Читаем без скачивания Орфей и Ника - Андрей Валентинов

Все выяснилось в конце ноября, когда поступила команда выступать. Идти не пришлось, два стареньких транспортных самолета перебросили отряд с аэродрома севернее Яньаня до самой западной базы Красной Армии – города Ганьцзы в восточном Тибете.

Там пришлось задержаться почти на целый месяц. В Ганьцзы оказался не просто центр одного из освобожденных районов – в городе находилось правительство Советской республики Тибет, созданное три года назад, во время Великого Похода. Чифа встретили не только как гостя, в Ганьцзы он был «человеком из Яньаня», представителем далекого, но грозного центра китайской революции. Пришлось говорить речи, посещать правительственные приемы, словом, выступать в совершенно неожиданной роли дипломата. А в это время товарищ Лю уже начал разведку, уточняя будущий маршрут…

Выстрелы ударили вновь, теперь уже ближе. Десяток «серых» спустился почти к самой реке, похоже, пытаясь обойти тех, кто продолжал отстреливаться, не подпуская врага к вершине. Косухин прижал бинокль к глазам: «серые» двигались не особо грамотно, то и дело подставляясь под летевшие сверху пули. Да, похоже бандиты, причем не Бог весть какие опытные… А вот те, что отстреливались, вызывали уважение: целая рота ничего не могла поделать с несколькими бойцами. Чиф перевел взгляд на противоположный берег и тут же заметил ребят Лю, которые уже разворачивались в цепь. Замысел Лю Вэй-цзяна становился понятен: «серые», увлеченные боем, подставляли спину. Теперь оставалось лишь выждать нужный момент…

И тут громыхнуло. Казалось, в ущелье разорвалась бомба. Удар пришелся по барабанным перепонкам, гулко ответило эхо, а над вершиной вырос черный столб разрыва. Чиф понял: «серые» развернули орудие. Теперь их противникам придется туго, если, конечно, товарищ Лю не вмешается. Снова грохот – и вновь черный столб, на этот раз ниже, как раз там, откуда неизвестные вели огонь. «Серые», забыв о всякой осторожности, выбежали из укрытий, радостно крича и размахивая винтовками. Для них бой уже кончился. Орудие ударило третий раз, на миг в ущелье наступила тишина, но внезапно послышался резкий звук свистка. Чиф сразу узнал этот звук: сигнал к атаке. И почти тут же ударили пулеметы… Косухин передернул затвор карабина и бросился вниз, догоняя бойцов. Теперь все наконец стало ясно: враг оказался, как ему и положено, впереди, пулеметы – на флангах и можно было не изображать из себя стратега. Чиф скатился по склону, тут же угодив обеими ногами в воду: речка незаметно подобралась, подмывая берег, к самому краю скалы. Ноги, обутые в ичиги – горные сапоги без подошв, скользнули по мокрому камню, но Косухин все-таки удержался, высоко подняв карабин над головой, услыхал над самым ухом свист шальной пули и одним прыжком оказался на другом берегу.

Здесь все уже было кончено: несколько «серых» неподвижно застыли у самой воды, а остальные отступали в глубину ущелья, откуда и пришли. Где-то неподалеку взорвалась граната, Чиф автоматически пригнулся, но поспешил дальше. Еще один «серый» рядом с разбитым пулеметом, чей-то труп в старом порванном даньи, брошенная английская винтовка… И вот он добежал. Цепь бойцов двигалась вперед, гоня перед собою отступающих. Товарищ Лю заметил Чифа, укоризненно покачал головой, но Косухин, довольный, что на этот раз не остался в тылу, поспешил занять место рядом с молодым командиром.

– Хорошо бьет! – коротко бросил Лю, кивая на скрайбер, и на его лице вновь мелькнула улыбка. – Пулемет подбил, – добавил он немного погодя. Думали, за камнем усидят…

Чиф кивнул: камень скрайберу не помеха, впрочем как и железобетон, и двухдюймовая сталь. К счастью, на Земле это был единственный экземпляр остроумного изобретения инженера Вязьмитинова…

Цепь прошла еще с сотню метров, уже не встречая сопротивления. Стрельба постепенно стихала: «серые», сумев оторваться, были уже далеко. Впрочем, ушли не все, не менее двух десятков остались в ущелье, уже неопасных и никому не нужных. В первые недели вид трупов еще вызывал нервный озноб, но затем Чиф привык и к этому. На каменистом берегу безымянной речки лежали не люди – лежали враги, и, чем больше их осталось здесь, тем безопаснее будет путь отряда.

Лю остановил цепь и повернулся к Чифу:

– Товарищ Хо! Какие будут распоряжения?

– Убитые, раненые? – что делать после боя, Косухин уже знал.

– По-моему, обошлось… – Лю оглянулся и закинул скрайбер за спину. Разрешите уточнить?

