— Когда лявра вселяется в женщину, а делает это она для более острых ощущений, ну и с хулиганскими целями, конечно, — продолжила я, — Женщина превращается в гулящую, распутницу.
— Так все распутницы — лявры? — поинтересовался Демка.
— Это скорее философский вопрос, — потрепала я его светлую макушку, — И медицинский. В большинстве своем это всяко нездоровые люди.
— Но не стоит преуменьшать вред, который способна нанести лявра, — продолжила я, — Ведь лявра, по сути, это обитатель преисподней, порождение духа, не получившего должного погребения. Ночью лявры особенно опасны: если им удается проникнуть через внедрение в человеческое тело в людское поселение, они бродят по ночам и насылают на людей безумие. Да, и еще у них ядовитое дыхание. Мама с бабулями, когда выходили на охоту за ними, одевали специальные повязки.
Двойняшки слушали меня, раскрыв рты. Глядя на этих белокурых ангелочков, болезненно сжалось сердце. Все, что угодно, лишь бы они не пострадали. Судя по всему, выход оставался у меня только один.
— Демка, — попросила братишку, — Сбегай в мою горницу, на трюмо лежит пачка бумаги. Принести один лист.
Братик, не спрашивая ни о чем, побежал. Однако Йожка, отличавшаяся куда большей проницательностью, поинтересовалась:
— Так тут же полно бумаги?
— Магу писать будем, — пояснила я. Кто его знает, может и не разглядит через магический щит мой дар целительницы. Щит надежный — бабули вместе ставили. А они, как магини, всяко посильнее любого императорского мага будут!
Никодем прискакал с целой пачкой бумаги от мага.
— Вот, — бросил он ее передо мной, — А чьи это инициалы? — в правом верхнем углу каждого листа стояли инициалы с вензелем: Л. де Эл. Д. Так значит, даже «де». Судя по всему, сударь маг не просто из благородных, а прямо-таки из верхушки аристократии. Если это «де Эл.» означает «де Эллар», то мой знакомый приходится родней по материнской линии самому его светлейшеству императору. И если это так, то следующая буква «Д». может означать только одно — «Дарнийский», а это значит, что заезжий маг в ближайшем родстве состоит с герцогом Дарнийским, у которого на службе сейчас состоят наши с двойняшками родители. Ох, час от часу не легче! Чует мое сердце, что если только этот императорский хлыщ меня раскусит, как миленькая побегу воевать с Темным Рыцарем. Сама. Потому как ни бабулями, ни братом с сестрой шантажировать меня не придется. Родителей достаточно…
— Мага этого вашего инициалы, — ответила я, — Довольны? Будем писать ему. Не выдергивать же бабуль. Даст Макошь, справимся!
Нет, эти маленькие негодяи невозможны! Голубые глазенки тут же загорелись жаждой азарта и Большого Приключения! И как злиться на таких?
Сказ иной, пятый ГЛАВНОЕ — НЕ ПОДДАВАТЬСЯ НА ПРОВОКАЦИИ
Я притянула себе один листок и написала: Сударь маг, — задумалась: может, уважаемый сударь маг? И сама себе ответила — обойдется! Вот справится с умруном верлиокой, тогда, может быть и зауважаю. Если еще и меня оставит в покое! — Ввиду срочных обстоятельств, я рада воспользоваться Вашим любезным предложением. Как можно скорее, ждем Вас в Доме Йагинь. Задумалась, писать это или не писать, и все-таки решилась: В случае если вас сопровождает рота троллей, как любого уважающего себя столичного мага, им тоже будем рады. Затем еще немного подумала, и приписала: Хессения. Еще не хватало, чтобы он в ответ на это письмо бабе Стефе или бабе Рае отписался. Ждет меня тогда два серьезных разговора. Хотя что ж, я виновата, что женка главы сама его позвала? Вспомнила лицо боевого мага, который вошел в святая святых — покои рожающей женщины и невольно фыркнула. Конечно! Все вы, мужики, сильные с разной нечистью да поганью воевать, а как рожающую бабу видите, так и до обморока недалеко!
Перечитала письмо, удовлетворенно кивнула. Быстрыми движениями, чтобы не передумать, сложила журку и выпустила его в окно. Красавку[8] только и видели. В следующий миг ничто не напоминало о том, что я только что сделала.
Потянулись томительные хвилины ожидания. Двойняшки раскрутили меня на признание, когда это я успела познакомиться с боевым магом, и очень развеселились, когда узнали, что сего товарища хотели припахать в качестве повитухи.
Ответ не замедлил себя ждать: если честно, я не думала, что маг ответит так скоро. Письмо было максимально деловым и лаконичным и состояло только из одного слова: Еду.
