— Тебя это волнует? — голос дрожал так же, как и мое тело.
— Это волнует, очень волнует, — подтвердил Крис, покрывая поцелуями мое лицо.
Он потянул мои джинсы вверх за ремень, заставляя ткань впиться в клитор. Я вскрикнула от полуболезненного сладкого спазма.
— А еще вот это — тоже волнует.
— Крис, — выдохнула я, поворачивая голову, чтобы ему было удобней изучать языком поверхность шеи.
— Что? Перестать? Отпустить тебя?
— Нет. Еще. Я хочу еще.
— И я хочу.
Он прижался ко мне своим пахом. Крепко. Раз второй, третий. Почти вдавил мой зад в стену. Я инстинктивно посылала бедра ему навстречу, сталкиваясь, прикасаясь на сладкий миг.
— Чувствуешь, как я тебя хочу?
— Я хочу еще сильней.
— Это невозможно, — он снова накрыл мои губы, целуя так неистово, словно высасывал из меня жизнь.
Я задохнулась, оторвалась от него. Воздух кусками влетал мне в легкие, а на выдохе превращался в какие-то полустоны-полустенания.
— Сейчас? Давай сейчас! — просил и требовал Крис одновременно.
— Да, пожалуйста.
Я не могла больше терпеть эти игры — стоять как оловянный солдатик. Крис, словно прочитал мои мысли, освободил от пут руки.
— Обними меня, Софи. Хочу, чтобы ты меня обнимала, — велел он.
Даже крайняя степень возбуждения не помешала мне задать идотиский вопрос.
— Зачем?
Крис ухмыльнулся.
— Просто хочу.
Разве могла я сопротивляться после этого аргумента? Одной рукой я обвила его плечи, а второй нашарила пуговицы на джинсах. Одна, вторая, третья. Штаны упали вниз вместе с боксерами.
Его пальцы в это время поделывали то же самое с моими брюками. Крис немного притормозил, нащупав кружево трусиков. Он опустил глаза, чтобы рассмотреть их.
— Красные, — хмыкнул Мэйсон, — Я польщен.
Хотелось врезать ему по самодовольной физиономии, но меня отвлек его палец, который гулял по атласной резинке на белье, дразня меня. Все, что я могла сделать — это сжать посильнее в кулаке его волосы и скулить чуть тише, чем Крису хотелось бы.
Наконец, он наигрался с бельем, избавился от него, провел ладонь по моей попе, сжал.
И тут меня осенило.
— Я не предохраняюсь, — хорошо, что вспомнила, вряд ли он бы сам поинтересовался.
— Буду осторожен, — пообещал Крис.
Нужно было хотя бы спросить, не болеет ли он какой-нибудь генитальной дрянью, а лучше потребовать справку или, в крайнем случае, поинтересоваться, когда проверялся в последний раз. Но его руки ласкали обнаженную кожу моих ног, рисуя замысловатые узоры, и все, о чем я могла думать: «Какого черта ты тянешь, Мэйсон?»
Крис будто услышал эти мысли, крепко сжал мои бедра, немного присел.
— Держись.
Он вошел в меня резким толчком. Мы одновременно вскрикнули и замерли на миг.
Я слегка двинулась вперед, осознавая, что он еще не полностью во мне. Рука Кристофера скользнула под мое колено, заставляя поднять ногу, закинуть ему на пояс. Другой рукой он уперся в стену.
Я ожидала, что он набросился на меня со всем пылом, но Крис слишком аккуратно отстранился и снова вошел медленным, вкрадчивым выпадом. И опять не до конца. Это было восхитительно. Но недостаточно.
— Тебе больно? Я постараюсь сдерживаться, — проговорил он, прерывисто дыша.
По всему было видно, что сдерживался мой звездный друг с большим трудом.
— Нет, не надо, — я резко толкнулась ему навстречу, чтобы получить все целиком.
Крис глухо охнул, замер. Я практически повисла на его шее, зашептала:
— К черту сдержанность.
Хочу свирепости. Неукротимости. Буйства. Хочу, чтобы он наслаждался моим телом, погружался в него, как в омут. Я крепче обвила ногой его талию, опустила руки и вцепилась в его бедра, толкнулась навстречу, молчаливо требуя большего. Подгоняя.
— О, Боже, Софи, — проскулил он и изо всех сил врезал кулаком по стене.
