id="id13">
Другие плавания вдоль
атлантического побережья Африки
Помимо плавания Ганнона древние все же совершали вояжи вдоль африканских берегов со стороны Атлантики в пределах, дозволенных господствующими ветрами — то есть до Канарских островов и мыса Юби.
В V веке до н. э. карфагеняне вели меновую торговлю золотом в некоторых неизвестных нам пунктах ливийского побережья, скорее всего на юге сегодняшнего Марокко, где в горах Атласа существовали золотые копи. Вполне вероятно, что золото, добываемое в Судане, отправлялось на север по суше, но это лишь предположение. Единственный источник на этот счет — Геродот.
Точно неизвестно когда, но не позже IV века до н. э., некий Эвтимен якобы достиг реки, где обитали животные, похожие на тех, что водятся в Ниле, которых редактор рассказчика определил как крокодилов и гиппопотамов. Можно предположить, что речь идет о реке, которая «берет начало в Атлантике и пересекает Ливию, гонимая летними ветрами»! Замечательная теория, базирующаяся на полном незнании гидрографии и законов тяготения…
Этот сюжет известен нам от более поздних авторов — Сенеки (I век), Аристида (II век), Марциана Гераклейского (IV век), передавших этот комичный сюжет без искажений.
Более интересным является текст, относящийся, по-видимому, к IV веку до н. э. и известный под названиями «Путешествие по Средиземному морю», «Путешествие Скилака из Карианды», или «Псевдо-Скилак». В этом оригинальном труде, принадлежащем вовсе не Скилаку, командующему флотом царя персов Дария, а анонимному греческому автору IV века, приводятся дополнения к примитивному описанию восточной части Средиземноморья. Автор ведет нас от Геркулесовых столпов к мысу Гермеса, к Ликсу, реке Крабис, на берегу которой стоит вилла финикийца Фимиатерия, к мысу Солоес с храмом Посейдона, затем к реке Ксиони, острову Серне (мыс Могадор), неподалеку от которого живут «эфиопы», очень высокие и красивые, прекрасные всадники, виноградари и виноделы.
Информация, за исключением топонимики, довольно точная, особенно то, что касается отношений между карфагенянами и «эфиопами» (вероятно, ливо-берберами с «обожженными лицами», более темными, чем у жителей Средиземноморья, но не неграми-африканцами). Но текст этот относится только к марокканскому побережью — территории, находящейся исключительно во владении карфагенских купцов, к тому же это текст из вторых рук.
В лице Полибия мы имеем дело с путешественником, который вернулся из дальних странствий домой. К сожалению, описание его путешествия дошло до нас в виде текста, исправленного и искаженного Плинием Старшим.
От самого Полибия мы узнаем, как он путешествовал по океану, вдоль берегов Ливии — в ознакомительных целях, как для себя, так и для читателей. Экспедиция состоялась в 147 или 146 г. до н. э., в то время, когда Сципион Африканский совершал свой знаменитый поход и должен был захватить и разрушить Карфаген; немного позже наш историк возвращается в Грецию.
Путешествие его, помимо научных, имело еще и политические цели: определить масштабы карфагенской торговли вдоль побережья Африки. Впервые были названы отдельные пункты этого побережья, которые можно идентифицировать с современными их названиями, вместо мифических указаний авторов, предшественников Полибия. Среди них и остров Серне, или Керне, он не может быть не чем иным, как Могадором, а Дарат — это Драа, где «водятся крокодилы». Высокий мыс Гесперид находится в одиннадцати днях пути от неизвестного пункта, обозначенного в тексте словом «отсюда», но в середине которого находится Атлас. Он весьма напоминает мыс Юби, а Феон Охема не может быть не чем иным, как горами Анти-Атласа.
Упоминаемая Полибием река Бамботум — единственное у него гидрографическое название, не поддающееся расшифровке. По словам Плиния, она полна крокодилов и гиппопотамов, что представляется выдумкой, поскольку сегодня эти животные обитают только к югу от Сахары и в те времена уже не жили в столь северных районах, особенно гиппопотамы. К тому же надо еще разобраться, каких животных называли тогда крокодилами. Возможно, речь шла о крупных варанах. По-гречески крокодилы и ящерицы называются одинаково — krokodeilos.
Совсем другое дело гиппопотамы. Нуждающиеся в большом количестве воды, они первыми исчезли из неолитической Сахары, в то время как слоны, носороги и жирафы там уцелели. Они чрезвычайно редко встречаются на наскальных рисунках. Скорее всего, они уже не водились на юге Марокко в эпоху античности.
Несомненно, в ссылках Плиния сохранилось скорее эхо более ранних работ, где проводится параллель между Нилом и реками южнее Марокко. Отметим также, что Витрувий, опиравшийся, вероятно, на те же источники, говорит: «Лучшим доказательством того, что истоки Нила находятся в Мавритании, является то, что с противоположной стороны гор Атласа рождаются другие реки, также текущие на восток и впадающие в океан, в которых обитают ихневмоны, крокодилы, звери и рыбы, подобные тем, что водятся в Ниле, за исключением гиппопотамов».
Древнее изображение гиппопотама
После того как в течение веков анонимные карфагеняне плавали вдоль берегов Африки, о чем не осталось никаких письменных упоминаний, здесь мы, благодаря Полибию, имеем ценные сведения об Атлантическом побережье Африки — от Гибралтарского пролива до мыса Юби: реки обозначены названиями, похожими на те, которые они носят сегодня. Имеется также несколько упоминаний о расстояниях в милях и о количестве дней плавания между различными городами, мысами и реками, а также некоторые данные о населении и фауне.
Еще один путешественник посетил марокканские берега с исследовательской целью — это грек Эвдокс из Кизика. Сведения о нем имеются у Поседония и Страбона. Отнесенный ветрами к мысу Гуардафуй, он нашел там кусок носовой части корабля, который был признан в Александрии частью судна из Гадеса, принесенной туда из Л икса: это произошло между 117 и 108 гг. до н. э. Эвдокс решил доплыть до Индии, обогнув Африку с востока на запад. На одном большом корабле и другом поменьше он вышел из Гадеса и, плывя параллельно берегам, потерпел крушение на юге Марокко, в стране, «соседней королевству Боккуса». Из обломков разбитых судов он построил новый корабль и повернул назад, пройдя мимо острова, хорошо орошаемого и лесистого — без сомнения, Мадейры, откуда и вернулся на марокканский берег.
Он не объявлял о своем замысле кругосветного плавания: построив круглое судно-парусник и корабль на пятьдесят весел, он снова отправился в путь, намереваясь перезимовать на открытом им острове, а затем продолжить плавание. Из этой последней экспедиции он не вернулся…
Остров Мадейра должен был быть известен карфагенянам, если верить Диодору Сицилийскому. После них к острову, должно быть, приставали корабли из Гадеса и было это около 80 г. до н. э. Есть упоминания о том, что римский военачальник Серторий имел намерение там обосноваться. Однако остров оставался необитаемым до повторного обнаружения