Развернув красавку и увидев, что в нем было написано, я, надо сказать, вздохнула с облегчением. Может, и обойдется. Надеюсь, маг должным образом отнесется к просьбе привлечь троллей. Со всей серьезностью.
Столь ожидаемый нами — да, всеми троими, маг появился самое большее — через час после того, как мы получили от него журавлика. За это время я успела еще раз перечитать все, что написано о верлиоках и способах борьбы с ними в учебнике. Информация для меня не особо утешительная — я, со своим даром целительницы, вряд ли способна сильно помочь магу в уничтожении умруна. Боевой маг из меня… с натяжкой сказать, слабенький. Да и, кроме того, если хоть как-то продемонстрирую перед магом свой дар, зря бабули над щитом потели.
Подозвав Йожку, успела замаскировать алые пятна на ее стальной ауре некромантки. Благо, они были пока совсем крохотные, и это было не сложно. Работой своей осталась довольна — нарочно будешь присматриваться (а насчет того, что императорский маг обязательно присматриваться будет, я не тешила себя иллюзиями) — ничего не увидишь, кроме многообразия оттенков серого.
На вопрос Йожки, зачем это нужно и что я делаю — ответила, мол, обычная защита от сглаза. Дема тотчас потребовал себе точь-в-точь такую же, пришлось и над ним «поколдовать», привлекая к уроку установки магического отражения Йожку. А что, полезно.
Мага с загадочными инициалами Л. де Эл. Д. кот Маркиз учуял задолго до его появления, уселся на порог и принялся умываться как-то истово и решительно. Поэтому к появлению мага у нас все было готово: ни моего, ни Йожкиного целительского дара не видно, я в очередной раз прониклась серьезностью демонстрации магии жизни, а двойняшки в подробностях поведали мне о нахождении умертвленного верлиоки. О том, чтобы взять малолетних неслухов с собой «на дело» даже речи не шло, так что детишки крупно просчитались в своих планах и сейчас опять дулись, как мыши на крупу. Точнее, как два кудрявых хомяка.
— Сударыня Хессения, я полагаю, — раздалось с порога.
— Сударь?
— Лиодор, для вас просто Дар, — учтиво поклонился маг.
Да, что и говорить, при свете дня этот возмутитель спокойствия выглядел еще более привлекательно, нежели ночью, в обманчивом свете экипажа и опочивальне женки главы Штольграда. Хотя там разглядывать его у меня и времени-то особо не было.
Удивительно, но камуфляж, который маг одел сегодня, видимо, воздав должное тону моего письма, сидел на нем также отменно, как и давешний щегольской костюм. И даже резкий запах, исходивший от его костюма, запах специально раствора, пропитавшего боевой камуфляж, хоть и не походил на давешний аромат одеколона, но совсем не портил впечатления. Его голубые, как озера глаза, сверкали прямо-таки сапфирами, а темные волосы при дневном свете отливали синевой, что еще больше подчеркивало аристократическую бледность кожи. Довольно высокий рост и широкие плечи — а я впервые стояла в его присутствии и смогла оценить его физические данные по достоинству — даже при своем росте, а Йагини всегда были статными, немного выше обычных людей, я почувствовала себя рядом с ним маленькой девочкой. Почему-то стало необъяснимо жарко, и я разозлилась на себя — еще не хватало вспотеть, как конь, впрочем, о чем я думаю, вскоре подобная перспектива покажется мне наименьшим злом. Столичный… или все-таки Дарнийский красавец как-то слишком пристально смотрел на меня, сияя, как начищенный самовар.
— О, да тут мой коллега, — улыбнулся он той же своей ослепительной улыбкой и присел на корточки перед Никодемом, пристально вглядываясь в его ауру и довольно кивая, — Вот это сюрприз! — он протянул братишке руку совсем по-взрослому и маленький наглец пожал ее со всей серьезностью.
— Боюсь, настоящий сюрприз стоит рядом с вами, — я сознательно решила перенаправить его внимание на сестру, рассчитывая, что увидев перед собой Йагиню-некромантку, он и думать забудет о том, чтобы искать у нее еще какой-либо дар. И оказалась права. Маг настолько опешил, взглянув на Йожку магическим зрением, что мне захотелось подставить ему табуретку под челюсть. Мало ли.
— Йагиня — владычица смерти? — он недоуменно уставился на меня. Я пожала плечами. Мол, подумаешь, невидаль.
— Пока в семье обделена я одна, — я мило улыбнулась ему, от всей души желая наслать чесотку или медвежью болезнь, чтобы сидел себе дома и не рыскал по городам и весям в поисках молодых дур, отправляемых Темному Рыцарю в качестве пушечного мяса.