Выдержка покинула Кристофера, и он дал волю чувствам, вонзился в меня целиком. Я застонала и встретила его на полпути, сгорая в огне ощущений. Он был слишком велик для меня. Слишком силен. Слишком неистов. Абсолютно идеален.
Теперь Крис замедлял темп, лишь чтобы подразнить. Чтобы заставить меня взлетать навстречу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я чувствовала его рот на своих губах, плечах, шее. Мои ногти впивались в его спину сквозь ткань майки. Из его горла вырывался звериный рык, оповещая, что конец близок. Он не продержался и двух минут. Почти отпрыгнул, чтобы выйти из меня. Я взяла в руку горячую плоть, мягко сжала, продлевая его удовольствие. Крис задрожал, застонал, и теплые струи потекли по моей ноге.
Он долго не мог пошевельнуться, не мог отдышаться. Просто крепко держал меня в объятиях. Я стояла, уткнувшись носом в его грудь, ласково поглаживая.
— Софи, — позвал Крис.
Он тронул еще дрожащей рукой мои волосы.
— Ты в порядке?
Я кивнула, пряча лицо, чтобы не встретиться с ним взглядом.
— Прости, если я был… груб или слишком тороплив, — прохрипел он. — Не знаю, что на меня нашло? Я обычно не… Это не то, что…
Я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Прощения просит? Крис Мэйсон извиняется передо мной за самый восхитительный сумасшедший секс? Пусть не самый долгий, но все же. Ни с кем другим я такого не испытывала.
— Софи, — он решил-таки до меня докопаться, — Я сделал что-нибудь, что тебе не нравится?
Кристофер аккуратно, но твердо потянул меня за волосы, заставил запрокинуть голову, посмотреть на него. Я сжала губы, чтобы они не растянулись в улыбке. Сказала как можно серьезнее, стараясь и не обидеть, и поиздеваться:
— Если и сделал, то все произошло так быстро, что я не заметила.
— Хочешь переиграть? — предложил Мэйсон.
Беспокойство в глазах тут же сменилось мальчишечьим озорством, а уголок губ пополз вверх, создавая на его лице мою любимую кривоватую ухмылку.
— По части игры ты, кажется, профи.
— О да, я такой.
Крис стянул с себя майку, начал освобождать меня от все еще намотанного пододеяльника и топа.
Кровь прилила к щекам, когда он аккуратно расстегнул замок бюстгальтера, стал рассматривать грудь, слегка поглаживая.
Крис наклонился к моему уху и зашептал:
— Нужно либо тише кричать, либо не краснеть, когда я тобой любуюсь, — он мягко куснул мочку, — Иначе одно с другим не стыкуется.
— Я постараюсь… не кричать.
Крис тихо хмыкнул, отстранился, взглянув на меня проговорил:
— Ты очень красивая. Спортивная и мягкая одновременно. Не нужно стесняться.
Я опять потупилась не в силах выдержать пронзительной стали его глаз.
— Крис, мы едва знакомы. Кино не в счет. Как я могу не стесняться?
— Пойдем, — он потянул меня на другой конец комнаты и совсем не в сторону кровати, — Будем знакомиться и раскрепощаться.
Кристофер плюхнулся в кресло у компьютерного стола, усадил меня себе на колени боком.
Я опустила голову, пряча пунцовое лицо и бесстыжие глаза за волосами. Он отвел их в сторону, заправив мне за ухо, погладил по щеке.
— Не надо стесняться. Это же я только что обкончался, как подросток.
Но ты же хотел, — я, наконец, осмелилась взглянуть на него, — хотел обкончаться.
Бархатный грудной смех.
— Даже не представляешь, как сильно хотел.
Он провел пальцем по моим губам.
— Ты необыкновенная.
Хотелось поспорить, потому что я самая что ни на есть заурядная. Но не стала ему перечить. Пусть думает, что необыкновенная. Мне не жалко.
Его рука спустилась ниже, прошлась по шее, накрыла мою грудь, лаская нежными поглаживаниями. Крис склонил голову, губы обхватили сосок, втянув его в горячий рот. Поерзав, я чувствовала, что он уже полностью готов знакомиться со мной близко-близко. Он продолжал посасывать сосок, дразня пальцем второй. Свободная ладонь скользнула вдоль позвоночника по моей спине снизу вверх. Я вскрикнула от этой легкой ласки и выгнулась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Как интересно. Эрогенная зона? — он даже оторвался от груди.
Я не ответила. И так все было понятно.