– Да… Лю, я подойду к тем, на скале…

Косухин кивнул туда, где занимали оборону неизвестные. Лю Вэй-цзян задумался:

– Товарищ Хо, это опасно. Может, там тоже бандиты…

– Но… может, это те, кого мы ищем…

Косухин решительно направился в сторону нависавшей над ущельем скалы. Туда вела узкая тропа, вдоль которой лежали трупы в серых полушубках. Через несколько секунд Чиф услыхал шаги: его догонял десяток бойцов. Косухин лишь вздохнул, рисковать ему не позволяли.

Дойдя до места, где тропа начинала резко карабкаться вверх, он нерешительно остановился. Если там, на скале, действительно бандиты, поссорившиеся со своими товарищами по ремеслу, то первая же пуля уложит Чифа на месте, дальше укрыться негде. Один из разведчиков вопросительно кивнул, предлагая осмотреть тропу, но Косухин остановил парня. Что-то подсказывало, что там, наверху, – свои.

Чиф шагнул вперед, сорвал с головы кепи и принялся размахивать им. Наверху было по-прежнему тихо, но вот из-за скалы показалась высокая фигура в темной куртке и большой мохнатой шапке. Незнакомец постоял, очевидно приглядываясь к гостям, затем опустил руку с биноклем, и воздух прорезал резкий свист. Чиф почувствовал, как сердце радостно дрогнуло: значит, он не ошибся!

– Дядя Тэд! Дядя Тэд! Это я – Джон Косухин!

– Оу, Джон!

Человек забросил за спину винтовку и начал быстро спускаться. Красноармейцы, увидев, что «посланцу Центрального Комитета» опасность не грозит, присели на камнях, кто-то уже успел достать пачку трофейных папирос и чиркнуть огнивом, заменявшим в этих местах привычные зажигалки.

– Джон! Неужели ты?

По тропинке спешил высокий широкоплечий мужчина лет сорока, весь обвешанный оружием, с командирской сумкой на боку и цейссовским биноклем на шее. Несмотря на столь воинственный вид, а также на многодневную щетину, старившую моложавое, без единой морщины лицо, человек весело улыбался, время от времени изумленно покачивая головой.

– Ну Джон! Откуда ты взялся?

Человек говорил по-английски с заметным американским акцентом, столь популярным на Тускуле. Чиф шагнул вперед.

– Но мы же договорились… Здравствуй, дядя Тэд!

Сильные руки на мгновение оторвали Косухина от земли, затем последовал мощный удар по плечу:

– Ну, рад познакомиться, Джон!

Рукопожатие оказалось соответствующим, кисть тут же заныла.

– Твоя армия? – широкоплечий кивнул на бойцов, с интересом разглядывавших колоритного незнакомца.

– Ну… в общем-то, да.

– Здорово вы им дали! А я уж подумал, последний парад. Прижали нас еще утром и давай обрабатывать! А у нас патронов – по одной обойме осталось…

– Дядя Тэд, а почему ты не подождал нас в Кэбэнчунгу?

– Расскажу. Слушай, а ты вылитый отец!

Тэд повернулся и помахал рукой. Из-за камней показались двое, столь же обильно обвешанные оружием. Сообразив, что опасность миновала, они начали спускаться по тропе.

– Черт, и это называется археология! – Тэд улыбнулся и с удовольствием вдохнул пропахший порохом воздух. – Видит Бог, никогда не гонялся за острыми ощущениями!

– Товарищ Хо… – Лю подошел незаметно и теперь не без опаски рассматривал вооруженного до зубов археолога. Чиф спохватился.

– Дядя Тэд! Это товарищ Лю… Мой заместитель.

– Валюженич. Штат Индиана, – американец улыбнулся и протянул руку.

– О, товарищ Ю Жень! – Лю улыбнулся в ответ. – Я читал о вас.

– Увлекаетесь археологией?

Тэд говорил по-китайски скверно, но не хуже Косухина.

– К сожалению, нет, – командир Лю покачал головой. – О вас была статья как о большом друге Китая. Вы ведь подписали протест по поводу зверств в Шанхае…

– Подписать – не заслуга, – Валюженич нахмурился. – Знаете, мистер Лю, я был здесь впервые семнадцать лет назад и попал в очень похожую передрягу. Кстати, меня выручил в тот раз отец… товарища Хо. Годы идут, а здесь, похоже, все тот же ветер…

– Да, – Лю кивнул, – но не по вине китайского народа… Товарищи, нам лучше уйти. Бандиты могут вернуться…

– Точно! – в руках Валюженича тут же оказалась карта. – Черт, по ущелью дальше не пойдешь, напоремся… И откуда тут взялась эта публика?

Теперь карту рассматривали уже втроем.

– Вот – Лю указал на узенькую тропку, уводившую куда-то на север, попробуем обойти… Товарищ Хо, у нас потерь нет. Что делать с трофеями?

– Оу, заберем патроны! – вмешался Тэд. – Кстати, мистер Лю, я там, кажется, видел английскую одиннадцатизарядку. – Если не будет претендентов…