Читаем без скачивания Звонок другу - Фридрих Незнанский

Виктор сунул ей в карман сто рублей.

— Когда вернешься?

— Поздно.

— К двенадцати возвращайся, ладно? Я волноваться буду.

— Неужели? — откликнулась с лестницы Надя…

Они лежали в постели. Виктор потянулся к жене, нежно погладил спину, уткнулся лицом в волосы.

— Галя, Галчонок, ну повернись! Ну что ты мучаешь меня! Уже неделю… Я же живой человек.

— Я тоже. Живой человек, а не кухонный комбайн, — проговорила Галя в стену.

— Что мне сделать, чтобы ты оттаяла?

— Сам знаешь.

— Но не могу же я ее из дома выгнать! Не могу! Она моя дочь! Ты же знала, что у меня есть дочь, когда замуж шла?

— Я знала, что эта дочь живет в другом городе. И вот на тебе: привозят незнакомого человека, да и не человека, а волчонка, и сажают на шею. Корми, обстирывай, выслушивай гадости!

— Ей тоже тяжело. Она меня к тебе ревнует. Это возраст…

— А у меня что? Нет возраста? Еще лет пять — и смотреть будет не на что. Я для себя пожить хочу и для своей семьи. А она всех нас съест!

— Опять ты про еду…

— Я про все. Вон, уже полночь — и где она? Ей плевать, что ты волнуешься, что мы не спим. Я не могу так жить, это хуже коммуналки. Там хоть какие-то правила общие существуют. А у нас беспредел полный. Она нарочно Павлику заниматься не дает… — она вдруг горько, как девочка, расплакалась. — Ты должен как-то решить все это…

— Я обещаю, обещаю, — покорно проговорил Нережко.

— Нет, ты мне этих слов не повторяй, я их уже слышала, эти твои обещания. Освободи меня от Нади, слышишь! Сними ей комнату.

— На какие?..

— Мне плевать, на какие!.. Заработай, если ты мужчина! Или мы с Павликом уйдем к моей маме.

— Нет, не надо! Я что-нибудь придумаю! Только не уходи, Галя. Я без тебя жить не смогу, правда.

Галя молчала. Виктор встал, подошел к окну, закурил в открытую форточку.

Действительно, нужно что-то делать! Он, по вечной русской привычке, все же надеялся, что ситуация рассосется как-нибудь сама собой. Галя потихоньку привыкнет к падчерице. Надя оттает, не будет смотреть волчонком на собственного отца и его новую семью. Хотелось, чтобы все жили вместе, в любви и дружбе. Но это, видно, из области фантастики. И если уж выбирать, он выбирает Галю. Без Гали жизнь теряет смысл. Короче, Надю нужно отселить. Она сама поймет, что так лучше. И бывшая жена будет дочери деньги высылать. А то действительно посадила на шею и смоталась. Иначе все это добром не кончится.

Но для этого деньги нужны! Зарабатывать нужно на порядок больше.

Так… С кем-то я про это говорил? Ах да, Толька Скотников! Он же работу предлагал! Что же я сразу, дурак, не согласился? Неделя прошла, а он говорил, что вакансий мало. Нужно позвонить! Прямо с утра! Нет, сейчас!!

Он выбросил окурок, выскочил на кухню, к телефону. Только бы не опоздать!

От возбуждения Виктор забыл, что время перевалило за полночь. Но Скотников тут же отозвался…

Виктор вернулся в комнату и торжественно произнес:

— Галя, я тебе обещаю, что все-все решу! Все будет, как ты хочешь!

— Да? — обернулась Галя, шмыгая носом. — Через сколько лет?

— Через пару месяцев, — брякнул Нережко.

— Честно? — слезы еще блестели на ее ресницах, но слабая улыбка, ясная, как летнее утро, улыбка, которую он так любил, уже освещала ее лицо.

«Все для нее сделаю! Душу дьяволу продам, лишь бы она была счастлива!» — мысленно поклялся Виктор.

Глава 13

МЫШЕЛОВКА

Аня подошла к гостинице Россия. Само место встреч, назначенное Скотниковым, впечатляло. Правда, он должен был ее ждать не у главного входа, а в южном крыле, внизу, у спуска к Москве-реке. Но все же близость к месту проживания депутатского корпуса вселяла уверенность, что неведомая пока Ане организация достаточно респектабельна и в ладу с законом.

Она вошла в бар, расположенный в вестибюле, и увидела Скотникова, сидящего у одного из столиков. Он поднялся ей навстречу, радостно улыбаясь.

— Умница, пришла минута в минуту! Точность — очень важное качество для бизнесмена.

Аня хмыкнула. Все-таки Толя в ее представлении пока еще никак не сочетался с серьезной работой. Сибарит и балагур. Стихоплет и поддавалыцик. Но следовало признать, что внешне Толя изменился. Аккуратен. Костюм все тот же, явно не новый. Но отутюжен. Рубашка белоснежная. Вот й вместо вечно стоптанных кроссовок вполне приличные полуботинки, сияющие черным глянцем. Да, чудны дела твои, Господи.

