З а у р. Добрый день. Если это Нармина, она очень здорово изменилась.
С е к р е т а р ш а. Привет, Заур. Я уже второй день ее заменяю. Пока она не выздоровеет.
З а у р. А что с Нарминой? Что-нибудь серьезное?
С е к р е т а р ш а. Нет, по-моему. Сказали, нездорова. (Берет трубку зазвонившего телефона.) Нет, Бадирова нет и сегодня не будет. Не знаю… (Кладет трубку.)
З а у р. Значит, нет Бадирова?
С е к р е т а р ш а. Здесь он. Приказал с городом не соединять. Всем без исключения отвечать, что его нет. А ты можешь зайти.
Заур входит в кабинет.
В кабинете.
Б а д и р о в. А, Заур. Здравствуйте. Очень рад вас видеть. Садитесь.
Заур садится напротив, молчит.
Вы, наверное, по делу. И это естественно… Но вы знаете, я сегодня вдруг подумал, что как это в принципе неправильно, что мы — я имею в виду людей определенного типа — общаемся только по делу. Занимаемся серьезнейшими проблемами, трудимся не покладая рук и при всем том забываем о еще более важном — о том духовном удовлетворении, которое получаешь только в общении с близким по духу, умным человеком.
Заур удивленно слушает.
(Не дожидаясь ответа, приветливо.) Так какое у вас дело?
З а у р (протягивает папку, говорит непослушными губами). Вот. Дело. Соображения, главным образом.
Б а д и р о в (открывает обложку, читает). «…тот будет самым счастливым человеком на земле». Здесь, по-моему, что-то личное… (Протягивает записку Зауру.)
З а у р. Да. Это действительно личное. (Берет записку и во время разговора держит ее развернутой перед собой.)
Б а д и р о в. Интересно. Очень интересно. В целом это повторяет замысел Таирова, но с весьма существенными различиями. Это уж я целиком и полностью расцениваю как вашу заслугу. Ну что ж, эта статья будет весьма солидным подкреплением при защите диссертации. Пошлите в журнал «Нефть и газ». Они обеими руками за нее схватятся. А вы молодец, быстро разобрались в сути дела.
З а у р (кладет руку на записку, окончательно собравшись с духом). Это не статья, а рабочий план.
Б а д и р о в. Да?
3 а у р. Я ведь за этим пришел. Чтобы вы мне разрешили. Я оставлю свою…
Б а д и р о в. Нет.
З а у р. Почему?
Б а д и р о в. По многим причинам, занимайтесь своей работой. От этого будет больше пользы и вам и промышленности.
3 аур. Разведка мезозойской нефти вообще свертывается?
Б а д и р о в. Почему же? Она будет вестись параллельно с разведкой обычных плиоценовых месторождений.
З а у р. Но ведь тогда на то, чтобы ее найти, очень мало шансов. Этим же специально надо заниматься. Как Таиров.
Б а д и р о в. Вот именно, Таиров занимался. И, как выяснилось, совершенно зря. Сколько он времени напрасно потерял. Ведь талантливейший человек был, неслыханных высот достиг бы, если бы не бросил свою основную работу и не переключился на это. (Бадиров постукивает пальцем по папке.)
З а у р. Таиров не напрасно потратил время. Я давно хочу сказать вам… При некоторых заводах, выпускающих станки или сложнейшие электронные машины, функционируют мелкие мастерские, которые изготовляют из отходов пуговицы или шариковые ручки, в лучшем случае — пылесосы. При многих заводах есть такие мастерские.
Б а д и р о в. Не понимаю, к чему вы клоните?
З а у р. Я хочу сказать, что наша с вами научная работа — это как раз и есть та мастерская, которая выпускает пуговицы, подтяжки и примусы под вашим руководством.
Б а д и р о в. Вы забываетесь, молодой человек.
З а у р (мстительно). Давно. Мы тешим себя сознанием, что развиваем науку, а ведь никакой науки и в помине нет. Если не считать пуговиц, подтяжек и примусов. Науку другие делают. А мы в это время все умиляемся: ах, мы тоже не хуже других, ах, мы тоже в русле… А русло-то давно пересохло. А когда к вам приходит настоящий человек, человек науки — я имею в виду Таирова — и предлагает большое дело…
Б а д и р о в. Ни один человек –не посмеет сказать, что я не поддерживал Таирова.
З а у р. Верно. Поддерживали, но недостаточно, и в то же время пугались, потому что большое дело неизбежно связано с большим риском. Вам не приходило в голову, что вы в долгу перед ним и этот долг вам никогда не удастся вернуть? А ведь раньше вы таким не были.
Б а д и р о в. Раньше вы меня не знали.
З а у р. Знал — я говорю о вашей книге, по которой когда-то сдавал экзамен.
