связывали её безопасность. Но сам президент этой страны и предал нас, нам пришлось прятаться от наёмных убийц. Сложно, очень сложно! Единственно в чём права Смерека, Россия не была нашей родиной, и всё равно, нас связывали с Россией дружеские воспоминания. Наша юность прошла на территории этой страны. Россия не чужая нам – порой горбатая, но своя. «Японцам» было всё равно, они не горели идеей спасать мир, на работе их ценят, они успели влиться в коллектив, строить всё же лучше, чем ломать. Они больше склонялись к тому, чтобы выйти из команды, только жизнь научила их не верить обещаниям. Что значит выйти из команды – не участвовать в операциях под штандартами инквизиции.
– Скорее всего нас спишут. Вывели заключение «братья по несчастью». Сол горько вздохнул и обнял Руна:
– Мы за.
– За – это как?
– Мы за вступление в организацию.
– Я тоже «за», – высказалась командирша. Кто против?
Самар поднял руку, показывая, что он с коллективом. Меня никто спрашивать не стал, не к чему было.
–Единогласно! – сделала заключение Смерека, на завтра мы были готовы к походу в собор святого Петра. На душе появилась такая лёгкость, как будто тяжелейший груз скинули со своих плеч.
Глава 8
Илья Борисович остался доволен тем, что мы всем составом решили влиться в организацию с грозным названием – орден инквизиции. Только он попросил нас, впредь его называть падре Франциск:
– А ещё лучше забыть моё имя совсем, никак не называть.
Падре Франциск был в Ватикане влиятельным человеком, одним из советников папы римского, главой ордена инквизиции, ему подчинялась вся разведка католического мира. Его неофициальный офис находился в соборе святого Петра. Там у него был аналитический отдел и сервер по сбору информации. И то, что падре Франциск находил время для нашей команды, это добавляло гордости в наши души. Значит мы что-нибудь значим в этом мире, если сам падре Франциск занимается с нами. Падре Франциск заставил нас подписать контракт, на пять лет, и больше не задерживал нашу группу. Все убежали в гостиницу, Смерека осталась, чтобы выразить пожелания команды: никому из новых членов ордена инквизиции не хотелось терять работу, об этом просила вся команда. Как-то нужно организовать нашу службу в ордене инквизиции с учётом специфики нашей жизнедеятельности. Падре согласно кивнул головой:
– Это решаемо. Я уже думал об этом.
Марина у него была пресс– секретарём, меня нагрузил он должностью, я был свободный легат, чаще работал дипкурьером между папской республикой и посольствами различных стран. Одновременно я был связником между командой и отцом Франциском. Падре сам отдавал нам распоряжения. Время от времени отец Франциск устраивал нам учения, с полной физической выкладкой, это чтобы мы не теряли формы и жиром не зарастали. Я сам лично относил письма, подписанные папой римским в офисы фирм, в которых работали ребята.
– Скажите, найдется ли тот человек, который сможет отказать в просьбе папе римскому?
Вот так и я думаю. Учения у нас продолжались не более месяца, мы повторяли всё то, что проходили в обители, в качестве мишеней был весь металлолом, собранный в округе. Вслед за учениями следовало ожидать команды на казарменное положение, с указанием места дислокации уже не условного противника. Аналитики уже обрабатывали материал, пока мы справлялись своими силами, чаще всего нас отправляли в недлительные командировки меня с Маринкой. Эта девочка, не знаю, как она делала, но могла вывести из строя любой объект, будь то танк, корабль или самолёт. Единственное неудобство было в том, что она не могла использовать свой дар на расстоянии, как практиковали мы. Ей обязательно нужно было находиться внутри объекта, или очень близко к нему. Поэтому падре всегда посылал нас вдвоём. Я сканировал объект на наличие охраны, потом работала Марина, иногда мы привлекали Самара, когда сами не могли обезвредить охрану. Он выводил их с объекта на расстоянии. После нашего отбытия, все обработанные объекты рассыпались, как карточные домики. Марина пыталась объяснить:
– Я подвергаю их старению.
Для меня её объяснения были тёмный лес. Самар, вроде не тупой, но, когда ему один из заключённых пытался объяснить законы интегрирования, и для чего эти интегралы нужны и их практическое применение в жизни. Самар на две недели выпал из действительности. Самар единственное понял – ему интегралы совсем не нужны. Я тоже не тупой, но что можно такого сделать кораблю, который месяц назад вышел со стапелей и был принят государственной комиссией, чтобы он на глазах, развалился на составные части. С подводными лодками было ещё хуже. Испытатели боялись снимать акваланги. Никто не знает, сколько мы лодок потопили! И эту девочку Смерека не хотела брать в команду. Марина, кроме того, ещё неплохо рисовала, я решил использовать её в качестве ассистента на операциях по изменению образа курсантов. Падре проскользнул мимо стола секретарши:
– Марина, собирай ребят, работа есть.
***
Сенатор давно отошёл от политики, про проект, который он возглавлял и проталкивал его финансирование, начали забывать. Нет. После неудачи в Венесуэле его не закрыли, просто перестали финансировать в нужном объёме. Сенатор постарался возмущаться, привлекал к себе внимание, требовал дополнительных средств для обороноспособности страны. Но не успел оглянуться, и его выперли с проекта, он почти повторил путь его коллеги из России. Сенатора отправили на пенсию, с неудачниками поступают везде так. Сенатор разозлился на себя, на правительство, на государство, и чтобы не портить настроение своей семье и, окружающим его, соседям, он организовал маленькую ЧВК, и окопался на одном из безлюдных островов в Атлантическом океане. Он не смог распрощаться со своей мечтой, о армии будущего, потихоньку выискивал средства, для производства опытных образцов вооружения, которые испытывал при помощи специалистов из ЧВК в горячих точках планеты.
В Ватикан поступил сигнал из Сомали, три деревни пропало без следа, местные шаманы говорят, что людей Нидар наказал, за жадность и чревоугодие. Действительно, это были самые благонадёжные деревни в государстве, местные жители были организованы и могли защитить свои дома. Что же всё-таки случилось? Все люди пропали в один миг, оставив дома и нажитое добро, в хлевах и сараях ревела голодная скотина. Падре отдал приказ для задействования нашей команды. Это была первая операция, в которой мы принимали участие всем составом.
Смерека вспоминала своё последнее дежурство, их подразделение карабинеров было задействовано для разгона демонстрации скинхедов. Смерека не любила скинов, от них одни неприятности, вот и сейчас она едва уклонилась от ножа. Смерека ругала себя за то, что не сдержалась, применила свой дар против обкуренных юнцов. Кинокамеры
