Читаем без скачивания Тайна Кукабурры - Джон Кризи

9. ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК ИЗ АВСТРАЛИИ

Глаза Мартина, по кличке Проныра, были такими же большими, как у Ричарда накануне ночью, и настороженными, словно он понимал важность вопроса. На лестнице послышались тихие шаги, и вошла Джэнет. Волосы ее были аккуратно уложены, губы слегка подкрашены. Глаза выражали беспокойство, которое она скорее чувствовала, чем понимала.

— Тебе нужно хорошенько подкрепиться, — прошептала она. — Не можешь же ты работать на пустой желудок.

Роджер поймал себя на том, что улыбается.

— Пожалуй, переключите разговор на дом, Кеб, хорошо?

— Конечно. — Если Кебл и чувствовал разочарование, голос его никак не выдавал этого. — Я договорюсь с международной. — Они не сказали, кто будет говорить, — телефонистка просто предупредила сиднейское отделение уголовной полиции.

— Если повезет, это может быть Люк Шоу, — сказал Роджер. — Что вы там делаете в такую рань?

— Я приехал в половине восьмого. Решил, что день будет довольно трудным.

— Завтракали?

— Нет, всего чашку…

— Пойдите и как следует подкрепитесь, — сказал Роджер. Он смотрел, улыбаясь, на Джэнет, которая подошла к нему. — Нельзя же работать на пустой желудок.

— Э–э… хорошо, сэр, — удивленно ответил Кебл.

— Спасибо, что позвонили, — Роджер положил трубку.

— Ну и хитрец, — сказала Джэнет и, сев на край кровати, стала испытующе смотреть на Роджера. — Не похоже, что ты не спал всю ночь. Проныра, пойди, приготовь чай  и…

Есть чай! —отрапортовал Ричард с лестницы. Я не знаю, что именно вы оба хотите выжать из меня сегодня утром, — сказал Роджер, но ставлю один против ста, что вам это не удастся. Через полчаса мне позвонят из Сиднея. Приготовь мне ванну, Проныра. А ты, Рыба, пойди вниз и проверь машину.

— Какие приказания будут мне? —спросила Джэнет. Роджер стиснул ее руку.

— Нет времени, — сказал он сердито. — Примерно без пятнадцати девять я буду готов проглотить ваш великолепный завтрак.

Восемь часов тридцать одна минута — звонка нет. Восемь сорок пять — звонка нет.

— Мне думается, ты прождешь не меньше часа. Я сделаю пока яичницу, — сказала Джэнет. — А вам, дети, уже давно пора уходить. —И хотя одному из них было восемнадцать, а другому — девятнадцать, для Джэнет они все еще оставались детьми, особенно если она была чем‑то озабочена.

Мартин учился в художественной школе, недалеко от Белл стрит. Ричард с нетерпением ждал того дня, когда исполнится его мечта и он сможет поступить   на телевизионную студию. А пока он работал в книжном магазине на Вест–Эйд.

— Если будешь копаться, ты опоздаешь, — сказала Джэнет. — Ну, Проныра, не зли же меня. Я…

Зазвонил телефон. Роджер прошел к аппарату, стоявшему в холле около кухонной двери. Он поднял трубку, чувствуя, что перенес разговор в холл не только потому, что это взвинчивало ребят. Была и другая причина: недоброе предчувствие, какое‑то странное беспокойство. В Сиднее могли получить телеграмму не раньше трех или четырех часов назад. Что же заставило их так скоро позвонить почти с другого конца планеты?

— Комиссар Вест из Нью–Скотланд–Ярда слушает.

— Вы ждете звонок из Сиднея, абонент?

— Да.

— Не кладите трубку, пожалуйста.

Роджеру показалось, что он ждет довольно долго: домашние волновались и нервничали за него; Джэнет делала вид, что у нее масса дел на кухне. Внезапно звонкий мужской голос спросил:

— Мистер Вест?

— Слушаю, — насторожился Роджер.

— Здорово, Красавчик! — Голос был громкий, энергичный, с явным австралийским акцентом. — Как у тебя дела?

Роджер широко улыбнулся.

— Прекрасно, Люк. А у тебя?

— Лучше быть не может, Красавчик. Лучше быть не может! —Люк Шоу, приезжавший в Скотланд–Ярд два года назад, был старшим комиссаром сиднейской уголовной полиции. Он говорил так, словно не получал никакой телеграммы и имел кучу, времени.

— Как поживает твоя милая женушка?

— Прекрасно!

—Так я и думал. — Роджер легко представил себе большое широкое лицо Шоу и его ослепительную улыбку.

— Это хорошо, что у нее все «прекрасно». В других вопросах ты, похоже, не можешь без неприятностей.

— Неприятности из‑за «Кукабурры»? —спросил Роджер.

— Именно. Я Могу рассказать тебе все об этом, если ты прилетишь сюда.

Роджер был настолько изумлен, что воскликнул: — Не сходи с ума!

