Устроившись в шикарном коттедже и не без некоторых потрясений перетащив парализованного мистера Ванса, Бреди, Мегги и Майк осматривались вокруг и подмигивали друг другу.
Посыльные ушли. Предложение помочь распаковать вещи Мегги отклонила. На серванте для них были приготовлены две бутылки шампанского в ведре, наполненном кубиками льда. Там же были цветы и огромная корзина с фруктами.
– Очень мило, – произнес Бреди. – Этого мне всегда и хотелось: жить в роскоши за чужой счет. Майк, открой-ка одну из этих бутылок. Будем пользоваться преимуществом нашего положения, пока есть возможность.
Мегги обошла коттедж, обнаружив три спальни, три ванные комнаты и крошечную кухоньку. В тот момент, когда Майк открыл шампанское, Мегги вошла в гостиную.
– Боже, какой шик! Просто шик! – крикнула она. – Вы только взгляните на все это!
– Это лучший отель в мире, – уточнил Бреди. – Давайте чокнемся.
Потом, потягивая шампанское, Бреди сказал:
– Мегги, нам нельзя терять время. Я хотел бы, чтобы ты прошлась. Свое задание ты знаешь. Нам необходимо узнать, где находится сейф.
– Один уже есть. Портье за стойкой совершенно ошалел, увидев меня. Если мне удастся минут десять побыть с ним наедине, он будет готов.
– Тогда постарайся, беби, застать его одного.
Анита по сходням поднялась на бот Мануэля. Она видела очертания его фигуры в свете, исходящем из передней каюты. Он уже ждал ее и поднял в знак приветствия руку, когда она показалась на пороге.
В душной каюте, где был и Фуентес, нервно грызущий ногти, она устало опустилась на скамью и положила руки на засаленный стол, где Мануэль обычно обедал.
– Я приступил к организации дела, – сообщил он, усаживаясь напротив Аниты. – Прежде всего, у меня есть новость о твоем муже. Педро все еще без сознания, но он выживет. Ему обеспечен прекрасный уход. Ты можешь не беспокоиться о нем.
Анита сжала руки в кулаки и закрыла глаза. Мануэль, наблюдавший за ней, увидел на лице ее выражение, полное самоотверженной любви к этому бездарному тупице, и удивился этому.
– Полиция пытается установить его личность, – продолжал он, – но она наткнулась на стену молчания. Я предупредил наших людей, чтобы они не давали им никаких показаний. Педро, придя в сознание, тоже скорее всего будет молчать. Так что положение обнадеживающее. Теперь у нас есть время, чтобы осуществить твой план. Это хорошо, что ничего не придется делать в спешке.
Анита испытующе посмотрела на него:
– Мой муж выживет?
– Да, один из интернов в больнице – мой хороший приятель. Он говорит, что Педро тяжело ранен, однако он выкарабкается.
По лицу Аниты потекли слезы. Она нетерпеливо вытерла их.
– Итак?..
– Мы должны немного подождать, чтобы Педро был в состоянии перенести поездку. Было бы глупо спешить в этой ситуации. Если мы слишком рано вытащим его из реанимации, он может не выжить, – спокойно проговорил Мануэль. – Ты понимаешь? Я думаю не только о деньгах, но и о твоем муже.
Анита кивнула.
– Вот и хорошо. Я очень много думал об этом. Мы должны прибегнуть к давлению, причем настолько сильному, чтобы полиция выдала нам Педро.
– Давление? – Анита растерянно посмотрела на Мануэля. – Какое давление? Я не понимаю…
– Отец Уорентона, конечно, заплатит выкуп. Пять миллионов для него ничто, но освободить Педро – это значительно более сложная проблема. Думаю, что полиция окажет сопротивление, поэтому необходимо прибегнуть к шантажу.
– Какой шантаж? Я все еще ничего не понимаю.
– «Спэниш Бэй» – самый лучший и красивейший отель в мире. Для туристов он символ их положения. Даже если они и не живут в отеле, то все равно стремятся бывать там. Как сообщают мои информаторы, если их спрашивают, обедали ли они в «Спэниш Бэй», честолюбцы просто обязаны ответить утвердительно, если не хотят потерять лицо. Это снобизм богатых людей. У меня есть приятель, который работает в муниципалитете. Он говорил мне, что доходы города сократились бы наполовину, если бы не было этого отеля. Владелец отеля, Дюлак, – личный друг нашего мэра. Теперь, когда Дюлак узнает, что в его отеле спрятана мощная бомба, которая взорвется, если он не уговорит мэра и полицию освободить Педро, владелец сделает все возможное, чтобы выполнить наше требование. Мы должны дать понять, что бомба нанесет отелю такой ущерб, что выведет его из строя на несколько месяцев.
– Но предположим, мэр и полиция поймут, что ты просто блефуешь? – спросила Анита.
