне тренера по теннису.