— Садись, я тебе кофе взял. Как резюме? Написала?

Аня достала из сумочки пластиковый конверт, протянула. Скотников пробежал глазами текст.

— Так… паспортные данные, образование, место работы. Личностная характеристика… Отлично! Вот что. Ты, девушка, посиди, попей кофейку, а я попробую отыскать шефа. Он здесь, в бизнес-центре гостиницы. Ждите ответа. — Он подмигнул и скрылся.

Аня потягивала кофе, курила и разглядывала сидящих вокруг людей. Все они, мужчины и женщины, были одеты в строгие деловые костюмы, многие изучали какие-то бумаги, переговаривались между собой. Словно в гостинице проходил какой-то международный форум.

Скотников вернулся минут через пятнадцать, сияя, словно новенький медный таз.

— Что ж, начальство твою кандидатуру приняло к рассмотрению. Резюме пойдет на компьютерную проверку.

— Зачем?

— Я же тебе рассказывал. Чтобы не просочился какой-нибудь криминал, анкетные данные каждого кандидата проверяет собственная служба безопасности. Меня тоже проверяли.

К их столику подошел импозантный мужчина лет пятидесяти, облаченный в дорогой, шоколадного цвета, костюм. На лацкане пиджака поблескивал серебряный треугольник.

— Господин Скотников? Можно к вам?

— Да, конечно. Аня, познакомься. Это господин Голушко, мой партнер. Госпожа Лаврова, — представил он Анну.

— Очень приятно, — в один голос произнесли оба.

Голушко сел, углубился в свои бумаги.

— Что мне дальше делать? — понизив голос, спросила Аня.

— Я тебе вечером позвоню. Я просил, чтобы твою анкету рассмотрели вне очереди. Учитывая цейтнот, в котором ты находишься. Думаю, к концу недели тебя вызовут на семинар. Постарайся этот день ничем не занимать.

— То есть нужно с работы отпрашиваться?

— Нет, ознакомительные семинары по выходным проводят. Как раз для того, чтобы не нужно было отпрашиваться, чтобы у кандидата не было лишних затруднений. Видишь, все продумано. День должен быть свободен, потому что программа работы будет обширная. Сначала сам семинар, потом обсуждение, затем личная беседа с руководством. Да, чуть не забыл, — небрежно произнес Толя, — проверка анкетных данных — процедура платная. Триста рублей. Нужно сейчас отдать. Я, конечно, мог бы и сам внести за тебя эту сумму, но зная твою щепетильность…

— Зачем — сам? — вспыхнула Аня. — Просто ты меня не…

Импозантный мужчина оторвался от своих бумаг, обменялся с Толей каким-то странным мгновенным взглядом и внимательно, как бы с недоумением посмотрел на Анну.

Она замолчала. О том, что нужно будет вносить деньги, Толя ее не предупредил. Но не устраивать же разбор полетов при незнакомом человеке. Аня судорожно вспоминала, сколько денег в кошельке. Триста должно набраться…

— Если у тебя сейчас нет…

— Почему нет? Есть…

— Ну и прекрасно. Хочешь еще кофе?

— Нет, спасибо.

— Тогда пойдем. У меня встреча через пятнадцать минут.

Они вышли на улицу.

— Давай деньги. Я их в твой конверт положу.

Он вынул из кейса конверт с надписью «госпожа Лаврова». Аня полезла за кошельком.

Что-то неприятное шевельнулось в ее душе. Неприятно было то, что Толя не предупредил ее о необходимости внести деньги. У нее могло их просто не оказаться. И потом этот обмен взглядами между Толей и незнакомым ей Голушко. И зачем он вообще сел за их столик? Были другие, совершенно пустые столики. Мог бы просматривать свои бумаги в уединении. Лично она так бы и поступила. Зачем становиться невольным свидетелем чужого разговора?

Ей вдруг пришла в голову мысль, что вообще-то фирма сама должна нести расходы на проверку данных предполагаемых сотрудников. Ведь проверка нужна фирме, а не Ане. И перед глазами возникли строчки газетных объявлений типа «Вышлите сто рублей, и вы получите уникальный способ похудеть, или луковицы растений… или еще какую-нибудь продукцию стоимостью двести долларов, которая…». И так далее. И Лаврову даже как будто в жар бросило.

Она внимательно посмотрела на друга юности.

— Почему ты не предупредил меня, что потребуются деньги?

— Я не знал, что поймаю шефа, что он возьмет твое резюме, — спокойно ответил Толя. — Лавруша, если ты сейчас совсем на мели, давай я за тебя сам…

Голос его звучал абсолютно искренне и безмятежно.

— Дело не в этом. Просто ты меня не предупредил.