Мануэль злобно ухмыльнулся:
– Я никогда не блефую. Все будет по-настоящему. А твоя задача – найти место в отеле, где можно было бы спрятать бомбу.
Она широко раскрыла глаза:
– У тебя есть бомба?
Мануэль кивнул:
– Через несколько дней у меня будет две бомбы. У меня много благодарных мне друзей. Я разговаривал с одним парнем. Если бы не я, он отсидел бы в тюрьме лет тридцать. Этот парень – эксперт по взрывчатым веществам. Я объяснил ему, что я хочу. В данный момент он готовит две бомбы. Первая бомба – это мелочь. Большого ущерба она не принесет, разве что вылетит пара стекол. Вторая же может разнести все вокруг. После того как мы займем апартаменты, останется только нажать одну из двух кнопок. Со взрывом радиоуправляемой маленькой бомбы Дюлак поймет, что я не блефую. Стоит нажать вторую кнопку, и отель перестанет функционировать, как я сказал, в течение нескольких месяцев.
Анита покраснела от возбуждения.
– План просто великолепный! Ты действительно «господин своего слова»! А где я должна спрятать бомбы?
– Немаловажный вопрос. Маленькую бомбу нужно спрятать в холле отеля. Она не настолько мощная, чтобы кого-нибудь покалечить, но от нее будет много шума и разбитых стекол.
– А большую бомбу?
– Об этом я много думал. Я рассуждаю так: где, собственно, находится сердце отеля? Кухня! Если мы пригрозим, что взорвем кухню, Дюлак поймет, что его прекрасный отель выйдет из строя. Итак, большую бомбу ты спрячешь в самом надежном месте на кухне.
Анита глубоко вздохнула:
– Да, но это будет не так просто. Там постоянно кто-нибудь находится и днем и ночью. Кухня никогда не прекращает работу.
– Если тебе нужен твой муж, ты должна решить эту проблему. У нас есть время. Подумай над этим. Я не вижу другой возможности освободить Педро. Это единственный путь.
Анита, некоторое время сидевшая неподвижно, наконец кивнула и встала.
– Я найду такое место, – заверила она. – Ты умный человек. – Она положила руку на плечо Мануэля. – Спасибо тебе.
Когда она ушла, Фуентес завопил:
– Кого волнует этот ублюдок Педро? Пять миллионов долларов! К черту идею с бомбами! Это сумасшествие!
– Если это возможно, Педро уйдет с нами, – холодно сказал Мануэль. – Я дал ей слово, и это окончательно.
– Не горячись, – проговорил Фуентес. – Ты только подумай, ну кому захочется иметь дело с бомбами? Разве ты не видишь…
Мануэль перебил его:
– В таком случае иди, друг мой. Иди в порт, и пусть тебя там схватит полиция. Или ты работаешь вместе со мной и делаешь то, что я говорю, или можешь уходить!
Фуентес некоторое время молчал. Он понял, что у него нет другого выбора и придется принять условия Мануэля.
– Я буду работать с тобой, – произнес он наконец.
Мануэль наклонился и похлопал Фуентеса по плечу:
– Прекрасно сказано. За это надо выпить…
Его холодные глазки в упор уставились на Фуентеса.
– И помни, если я пью с человеком, который говорит, что будет со мной работать, это означает обязывающий договор. Понятно?
Они посмотрели друг другу в глаза, и Фуентес натянуто улыбнулся.
– Договорились, – заключил он.
Восемь детективов из Парадиз-Сити и еще шесть, присланных из Майами, прочесывали район Сикомб в поисках Фуентеса. У них была также фотография Педро Сертиса, сделанная, когда он лежал без сознания на больничной койке. Никто не знал Педро, никто его никогда не видел. Точно так же, как ни одни человек не видел Фуентеса. Наказ Мануэля действовал.
Кубинские рабочие выполняли указания Мануэля. Однажды, сказал он им, у любого могут быть неприятности с полицией. Стена молчания раздражающе действовала на полицейских, которые в этой удушающей жаре входили в каждый дом, стучали в каждую дверь, предъявляли фотографии и спрашивали одно и то же:
– Вы видели этих людей?
Лепски с детективом второго класса Максом Джейкоби обрабатывали район гавани. Этот богатый парень, владелец яхты, ходатайствовал о выдаче разрешения на ношение оружия для кубинца с тем, чтобы тот мог охранять его яхту. Салинсбери отплыл на Багамы, но, судя по документам, Фуентес так и не сдал оружия. Лепски полагал, что кто-нибудь из ночных сторожей, охраняющих другие суда, должен знать, где можно найти Фуентеса.
Шагая с напарником по набережной, Лепски жевал сухой чизбургер и ворчал. Было уже двадцать два тридцать, и он без конца вспоминал о курице, которую накануне оставил на стойке бара у Гарри Аткина, когда началась перестрелка.
