— Ну, с того… ты знаешь.
Блэй наклонился к нему, обнажая из-под верхней губы клыки:
— Для ясности: твой кузен дает все, что мне нужно. Целый день напролет. Каждый день. А мы с тобой? — Блэй помахал сигаретой межу ними, — просто работаем вместе. И все. Поэтому окажи нам обоим услугу. Прежде, чем тебе снова ударит в голову, что мне «нужно» что-то узнать, спроси себя: если бы я подавал бургеры в Макдональдсе, стал бы я об этом узнавать у парня, который жарит картошку-фри? Если ответ отрицательный, то заткнись.
Куин снова перевел взгляд на лобовое стекло, подумывая впечататься в него лицом.
— Джон, тормози.
Боец бросил взгляд на пассажирское сиденье и закачал головой.
— Джон, останови эту хуеву колымагу. Или я сделаю это сам.
Куин отчетливо осознавал, как тяжело поднимается и опадает его грудная клетка, а руки сжаты в кулаки.
— Блядь тормози я сказал! — взревел он и ударил по приборной панели так, что отправил в свободный полет одну вентиляционную решетку.
Эвакуатор съехал на обочину. Взвизгнули тормоза, и скорость машины резко пошла на снижение. Но Куин уже был снаружи. Дематериализуясь, он сбежал сквозь приоткрытое окошко, вырывая вздох разочарования Блэя.
И почти тут же Куин принял форму на обочине, не в силах удерживать себя в молекулярном состоянии из-за бивших через край эмоций. Переставляя говнодавы, он поплелся по снегу. Ему необходимо было двигаться, чтобы заглушить все ощущения, в том числе и саднящую боль в костяшках.
Затылком он что-то чувствовал на дороге, но шум в голове был столь оглушающим, что Куин не мог уловить специфику ощущения.
Он понятия не имел куда направляется.
«Черт, как же холодно».
***
Сидя в эвакуаторе, Блэй сосредоточился на горящем кончике сигареты. Оранжевый огонек раскачивался вперед и назад, создавая подобие гитарной струны.
Видимо это тряслась его рука.
Раздавшийся рядом с ним свист, означал попытку Джона привлечь его внимание, но Блэй проигнорировал его. Тогда Джон ударил его по руке.
«Это не самая счастливая для него область»,— показал жестами Джон.
— Прикалываешься? — пробормотал Блэй. — Ты должно быть, мать твою, точно прикалываешься надо мной. Он всегда хотел традиционную церемонию соединения, и вот заделал беременность Избранной… я бы сказал, что он должен быть счастлив…
«Да нет же, здесь, прямо тут».— Джон указал на дорогу. — «Глянь».
Блэй перевел взгляд на лобовое стекло только потому, что слишком устал, чтобы спорить. Фары эвакуатора освещали участок перед машиной: заснеженный, ослепительно белый пейзаж, фигуру, бредущую по обочине, словно тень.
Вереницу следов сопровождали красные капельки крови.
Рука Куина закровоточила после того, как он саданул по панели…
Блэй резко нахмурился, сев чуть прямее.
Словно пазлы головоломки встали на свои места, в голове Блэя прояснились случайные подробности того, где они оказались: от поворота дороги, до деревьев и каменной стены рядом с ними — все собралось вместе и завершило картину.
— Вот дерьмо. — Блэй ударился затылком о подголовник. Закрыв на несколько секунд глаза, он пожелал найти другой выход из этой ситуации, лишь бы не выходить наружу.
Вот только в ответ получил большую и жирную дулю.
Когда Блэй открыл дверцу машины, в салон тут же ворвался пронизывающий холод. Парень ничего не сказал Джону. Да и незачем. Выходить за кем-то в метель — не требует разъяснений.
Сделав глубокую затяжку, Блэй двинулся сквозь непогоду. Дорога недавно была расчищена, но ее уже успело занести снегом.
А это значило, что Блэю следует поторопиться.
Здесь, в этой престижной части города, где налоги были столь же нескончаемы, как тянувшиеся повсюду газоны, даже задумываться не приходилось, что еще один желтый снегоуборочный трактор размером с дом проедет тут прямо перед рассветом.
Не стоит играть в эти игры перед людьми. Не тогда, когда в твоем «хаммере» пара трупов.
— Куин, — хрипло окликнул, Блэй. — Куин, остановись.
Блэй не кричал. На это у него просто не было сил. Та… сложившаяся ними ситуация, уже давным-давно изнурила его… и этот момент на обочине станет еще одним изматывающим эпизодом.
— Куин. Я серьезно.
По крайней мере, парень чуть замедлился. И если повезет, он окажется настолько зол, что не станет складывать фрагменты головоломки, чтобы понять, где находится.
«Иисус Христос, а каковы вообще шансы на это?» — подумал Блэй, оглядываясь по сторонам. Он находился прямо на дороге, как раз где-то в полмили от того места, где те Хранители Чести сделали свое дело — едва до смерти не забили Куина.
Боже, Блэй помнил события той ночи: другая пара фар освещает темную истекающую кровью фигуру на дороге.
Встряхнув себя от воспоминаний, Блэй снова окликнул парня:
— Куин.
Парень остановился. Его тяжелые ботинки замерли на снегу. Но Куин так и не повернулся.
Блэй махнул Джону, чтобы тот вырубил свет фар, и через секунду осталось только оранжевое мигание аварийки, оповещавшее об остановленном грузовике.
Куин положил руки на бедра и, задрав голову, устремил взгляд на небо. Дыхание вырывалось облачками пара.
— Возвращайся в эвакуатор. — Блэй сделал еще одну затяжку и выпустил столп дыма. — Нам нужно ехать…
— Я знаю, как много для тебя значит Сакстон, — мрачно произнес Куин. — Я понимаю это. Правда.
Блэй вынудил себя произнести:
— Хорошо.
— Похоже… слышать это вслух, по-прежнему меня шокирует.
Блэй нахмурился в тусклом сиянии уголька сигареты.
— Я не понимаю, о чем ты.
— Знаю. И в этом моя вина. Все это… моя вина. — Куин оглянулся через плечо. Его волевое, жесткое лицо было мрачным. — Я просто не хочу, чтобы ты думал, будто я люблю ее. Вот и все.
Блэй подавился сигаретным дымом и закашлялся, от недостаточного кислорода в легких.
— Я… прости… не понимаю… почему…
М-да, красноречивый ответ.
— Я не люблю ее. Она не любит меня. Мы не спим вместе.
Блэй хрипло рассмеялся:
— Херня.
— Я серьезно. Я услужил ей в период жажды, потому что хочу ребенка, как и она, но все началось и закончилось там же.
Блэй закрыл глаза, когда рана в груди раскрылась по новой.
— Куин, брось. Весь прошлый год ты был с ней. Я видел вас… все видели…
— Я лишил ее девственности четыре ночи назад. Никто, даже я, до этого с ней не спал.
О, именно этой картинки не хватало в его голове.
— Я не люблю Лэйлу. Она не любит меня. Мы не спим вместе, — повторил он.
