Может ли измениться мозг взрослого человека?
Долгие годы нейробиологи считали мозг взрослого человека чем-то сложившимся и завершенным. Он не меняется и способен меняться не более чем биллиардный шар, отдельные нейроны не восстанавливаются. Согласно этим классическим представлениям, в такой стационарной системе просто раз за разом выполняются определенные ментальные программы. Отдельные решения не влияют на функционирование системы, а представляют собой скорее иллюзию, созданную ее функционированием.
Но в последние годы нейробиологи обнаружили, что мозг взрослого человека в действительности чрезвычайно пластичен. Как мы увидим, если нейронные цепочки используются достаточно активно, они развиваются. При сниженной активности они остаются прежними или уменьшаются в размерах. «Трафик» через наши нейронные цепочки зависит главным образом от того, чему мы предпочитаем уделять внимание. Мы не только можем принимать решения, сосредотачиваясь на одной, а не на другой мысли, но и в состоянии менять структуру нейронных сетей в нашем мозге, выполняя подобные действия постоянно. Опять-таки это было продемонстрировано экспериментально[101] и даже применено психиатрами при лечении обсессивно-компульсивного расстройства[102].
Так что же происходит у нас в мозге, когда мы принимаем решение? Согласно модели, которую разработали Х. Стапп и Дж. М. Шварц, основанной на интерпретации квантовой физики фон Неймана, осознанные усилия образуют паттерн нейронной активности, который становится шаблоном для действия[103]. Но этот процесс не относится к механическим и материальным. В нашем мозге нет шестеренок и колес. Есть ряд возможностей; решение вызывает квантовый коллапс, в результате одна из этих возможностей становится реальностью. Причина – ментальное фокусирование, так же, как в случае квантового эффекта Зенона причиной становится непрекращающееся наблюдение физиков. Это и есть причина, и она не является механической или материальной. Одно из по-настоящему радикальных изменений, которыми мы обязаны квантовой физике, – подтверждение существования немеханических причин[104]. К ним и относится активность человеческого разума, которая, как мы убедимся, не идентична функциям мозга.
К чему ведет эта книга?
Непредвзятая нейробиология способна внести значительный вклад в создание модели разума (не являющейся иллюзией) и сообщить нам важные факты о духовном и мистическом опыте. Попутно эта книга подробно объяснит, почему современные материалистские нейробиологические теории разума и духовно-мистического опыта ошибочны.
В главах 2–4 представлены популярные теории духовного опыта, поддерживающие атеистическое мировоззрение, а также критика этих теорий. К примеру, Мэтью Альпер полагает, что человеческие существа запрограммированы эволюцией верить в Бога. В книге «Бог и мозг» Альпер утверждает, что духовность человека – не рациональный логический вывод и не проявление интуиции, а скорее, свидетельство генетически наследуемой особенности нашего вида.
Модель немеханических причин
В интерпретации квантовой физики, предложенной физиком Джоном фон Нейманом (1903–1957), частица, вероятно, существует лишь в том или ином положении; эти вероятные положения считаются «наложенными» одно на другое. Измерения вызывают «квантовый коллапс», то есть экспериментатор выбирает некое положение для частицы, тем самым исключая другие положения. Модель Стаппа и Шварца подразумевает, что аналогичным образом проявление внимания к мысли (ее измерение) удерживает ее на месте, вызывая коллапс всех возможностей в одной позиции. Эта стратегия прицельного внимания, которая применяется для лечения обсессивно-компульсивных расстройств, служит возможной моделью работы свободной воли в квантовой системе. Для этой модели принимается существование разума, который выбирает предмет внимания, точно так же, как квантовый коллапс подразумевает существование экспериментатора, который выбирает точку проведения измерений.
В главе 2 рассматривается эта мысль, здесь же показано, почему она бесполезна для обсуждения вопросов духовности. Кроме того, в главе 2 упоминается схожий довод о «гене Бога», предложенном молекулярным биологом Дином Хеймером (главой отдела структуры генов в Национальном институте онкологии США) в недавно опубликованной книге «Ген Бога: как вера запрограммирована в наших генах». Хеймер утверждает, что людьми, «совокупностью химических реакций, происходящих внутри оболочки», управляет их ДНК. Как и Альпер, он считает духовность человека адаптивным признаком (особенностью, которая способствует выживанию и способности произвести плодовитое потомство). Мы увидим, почему разговоры о «гене Бога» не имеют научного смысла.