— И не думаю, — сказал Люк Шоу. В его голосе не было и намека на иронию. — Ты, конечно, помнишь пароход «Коала»?

— Ты уверен в этом?

— Да, — сказал Шоу — во всяком случае, должен помнить. То, что произошло с «Коалой», может произойти и с «Кукой», — ласково назвал он судно. — Поверь мне, Красавчик, единственный путь для тебя распутать дело— это приехать сюда.

— Почти исключено, — уклончиво сказал Роджер. — А кроме того, в данный момент нет никаких оснований. Мы арестовали человека, который…

— Этот Джессуп, как он выглядит? —перебил он его  и сам же принялся отвечать на свой вопрос. — Рост сто шестьдесят пять, тонкие темные волосы, бледное лицо, темные глаза, маленький рот…

— Откуда, черт побери, ты все это знаешь?

— Подожди, Красавчик. А может быть, он ростом сто восемьдесят два, крупный мужчина со смуглым, изрытым оспой лицом? Который из них?

— Тот, у которого рост сто шестьдесят пять, — глухо сказал Роджер.

— Он такой же Джессуп, как ты Люк Шоу. Это Поль Барринг. А тот, большой, его брат Маркус. Есть еще третий брат, Соломон. Это чертовски длинная история, поэтому я и говорю, что тебе надо прилететь в Сидней, чтобы во всем разобраться. — Голос Шоу, громыхал в трубке.

— Почему бы тебе не приехать сюда самому? —спросил Роджер.

— Невозможно. А потом, даже если бы я и прилетел, то большой пользы от этого не будет. Ты должен узнать подноготную, разобраться в деталях, изучить их досье. Приезжай, Красавчик. Солнце тебе не повредит. Если надо нажать на босса, напомни ему, что «Кукабурра» ближе к Австралии, чем к Англии, и, когда она пришвартуется, ты сразу сможешь задать интересующие тебя вопросы. — Немного помолчав, он продолжал: —В том случае, конечно, если она вообще пришвартуется. «Коала» не смогла этого сделать.

И тут Роджер вспомнил!

Он заговорил не сразу; ужас парализовал его. Он не видел ни Джэнет, ни детей, уставившихся на него, он сидел, скованный воспоминанием, которое отчетливо всплыло в его мозгу. Он не слышал слов, произнесенных Ричардом шепотом:

— Как вы думаете, что случилось?

Воспоминание о десятках загубленных жизней на борту «Коалы», возникшее в мозгу Роджера, было настолько жутким, что он не мог ни двигаться, ни говорить.

— Теперь тебе ясно? —спросил наконец Люк Шоу. Роджер проглотил слюну.

— Да. Я вспомнил, что случилось с «Коалой». Год или два назад она затонула у берегов Куинсленда, имея на борту восемьдесят одного пассажира и двадцать человек команды. Спаслось всего несколько человек. Я не ошибся?

— Точнее быть не может! —Казалось, голос Шоу звучал прямо над ухом Роджера. — Знаешь, что меня беспокоит, Красавчик? Ведь то же самое может произойти и с «Кукабуррой». У нее двенадцать пассажирских кают, восемьдесят семь палубных мест, в основном их занимают китайцы из Гонконга, и двадцать восемь человек команды. И знаешь еще что? Среди спасшихся с «Коалы» были два брата Барринга. У них была своя собственная пароходная фирма, но ее купила компания «Голубой флаг» после того, как Барринги вконец разорились. У них с «Голубым флагом» были очень плохие отношения, и мы некогда довольно внимательно следили за Баррингами, но зацепиться было не за что. На одного у тебя есть много материала. А как со вторым?

— Если он тот, о котором я думаю, то он где‑то в Лондоне, — сказал Роджер,

— И это после того, как он убил двух пассажиров? Красавчик, если тебе удастся надеть наручники на Маркуса Барринга, вся полиция Нью–Саус–Уэйлса будет пить за твое здоровье. Подробности я отправлю сегодня утром с первым же реактивным самолетом из аэропорта Кингс–форд–Смит. Если у тебя будут новости, телеграфируй или же позвони мне, о'кей?

— Хорошо. Люк, у тебя есть основания думать, что «Кукабурре» угрожает опасность?

— Никаких, — ответил Шоу. — Просто скверное предчувствие. До встречи, Красавчик.

Он повесил трубку сразу, словно хотел, чтобы Роджер обдумал создавшееся положение.

Роджер положил трубку медленно и провел рукой по волосам. Он не замечал остальных, пока Ричард не нарушил молчание:

— Это очень серьезно, отец?

Нахмурившись, Роджер обвел всех взглядом, выдавил из себя улыбку и ответил:

— Сегодня вечером узнаем. — В общем‑то это был не ответ, и он бы не удивился, если бы Ричард попытался добиться своего. Шум у входной двери разрядил напряжение: в почтовый ящик всунули газету. Джэнет снова пошла на кухню, сказав:

— Ричард, принеси отцу газету. Роджер, завтрак будет через десять минут. Проныра, стоя здесь с открытым ртом, ты не сможешь стать художником.