Б а д и р о в. Что с вами происходит, Заур? Вы очень взволнованы. Уходите, я вам обещаю, что мы еще вернемся к этому разговору.
З а у р. Нет. Мы никогда больше к нему не вернемся, потому что, если вы мне сейчас откажете, я сегодня же уйду с работы.
Б а д и р о в. Это ваше личное дело.
З а у р. В память о Таирове… Вы-то ведь понимаете, что это не пропащее дело. Вы все время говорите о государственных деньгах и забываете о государственной выгоде. Я говорю о мезозойской нефти. Ведь она есть, ждет, когда к ней будет проложена первая скважина. Миллиарды тонн ждут нас там, в мезозое. Вы говорите, что на это может уйти пять-десять лет, а ведь не исключается, что уйдет три года или пять. Я уверен, что так и будет.
Б а д и р о в. Хорошо, я готов допустить, что меня вы убедите, но министерство никогда вторично на это не пойдет. По крайней мере сейчас, при нынешних методах разведки.
З а у р. Даже зная, что вы — за?!
Б а д и р о в. Однако хватка у вас мертвая! (Несколько раз нажал кнопку звонка. Секретарше.) Принесите чай! (Зауру.) Я уверен, вы сами поймете всю абсурдность вашей затеи. Лучшие свои годы потратить на дело, успех которого никто, и вы сами, не может гарантировать. Разочарование каждые три года после очередной географической разведки и двенадцати километров проходки. И каждый раз все сначала! Все с нуля. А в это время другие ваши сверстники, гораздо менее способные, чем вы, будут преуспевать, добиваться успеха, которого могли бы добиться вы. Ведь в конце концов вас никто не поблагодарит, неудачников просто не замечают. Вы бросаете верную тему, пусть небольшую, но верную. Я очень хотел бы ошибиться, но мне кажется, что вы делаете первые шаги неудачника. Я должен, просто обязан вас предостеречь, ради своей совести. Вы хотите что-то спросить?
З а у р. Да. Мне очень интересно. Про вас все говорят, что вы с первых шагов делали все так, как надо, как полагается. А сейчас вы можете с уверенностью сказать, что вы довольны своей жизнью?
Б а д и р о в (с любопытством смотрит на Заура). Да. На этот раз попали в точку. Доволен. Я знаю, вы хотели бы услышать другой ответ. Но это правда — я счастлив. Вы не догадываетесь отчего, и не старайтесь это понять. А теперь уходите! Немедленно! Вы наговорили мне неслыханные вещи, и я только могу попытаться догадаться, почему я все это слушал.
З а у р. Но вы обещаете?
Б а д и р о в. Я вас пытался предостеречь. Потом пеняйте на себя. Я поговорю с министром. Я буду у него. Скажу вам откровенно — сегодня я не уверен, что он прислушается к тому, что я говорю. Если хотите знать, мне самому интересно, что может сегодня сказать мне министр. Очень интересно. Есть на то причина. Но я все же надеюсь. Позвоните мне. Нет, сегодня я больше не вернусь. Я сам позвоню вам в три часа.
З а у р. И вы скажете ему, что вы — за?!
Б а д и р о в. Приблизительно. Я скажу ему, что я думаю о вас и о мезозойской нефти. В комплексе. Но ничего не обещаю. До свидания. (Проходит к двери, говорит вслед уходящему Зауру.) Неужели вы даже не жалеете о том, чего лишаетесь? Или вам воображения не хватает? Подумайте, на что себя обрекаете?! Это ведь лучшие ваши годы!
Искусственное основание № 10. По сходням только что причалившего катера спускается Заур. Его встречают Сабир, рабочие бригады.
З а у р. Здравствуйте. Все в порядке?
С а б и р. В порядке, в порядке! Ты думаешь, раз ты уехал, все без тебя развалилось! Незаменимых нет, пойми!
З а у р (перебивает). Пожалуйста, говори о деле. Показывай, что где происходит.
С а б и р. Я же говорю, все в порядке. Весь куст работает на полную силу. Первая барахлила, мы немного глинистого раствора закачали — суточный дебит сразу на двадцать тонн подскочил. Остальные как при тебе были, так и остались — по тридцать пять — сорок тонн в сутки!
З а у р. Ясно. А где Рауф?
С а б и р. А он не приехал. Сегодня его еще не было.
З а у р (удивленно). Где бы он мог задержаться? (Проходит в помещение вместе с Сабиром.)
С а б и р. Давай прощаться. Я все оформил, сейчас поеду получать расчет в управлении.
З а у р. Подожди, Сабир, ехать, как бы не пришлось тебе обратно оформляться.
С а б и р. Я не раздумаю. Я тебе перед отъездом все сказал.
З а у р. Помню. К тому и говорю. Потерпи, а ровно в три часа я тебе, может быть, скажу кое-что.