В главе 3 рассматривается утверждение Джеффри Сейвера и Джона Рабина из Центра неврологических исследований Рида при Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, а также других ученых, считающих, что в мозге есть некий «элемент Бога» (или «модуль Бога»). Наличием этого элемента, по их мнению, объясняются религиозные видения, чувство экстаза и связанные с ними феномены. Некоторые ученые, изучающие эту идею, сосредоточили внимание на эпилепсии. Вилаянур Рамачандран, директор Центра мозга и когнитивной деятельности при Калифорнийском университете в Сан-Диего, поднял ставки, предположив, что в ходе своего исследования 1997 года открыл «место (или элемент) Бога» в мозге человека, способное подвести фундамент под идею религиозной веры как эволюционного инстинкта. Популярные СМИ, научное сообщество и академические круги привлекла мысль, что религиозная вера каким-то образом «запрограммирована» в человеческом мозге и представляет собой нечто вроде элемента. Мои исследования свидетельствуют о том, что результаты Рамачандрана просто указывают, что височные доли и лимбическая система участвуют в получении духовного и мистического опыта. Это не означает, что указанные области исключительно сами создают подобный опыт. В «Духовном мозге» демонстрируется роль ряда других участков мозга.
В главе 4 представлен обзор работы доктора Майкла Персингера, нейропсихолога из Лаврентийского университета в Садбери, Онтарио. Персингер изобрел шлем (названный «осьминогом» или «шлемом Бога»), якобы вызывающий духовный и мистический опыт путем электромагнитной стимуляции височных долей человека, надевшего шлем. Проблема этого исследования в том, что, как показали известные эксперименты, проведенные в Монреальском институте неврологии Уайлдером Пенфилдом, невозможно последовательно генерировать опыт определенного типа путем стимуляции человеческого мозга.
В главе 5 представлен ключевой вопрос «что такое разум?» С материалистской точки зрения, занимающей положение центральной догмы в современной нейробиологии, разум – это иллюзия, созданная мозгом. Таким образом, для современной нейробиологии вопрос заключается не в том, существуют ли свидетельства наличия конкретного духовного опыта у некоторых людей. Согласно этой догме у них по определению не может быть опыта, позволяющего им вступать в контакт с реальностью за пределами их самих, поскольку такой реальности не существует. Следовательно, опыт этих людей – иллюзия, созданная мозгом. Однако есть свидетельства того, что мозг и разум – не одно и то же, а это означает, что опыт реальности за пределами нас самих – действительно существующая возможность, которую мы исследуем.
В главе 6 представлены исследования, показывающие, что разум воздействует на мозг как нематериальная причина. Кроме того, я выдвигаю гипотезу способа взаимодействия разума с мозгом. Новые интересные научные исследования околосмертного опыта (ОСО), которые провели Питер Фенвик, Сэм Парниа, Брюс Грейсон и Пим ван Ломмель, обеспечивают дополнительную поддержку этих взглядов. Представлены также некоторые случаи, исследованные ученым Кеннетом Рингом и показывающие, что люди, слепые от рождения, способны видеть во время околосмертного опыта, в том числе и случай Пэм Рейнолдс, факт клинической смерти которой во время околосмертного опыта был зафиксирован. В целом получение околосмертного опыта во время остановки сердца вызывает вопросы о возможной связи между разумом и мозгом. По-видимому, разум и сознание продолжают существовать в то время, когда мозг не функционирует и состояние в целом удовлетворяет клиническим критериям смерти. Если дело действительно обстоит так, правдоподобно выглядит объяснение, что мистики на самом деле вступают в контакт с чем-то за пределами самих себя, находясь в глубоком мистическом состоянии.
В главах 7–9 обсуждается духовный и мистический опыт в целом. В главе 7 говорится о том, кто обладает мистическим опытом и что провоцирует его. Хотя у большинства людей нет подобного опыта (что подрывает материалистское эволюционное объяснение), он может быть спровоцирован разными способами. В частности, рассматриваются многие популярные и научные представления о мистике. Авторы «Духовного мозга» обращаются к трудам выдающегося зоолога, сэра Алистера Харди, в 1969 году основавшего Центр исследований религиозного опыта (RERU) в оксфордском Манчестер-колледже. Цель RERU – сбор и классификация современных отчетов о религиозном или трансцендентном опыте тех, кто приобрел его, а также исследование природы и функций этого опыта. Результаты продолжавшегося более восьми лет изучения более чем трех тысяч отчетов о мистическом опыте, полученных из первых рук, позднее были опубликованы в виде работы «Духовная природа человека» (The Spiritual Nature of Man). Наиболее частыми провоцирующими факторами оказывались молитва, медитация, красота природы, участие в религиозном поклонении. Выводы Харди указывают на ключевую роль молитвы и созерцания в христианском мистицизме.
