здания, на крыше которого установлена радиовышка. Другой также бегом направляется к большому зданию «саркофагу». Остальные, несмотря на мои слова, продолжают внимательно осматривать территорию. Я понимаю, что от меня ждут каких-то действий, и поворачиваюсь к бойцам. Кто из них главный, без нашивок определить не могу – очевидно, что Фёдор знал своих подчинённых в лицо, или хотя бы их командира, но я…
К сожалению, совмещение переселило в тело Радищева моё сознание, мои энергетические структуры иядро демона – но не его память… В отличие от перехода, в ходе которого я попал в тело Демида, но там и ситуация была другой.
Жаловаться, конечно, я не собираюсь, но такой расклад доставляет определённые неудобства. Можно легко попасть впросак, так что пока не узнаю о бывшем владельце этого тела всю подноготную – решаю «палиться» как можно меньше.
Впрочем, солдаты – это просто солдаты. Судя по тому, что я видел, Радищев их отлично вымуштровал, и смотреть на командира, когда отдаёшь приказ, в данном случае необязательно.
- Проверьте лабораторию, - я поворачиваюсь к зданию, в котором меня держали, - Орлов вырвался оттуда, наверняка там мало кто выжил. Проверьте все помещения, составьте отчёт и пришлите его мне с посыльным, когда закончите.
- С посыльным, господин?
- Да. Я не собираюсь задерживаться здесь. То, за чем прилетел… Исполнено. Готовьте вертолёт к вылету.
- Так точно, господин. Если позволите…
- Да?
- Что делать с трупами?
Боец указывает на тела тех, кого я немногим ранее взял под контроль, и другие – тех охранников, которых мои защитники застрелили, прорываясь к транспорту.
- Уничтожьте.
- Но…
- Выполнять! – рявкаю я.
Боец мигом вытягивается в струнку.
- Будет исполнено! – он прижимает кулак к груди и бегом бросается исполнять указания.
Я поворачиваюсь к баргесту, сильно покорёженному заклинанием Радищева. Вокруг пса нет красной ауры, придавившей его к земле, но псине явно не по себе. Мой спаситель лежит с закрытыми глазами, лапы чуть подёргиваются, язык высунут, а бок тяжело вздымается.
Бойцы поглядывают на тварь настороженно, и всё ещё держат её под прицелами винтовок.
Так, ладно… Посмотрим, чем Радищев приложил его.
Я тянусь к кругу Азраила, но не успеваю даже глянуть на проекцию, как голову пронзает острая вспышка боли. Перед глазами начинают плясать звёзды, я покачиваюсь, но удаётся удержаться на ногах.
Что за?..
Ещё одна попытка – и боль становится только сильнее – будто кто-то вбивает в мозг раскалённые докрасна гвозди, и не жалеет при этом сил. Проклятье! Почему я не могу ощутить истинные способности?
Через секунду возникает ещё один вопрос – куда из тела Радищева делся весь эфир?! Я чувствую, что его в теле вообще нет! И если свой я полностью потратил, то у Фёдора-то он должен был остаться!
Неужели я выдавил его вместе с личностью Радищева?
Я скрежещу зубами от пульсирующей боли. Так, ладно, Джерлак, спокойно. С этим ты разберёшься позже. Сейчас я свободен, никто не знает, что я переместился в тело своего недруга – и это главное. Надо валить из этого всеми тёмными богами забытого места как можно скорее. Но баргеста здесь оставлять нельзя…
- Найдите клетку или контейнер для этой твари, - командую я ближайшим бойцам, - с защитными кругами. Поместите демона туда и погрузите в вертолёт. И поживее!
Развернувшись, иду к вертолётной площадке. Несколько бойцов бросаются выполнять приказ, ещё четверо направляются следом за мной.
- Господин, придётся немного подождать, прежде чем мы погрузим эту… псину, - говорит один из них, - И вертолёт ещё заправляют… Не лучше ли будет вам подождать в штабе? Заодно успокоите людей и…
- Успокойте их сами. Скажите, что опасности больше нет. Определите нанесённый урон, сосчитайте потери, составьте отчёт. Или поручите тому, кто этим займётся. Почему я вынужден повторять?! А мне нужно подумать и выяснить, как Орлов умудрился выбраться из лаборатории. Ему явно кто-то помог, и этот человек находится не здесь, а снаружи. Через сколько закончится заправка?
- Ещё минут пятнадцать, господин.
- Хорошо. Поторопитесь с упаковкой псины, а я подожду в вертолёте.
* * *
Вертолёт садится под Санкт-Петербургом на территории поместья Радищева, и я выбираюсь наружу.
Наконец-то! Полёт вышел долгим…
- Куда псину, ваше сиятельство? – спрашивает боец, прилетевший со мной.
Я оборачиваюсь, и вижу, как из летательного аппарата вытаскивают здоровенный контейнер. Чёрт возьми, а я ведь даже не знаю, есть ли тут подходящее место для баргеста!
- Найдите помещение сами, подальше от любопытных глаз. Из контейнера его не выпускать ни в коем случае. Как определите – дайте знать, где оставили, я сам займусь им позже.
- Будет исполнено.
Я киваю, и вижу, как к вертолётной площадке подъезжает небольшая двухместная машинка. Очевидно, она предназначена для перемещения по этой огромной территории… Что ж, ладно. Сажусь в неё, и молчаливый водитель трогает с места.
Да-а-а уж… В том, что Фёдор умел жить красиво, у меня теперь нет никаких сомнений…
Территория поместья в загородном посёлке Онегин-парк огромна – гектара три, а то и больше… Небольшой лес, пруд, беседки, речка, перекинутые через неё мостики, домики для гостей, мангальные зоны, поле для гольфа, баня, бассейны, фонтаны, высоченный забор, пункт контроля на въезде, вышки по периметру, собственная вертолётная площадка.
И конечно – сам особняк, который больше напоминает дворец. Его нельзя даже сравнить с домиками соседей – настолько круче он выглядит, хотя Онегин-парк, в котором обосновался Радищев, пожалуй, один из самых дорогих коттеджных посёлков под Петербургом, которые часто именуют словом «элитные».
Центральная часть высотой в четыре этажа встречает меня мраморным крыльцом и колоннадой. Крышу поддерживают фигуры атлантов, разных сказочных тварей, окна первого этажа раза в три выше меня, а двери, очевидно, ручной работы из очень дорогого дерева.
Имеется и балкон с баллюстрадой, портики на втором и третьем этажах. Изгибаясь полукругом, от центральной части тянутся два трёхэтажных крыла с черепичной крышей, башенками и лепниной, а часть окон заменена витражами.
И всё это теперь моё, ха! Нехилый такой скачок - из раба, в богатого аристократа! Если бы прежний хозяин этого тела выжил, то прямо сейчас бы сдох от злости! Жаль, что его нельзя убить повторно!
Я автоматически отмечаю камеры видеонаблюдения, летающих над территорией поместья дронов, лампочки сигнализации. А кожей чувствую, как оказавшись здесь, меня пронизывают линии магической защиты.
Хм-м… Ничего не происходит, а значит, колдовская охранная система принимает меня за своего… Это хорошо, избавляет меня
